Эли
Шрифт:
– Привыкнешь.
– Думаешь можно привыкнуть жить в клетке? Твои рахуши не знают другой жизни, они радуются выходам в город, словно щедрому дару, считают себя богами среди простых горожан, но я знаю, какой может быть жизнь. Когда ты свободен, независим и богат, когда не думаешь о завтрашнем дне. Это как всю жизнь летать, а потом вмиг лишиться крыльев. Можно к этому привыкнуть?
– Эли, ты слишком много говоришь, -
– Прости, - поцеловала я его плечо.
– Может ты и прав. В конце концов у меня нет выбора. Далеко ещё до дома?
– Нет, меньше часа.
Я грустно вздохнула, легла на плечо Доргу и обняла его ногой.
– А что за проблема была с драконом на играх? Лу что-то говорила о том, что ты его поймал, но потом продал... я ничего не поняла.
– А она откуда узнала?
– возмутился он и дёрнулся под моей щекой.
– Сказала, что в городе слышала. Она когда перед боем одевалась, была очень расстроена тем, что ты отправляешь её на смерть. Что-то про редкого дракона рассказывала...
– Да. Уникальный Горный Люрог. Их в мире осталось единицы. Они удивительно сильные и красивые создания, но на воле не могут общаться с себе подобными. Это странно. Я нашёл её за северными горами год назад. Самка. Раненая и изголодавшая. Привёз в дом.
– В дом?!
– выкрикнула я и вскочила. У нас под боком жил дракон?
– Успокойся Эли, - усмехнулся Доргу и положил мою голову обратно к себе на плечо и вернул ногу на своё бедро.
– Да. Я выходил её, а она оказалась беременной. Драконы размножаются только когда их существование комфортное. Но Воху решил купить его у меня. Я не хотел продавать, желал посмотреть, как родится маленький дракон, но Воху уговорил меня, пообещал дать ей хороший уход. У меня, конечно, ей было тесно, мой дом не предназначен для таких больших особей, а у Воху я бывал неоднократно и оценил то, как он заботится о драконах.
Боже мой, да он не один такой с драконами!
– Я её продал. Точнее отдал даром, - грустно усмехнулся Доргу, - так-как уплаченная сумма пусть и была велика, но эта драконица была бесценной. А потом я узнал, что он выставляет её на игры. О, Создатель... зачем? Я бы дал ему любого другого, зачем он притащил Горного Люрога? На забаву публики? Да ещё и попросил судей предоставить ему рахушь. Да ни одна рахуша с ним не справится, это знает любой, но судьи всё равно попросили дать им тех, кто
Доргу замолчал на мгновение.
– Народ был счастлив, вот только этой самке нельзя было пробовать кровь, теперь её детёныша придётся убить.
– Это ужасно, - прошептала я, чувствуя боль Доргу. Видимо он очень любил этих тварей.
– Да, рини, это ужасно... - тихо ответил он и погладил меня по плечу.
– А я занималась спасением тигров, - сказала я, желая сменить грустную тему.
– Кого?
– У вас нет тигров? Это такая большая-пребольшая кошка. Очень красивая и опасная. У неё ярко рыжая шерсть с чёрными полосками. Огромные лапы с когтями и пасть с зубами.
– Нет, таких у нас нет. И ты их спасала?
– заинтересовался Доргу.
– Ну не я лично конечно, но каждый месяц отчисляла большую сумму денег в Фонд по защите тигров и несколько раз ездила на сафари, смотреть как они живут на воле.
– А в чём заключается защита?
– В основном борьба с браконьерами. Они убивают их из-за ценного меха, продают на чёрном рынке. Фонд так же спасает популяцию тигров.
– Как спасает? Заставляет их совокупляться?
– Не знаю, - засмеялась я.
– Над этим думают учёные, биологи и ещё куча народу.
– А ты им давала деньги? Много?
– Достаточно много. И мне приятно было думать, что я спасаю жизнь этим потрясающим животным.
– Ох Эли, какая ты наивная, - усмехнулся Доргу.
– Вставай, пора одеваться.
Я нехотя поднялась с кровати и потянулась за сиреневой формой рахуши.
– А можно мне другой костюм?
– Нет, - резко ответил Доргу и повернулся ко мне.
– Чем он тебе не нравится?
– Я хочу штаны длинные и широкие. Неудобно тренироваться с голыми ногами, - с готовностью ответила я, натягивая шортики с псевдоюбкой.
– Нет, Эли, за пределами Роху, можешь носить что хочешь, но на тренировках на тебе должна быть эта форма.
– Ладно... - вздохнула я.
– А сейчас какое время суток? Ночь?
За бортом ничего не было видно.
– Скоро рассвет, но ты можешь лечь спать.
Я благодарно кивнула и обернулась к открывшейся двери. О, приехали. На нас взирал ошарашенными глазами Рану. Он смотрел на меня, на Доргу, на разложенную кровать, и снова на Доргу.