Эли
Шрифт:
– Голой? Думаю, это порадует народ, - ответил он, а я чуть не задохнулась от возмущения. Порадует?!
– Ты не сделаешь этого...
– Я могу сделать всё, что пожелаю, Эли, - резко ответил Доргу, делая акцент на "я".
Похоже, что этот мужчина шуток не понимает.
– Доргу, нет... пожалуйста. Меня обнажённой-то никто не видел кроме мужа.
– Мужа? Ты уже несколько раз упомянула мужа, который пытался тебя убить. Чем ты провинилась?
– заинтересованно
– Провинилась? Не знаю. Он получал всё, что хотел, но люди по своей натуре жадные и неблагодарные. Он взял меня в жёны только из-за денег, я знала это и готова была поделиться своим состоянием, но он захотел всё. Тварь... - прошипела я.
– Отец меня предупреждал, что люди из низших слоёв общества по большей части озлоблены и алчны. Я не поверила и вот результат, я стою тут мокрая, грязная и без одежды.
Доргу нахмурил брови и взял меня за руку, разворачивая её ладонью вверх. Провёл большим пальцем и, как и в прошлый раз, оставил тёмно-серую полосу.
– Что это?
– решила спросить я на этот раз, но вместо ответа он взял свою руку и повторил то же движение пальцем на своей ладони. След был густого сиреневого цвета. Он как будто светился. И в отличии от моего пепельного блеклого серого, был насыщенного цвета, глубокого.
– Моя кровь из благородного рода. Чистая, сильная и богатая на магию, а твоя, - показал он мою руку, - дрянная. У Тахи и той была лучше.
Я уставилась на свою ладошку. Дрянная?
– Так зачем ты меня тогда купил?
– сквозь ком в горле спросила я.
– Рахуша не обязательно должна иметь чистую кровь, а я рассчитываю, что ты станешь ей.
– Тогда дай мне платье, - пробурчала я.
– Элина, я пока терплю твою наглость, но этому может прийти конец. Ты получишь желаемое, но в ответ я желаю видеть твою покорность и благодарность. Это понятно?
– Да... мар, - ответила я, понимая, что этот раунд я проиграла.
Доргу коснулся моего подбородка, поднимая голову, и недоверчиво сощурил глаза. Я затаила дыхание. О чём он думает?
– Вернись к себе. Одежду и оружие ты получишь ночью, когда за тобой придёт Рану.
Я благодарно кивнула и пошла в свой маленький домик. Покрывало, в которое я была завёрнута, промокло до нитки, а другого ничего не было. Или было? Подошла к серебристой панели прикрывавшей часть стены. Не похоже чтобы это был шкаф. За прошедший день я убедилась, что это действительно другой мир, тут всё было странным, непонятным. Стол и кровать, казавшиеся обыкновенными, и те оказались при ближайшем рассмотрении не такими, к каким я привыкла. Из цельного толи дерева, толи металла и сам матрац был удивительно удобным.
Дошла до кровати, плюхнулась в неё. Да, действительно нужно поспать. Хорошо, что туалетные комнаты рядом, плохо, что они общие. На этой лирической мысли я провалилась в сон. Сон, который был слишком коротким.
– Элина, быстро вставай!
– раздалось у меня над ухом, и я резко открыла глаза, пытаясь понять, где пожар и куда бежать.
– Одевайся!
Я приподнялась на кровати и сонно потёрла глаза. Ах, да точно... другой мир, гладиаторские бои и прочие прелести.
– Мне нужно умыться, - пробурчала я, смотря на сиреневую ткань у своих ног, но взгляд отказывался фокусироваться.
– Элина, ты опять испытываешь моё терпение на прочность, - прорычал мужчина. Я подняла глаза.
– Рану, пожалуйста, будь человеком. Мне нужно сходить в уборную и умыться.
– Быстро!
Я обмоталась покрывалом, под которым спала, быстро сбегала к стоявшим неподалёку домикам, совершила сокращённый утренний моцион и вернулась к себе. Вот только зачем было умываться, не понятно, на улице всё ещё лило как из ведра.
Подобрала с пола чистое платье, по форме напоминающее тунику и осмотрелась. Комната в моём скромном жилище была только одна.
– Рану, отвернись пожалуйста, - как можно мягче сказала я. Не помогло. Глаза мужчины почернели от перенапряжения.
– Элина, быстро переодевайся!
Ладно... что я в самом деле перед мужчинами не раздевалась? И Доргу я соврала, что меня обнажённой видел только муж... в отличии от моего благоверного, я не блюла верность в браке. Скинула с себя покрывало и надела тунику, едва прикрывающую ягодицы. Посмотрела на себя в зеркало. Да, ножки у этой Тахи были что надо. Вот только интересно, а бельё у них тут изобретено?
– Налюбовалась?
– язвительно поинтересовался Рану.
– Нет, но я могу к этому делу вернуться позже, - обворожительно улыбнулась я.
– Если ты станешь рахушей, то боюсь, мар разорится на твоём лечении. Наказания станут твоей жизнью, - грубо ответил Рану и толкнул в спину, предлагая выходить на улицу.
– За что?
– возмутилась я.
– За болтовню!
– Мар обещал даровать мне право говорить, если я стану рахушей, - фыркнула я.