Эльфогеддон
Шрифт:
— Я бы удивился чуть меньше, если бы это были люди. Но, как видишь, возможность помародёрствовать никому не чужда. А может, это был их поезд, и они просто пытаются спасти часть груза до того, как его растащат другие.
— Это не отвечает на вопрос о том, что они сейчас собираются с ним делать.
— Не отвечает. Можешь выйти и спросить у них, если так интересно.
— Не настолько.
— Вот и отлично. Поедем через хвост, я не хочу больше рисковать, проезжая рядом с этой дрянью.
«Альфредо» съехал с асфальтированной дороги и двинулся по бездорожью вдоль опрокинутого товарняка. Тем временем красные энергетические
Когда Петер, Дамиан и Хель доехали до хвоста поезда и переехали железную дорогу, тонкие завихрения уже были повсюду.
Дизельмобиль ревел, как раненый зверь, прорываясь сквозь нестабильную стихию. Петер не щадил его и напрасно. Двигатель заглох, когда до спасительного тройного купола, окружающего нужный им бункер, оставалось не более километра. Такая мелочь в повседневной жизни и непреодолимое расстояние в условиях бушующей дикой магии. Предприняв несколько безуспешных попыток оживить металлического друга, ветеран разочарованно ударил по приборной панели.
— Всё. Приехали. На выход. Последний марш-бросок — и мы спасены.
Позади послышался сигнал клаксона. Стоящие у сломанной машины двое человек и ороконеру еле успели отскочить в сторону, пропуская тот самый грузовик, который видели рядом с сошедшим с рельсов поездом. Вырвавшаяся из тумана машина была сильно перегружена, более того, одно из колёс выглядело спущенным и грузовик ехал неровно. Проехав вперёд метро сто, водитель окончательно потерял управление и на полной скорости въехал в железобетонную опору линий электропередач. Провода, обрываясь из-за тянущего их вниз накренившегося столба, заискрили.
Грузовик же начал дымиться. Из него выскочило трое гномов. Один из них подбежал к водительской двери, открыл её и вытащил четвёртого, не подававшего признаки жизни. Гномы что-то кричали друг другу на своём языке.
— О чём они говорят? Кто-нибудь знает? — спросил Дамиан.
— Смутно понимаю. Двое хотят бежать скорее, третий уговаривает их взять с собой раненого, — ответил Петер.
— Они хотят бросить его здесь?
— А какой у них выбор? Обернись, туман всё ближе, а защиты я у них не вижу. Так хоть кто-то сможет спастись.
Тем временем тот из гномов, кто, судя по всему, был водителю хорошим другом, достал дробовик и направил его на одного из двух несогласных с ним. Снова что-то прокричал, но Хорс-старший уже не смог перевести его слова. Он не так хорошо знал их язык, а сильный ветер заглушал часть слов. Тот, на кого было направлено дуло, демонстративно развернулся и пошёл прочь. Гном с оружием выстрелил в воздух. В этот момент тот, который оставался стоять, резко ударил стрелявшего в голову. Стрелок от неожиданности выронил дробовик, а драчун тут же подхватил его и пальнул в упор в голову. Гном упал рядом с телом водителя. Убийца плюнул на труп и пошёл догонять товарища, но не успел. Угрожающе нависавшая опора окончательно рухнула, погребая гнома под своим весом. Единственный оставшийся в живых пару секунд постоял, глядя на тела бывших коллег, и побежал прочь.
Петер, Дамиан и Хель, на чьих глазах всё это происходило, молча переглянулись
Судя по сходившему с ума окружению, финальный аккорд октоновой мелодии был близок. Внезапно закололо в ногах с такой силой, что Петер упал на колени от боли. Подскочившие Дамиан и Хель помогли ему подняться. Хорс-старший благодарно кивнул и передал девушке винтовку, а сумку с октометром и документами сыну. Налегке у него ещё оставались шансы дойти. Мужчина наяву ощутил, как тонкие нити невидимой энергии октонов, или, по-простому, магии, окутывают его, заставляя гореть каждый нерв. По всей видимости, совсем рядом находился один из пульсирующих шаров-эпицентров.
«Сейчас или никогда».
Мужчина достал из нагрудного кармана кожаной куртки амулет, много лет назад сделанный на заказ его знакомым ороконеру из клана рунных мастеров. Амулет напоминал ему тот, который в своё время сохранил ветерану способность ходить на своих двух ногах. Петер купил его больше из-за нахлынувшей ностальгии, чем ради реального применения.
Но жизнь внесла корректировки. Хорс крепко сжал амулет, ломая его с такой силой, что острые концы обломков талисмана впились глубоко в кожу. Он почувствовал, как кровь обагряет пальцы. Вокруг всего тела начало неторопливо расползаться защитное голубоватое сияние.
— Дамиан! Скорее, возьми меня и Хель за руку! И сними свои долбанные перчатки, нужно, чтобы мы касались другу друга напрямую!
Парень не стал задавать глупых вопросов и беспрекословно выполнил требование отца. Сияние перекинулось на Хорса-младшего, а затем и на девушку.
«Лишь бы хватило заряда».
Каждый шаг давался с трудом. Петер сквозь кроваво-красные вихри смотрел на умирающий вокруг него город. Почему-то вспомнилась престарелая гномка с револьвером в сумке. «Не ради этого я сражался, ох, не ради этого», — повторил он про себя её слова. Вечерние посиделки перед телевизором, семейные ужины, утренние прогулки — всё это останется в прошлом. Дамиан сжал руку отца сильнее, будто чувствуя его мысли. Идти было всё тяжелее и тяжелее. Хорс-старший с грустью посмотрел на сына. Университет, квартербольная команда, покатушки на мотораннерах с друзьями… Со всем этим придётся расстаться. Возможно, навсегда. Проклятые эльфы. Проклятые генералы. Проклятая война. Одни, не выдержав позора поражения, решили уничтожить весь мир, на протяжении двадцати лет воплощая свой план в жизнь прямо под носом у тех, кто считал себя победителями. Другие допустили всё это, сидя в своих штабах и проедая деньги налогоплательщиков вместо того, чтобы усовершенствовать охранные и защитные системы.
Ещё шажок. Ещё.
«Соберись, чёрт бы тебя побрал, старая развалюха!»
Хель нар-Вейгу отпустила руку Дамиана и за долю секунды оказалась с другой стороны Петера, вместе с его сыном аккуратно подхватив мужчину под плечи. К счастью, синее защитное сияние не успело пропасть. Неподалёку усилилась очередная пульсация, нарастая всё сильнее, пока с громким хлопком не прервалась, уничтожая близлежащие высотные здания и обдавая волной пыли идущих к спасению. Внезапно Петер вновь почувствовал покалывания в ногах. Он выругался, проклиная старые раны, но покалывания начали распространяться по всему телу. По морщащемуся Дамиану ветеран понял, что это чувствует не он один, а затем с ужасом обратил внимание на тающее свечение вокруг них. Амулет не справлялся.