Элидор

Гарнер Алан

— Коснись...

Дотянуться бы. Ветвь приблизилась. Если встать на цыпочки и протянуть копье...

Но стоило Роланду поднять копье, как над головой у него раздался треск и вспыхнул желтый огонь. Мальчик отдернул руку, дрогнувшую от удара.

— Коснись цветов, Роланд.

— Сами коснитесь! — крикнул Роланд. — Не хотите? А почему? Не можете?

Он снова поднял голову. Ветвь спускалась к нему, слов­но паук на паутинке.

— Сейчас я до них дотянусь! — вскричал Роланд и взмахнул копьем.

В воздухе загремели

разряды, стены отбросили их, снова все смолкло. Спустилась тьма. Хелен закричала — но это была Хелен, а не какой-то бездушный голос.

— Ты где? — спросил Николас.

— Я вижу свет, — сказал Дэвид.

— Это мое копье, — объяснил Роланд. — Я подниму его. Вам не больно?

— Мы в порядке, — ответил Николас.

Они подошли к копью и уселись вокруг него.

— Что произошло?

— Мы внутри холма, — сказал Роланд. — Разве вы не помните?

—Холма? — повторил Дэвид. — Да... Сокровища. Мэлиброн. Но я видел свет...

— Это я разбил яблоневую ветвь.

— Яблоневую ветвь... Я на нее смотрел. Я даже дотро­нулся. Я... нет... не помню.

— Сокровища, — сказал Роланд. — Вы нашли Сокро­вища?

— Нет.

— Что это? — спросила Хелен. — Вон там.

— И там, — произнес Дэвид. — И с той стороны тоже.

Они уже привыкли к свету, шедшему от копья. Из тьмы выступила каменная стена. В ней виднелись четы­ре проема. Один был темный — он вел в глубь холма, другие слегка светились.

— Я посторожу здесь, — сказал Роланд. — Идите и посмотрите, что там.

— Здесь так тесно, — прошептала Хелен.
– Да...

Тени заметались вокруг, словно летучие мыши, когда трое детей, согнувшись, исчезли в проемах. Роланд остался стоять у входа в подземный коридор, опершись Копьем о землю. И снова задвигались тени: ступая медленно и беззвучно, в проемах показались Хелен, Дэвид и Николас, и тьма отступила перед ними.

Дэвид сжимал в руке обнаженный меч. Клинок его был подобен льду, а рукоять — огню и алмазам.

Николас держал в руке камень — золотой камень, в глубине которого, казалось, пылал огонь.

А Хелен несла большую чашу, украшенную по краям жемчугом. Она шла, а меж пальцев у нее, словно влага, струился свет.

6

Книга Старого Шута

— Но как мы попали из церкви в замок? — спросил Дэвид. Они сидели рядом с Мэлиброном на гребне горно­го кряжа, поодаль от холма. Дольменовая арка заро­сла лишайником, а камни аллеи кренились, словно огра­да, которая вот-вот упадет. Тучи все клубились над равни­ной, но в воздухе веяло свежестью, и Финдиас, Фэлиас и Муриас были обведены золотой чертой: там занималась заря.

— Из вашего мира проникнуть сюда нелегко, — гово­рил Мэлиброн, — но есть места, где наши миры сопри­касаются. Церковь — и замок.

Они пострадали в войну, и теперь там все неустойчиво, все разрушено. В каждом из двух миров возникли обвалы, прорывы.

— А скрипка — и шум? Что это было? — спросил Ро­ланд.

— У всех вещей есть свой звук, они отвечают на него.

— Как бокал, когда по нему проведешь пальцем?

— Да, — сказал Мэлиброн. — Когда церковь издала ответный звук, она существовала одновременно в двух мирах: как реальная церковь — и как отзвук себя самой. Но нет! Больше чем отзвук! Ведь здесь ты отворил дверь, а в твоем мире дверь не отворилась.

— Ты всегда знаешь, как это сделать?

— Нет. Такие находки случайны. Пустыри, погранич­ные области, странные места, которые ни то ни се, не здесь, не там, — вот ворота в Элидор.

– Как все смешно получается, — произнес Роланд. — Если бы мы сегодня не поехали в Манчестер и не стали бы крутить схему улиц, если бы рабочие не ушли на перерыв… Все это мелочи, но они произошли как раз в нужное время — и вот чем это кончилось.

Дети посмотрели на четыре Сокровища — меч, замковый камень, копье и чашу, сверкавшие в их руках.

— По одному на каждого, — сказал Дэвид.

— Да, — подтвердил Мэлиброн.

И вынул из-под плаща скрипку со смычком, которые висели на шнуре у него через плечо. Еще к шнуру был привязан мешочек. Мэлиброн развязал мешочек, вынул из него какой-то продолговатый предмет и принялся его разворачивать. Слой за слоем снимал он тонкую промасленную тряпицу, тщательно расправляя ее и откладывая в сторону.

Это была старая книга из пергамента. Ее блестящие плотные страницы покоробились от времени. Мэлиброн раскрыл книгу и показал ее детям.

То, что Роланд увидел, потрясло его. Страницу покрывали незнакомые письмена. Но над ними была картинка, и на ней был изображен он сам, а рядом — Хелен, Нико­лас и Дэвид. Угловатые фигуры походили на марионе­ток, но это, без всякого сомнения, были они. Они стояли в ряд, вытянув носки и держа в руках Сокровища, лица их ничего не выражали. Рядом был нарисован холм с дольменовой дверью, а рядом еще фигура, поменьше. Мэлиброн! Руки его были раскинуты, в одной руке он держал скрипку, в другой — смычок.

— Даже Сокровища у каждого из нас совпадают, — удивился Роланд.

В книге он был изображен с копьем, Дэвид — с ме­чом, Хелен — с чашей, а Николас — с камнем. Мэлиброн повел пальцем по строке и произнес:

— И выйдут они из волн.

И слава Элидора с ними умрет,

И тьма не отступит,

Если не зазвучит Песнь Финдгорна,

Что обитает в Вышине.

— Но кто это написал? — спросил Дэвид. — И откуда ему это было известно?