Эльфдом
Шрифт:
От гнева на скулах Царапины от Шипа заиграли желваки, но она спокойно ответила — «Я послала сообщение Первому моего клана о том, что это неприемлемо. Ситуация будет улажена».
Красный Нож положил руку на грудь Масленки и вежливо, но твердо отодвинул его в вестибюль. Секаша зашли в здание.
«Прошу прощения», — осторожно произнес Масленка. Если секаша уже сражаются на словах, как скоро дело дойдет до мечей? Он не хотел оказаться между ними, когда засверкают клинки. — «Я не понимаю, почему вы здесь. Что-то случилось с моей кузиной?»
Призрачная
Царапина полностью игнорировала Масленку, сосредоточившись на Красном Ноже. — «Вряд ли от этого будет хоть какая-то польза».
«Тогда давай побыстрее покончим с этим». — Виверн махнул в сторону Масленки. Его сердце резко подпрыгнуло в груди. С чем покончим?
Царапина от Шипа схватила Масленку за левую руку. В ее глазах метались молнии. Она сложила его пальцы в странный жест и поднесла кисть к губам. На секунду ему показалось, что она поцелует его руку. Но вместо этого Царапина от Шипа издала длинный глубокий звук. Странная дрожь пронзила его до самых костей. Как будто он крепко ухватился за огромный двигатель.
Царапина изменила положение его пальцев и произнесла еще один звук.
Резко изменилось давление воздуха. У Масленки заложило уши, как будто он только что проехался на скоростном лифте в небоскребе. Воздух вокруг него странно исказился.
Красный Нож хмыкнул. Лица Царапины от Шипа и Призрачной Стрелы застыли в ужасе.
«Что… что сейчас произошло?» — спросил Масленка. — «Что ты сделала?»
«Что ты видишь?» — Царапина от Шипа крепко удерживала его руку.
«Это похоже на… щит. Думаю, вокруг нас щит», — ответил Масленка. — «Что ты сделала?»
Царапина отпустила его руку, искажение в воздухе пошло рябью и исчезло. На ее лице опять была маска воина, но взгляд продолжал метать бури и молнии. — «У него нет магического чутья, но остатки генома позволяют ему пользоваться Камнями. Ему необходимо научиться пользоваться эсва».
Красный Нож рассмеялся. — «Если он так же умен, как его кузина, он быстро всему научится».
Призрачная Стрела продолжал смотреть на Масленку так, будто тот только что упал замертво. Секаша Клана Ветра даже не пытался скрыть свое горе.
«Что происходит?» — Масленка с трудом сдерживал крик. Он может пользоваться Магическими Камнями Клана Камня? Судя по ярости в глазах Царапины и отчаянию Призрачной Стрелы, для эльфов это все меняло.
«Мы пытаемся решить, что с тобой делать». — Красный Нож подтвердил его опасения.
«Как звали родоначальника твоей семьи?» — прорычала Царапина от Шипа.
Он мог понять горе Призрачной Стрелы, но чем так озлоблена Царапина? — «Его человеческое имя было Гийом Дюфэ. Он умер очень давно».
«Насколько давно?» — спросила Царапина от Шипа.
«Около трехсот лет назад», — ответил Масленка.
Красный Нож горько усмехнулся — «Я уже был четверкой, когда он умер».
Значит, Красный Нож живет на свете уже
Масленка попытался представить ситуацию с человеческой точки зрения. — «Мы считали себя простыми людьми, начиная с его праправнука несколько поколений назад».
«Его настоящее имя», — твердо сказала Царапина от Шипа.
«Ум…» — Масленка зажал переносицу, пытаясь выловить из памяти полузабытое имя. «Гийом», — это измененное эльфийское имя, обозначающее «безграничный». Как звучало его второе имя? — «Думаю, его звали Безграничный Свет… нет, Сияние. Безграничное Сияние».
Со стороны убежища раздался испуганный вздох, дети обнаружили, что весь вестибюль заполнен воинами. Секаша обернулись на звук, и потянулись к идже.
«Это всего лишь дети». — Масленка встал между воинами и коридором.
Красный Нож сухо усмехнулся. — «Храбрость твоей семьи прямо противоположна вашему росту».
«Храбрость зависит от духа, а не от тела», — ответил Масленка.
Красный Нож кивнул, соглашаясь с этой истиной. Первый Виверн снова встал над Масленкой. — «Сколько тебе лет?»
Масленка давно выучил, что нельзя сообщать эльфам свой возраст. Никто из людей не способен прожить достаточно, чтобы считаться взрослым по эльфийским меркам. — «Я взрослый».
«Я спросил не об этом». — Несмотря на всю вежливость Высокого Эльфийского в голосе Виверна четко прослеживались стальные нотки.
Царапина едва заметно качнула головой, подсказывая, что не стоит раздражать Виверна.
Масленка скрипнул зубами и признался — «Мне двадцать два года». — По эльфийским меркам он был пятилетним ребенком.
Красный Нож рассмеялся и пробормотал — «Просто младенец». — Он взглянул в коридор на толпящихся там детей. — «Младенцы присматривают за младенцами».
«Я уже взрослый», — возразил Масленка. — «Моя семья утратила бессмертие. Я умру парой».
«Но ты можешь пользоваться Магическими Камнями». — Красный Нож покачал головой и обернулся к Царапине. — «Присмотри за ним, пока кто-нибудь здравомыслящий из твоего клана не решит, что делать дальше».
«Что случилось?» — спросил Масленка, после того как все остальные секаша ушли.
«Все мертвы. Воины Они убили всех».
– слабо откликнулась Царапина. — «Они забрали Драгоценную Слезу. Лесной Мох пока что не в себе».
Стрельба была началом резни. Эльфы, которых Царапина знала на протяжении сотен лет, погибли в битве.
«Мне жаль», — ответил Масленка. — «Но я не понимаю, как это относится ко мне».
«Если ты можешь пользоваться Магическими Камнями Клана Камня, значит ты домана Клана Камня».