Элирм V

Посмыгаев Владимир

– У меня есть. А что? – спросил Локо.

Видимо после активации сферы парни все как один вышли на террасу посмотреть, что происходит.

– Моя воняет. Как будто её положили в стиральную машинку и забыли достать.

– Вторая тоже?

– Угу.

– Так может, это ты воняешь?

– А, и правда. Ладно, тогда отбой.

Прошла минута.

– Герман, ты тут? – на этот раз это был голос Гласа.

– Да.

– Вопрос: ты не против махнуться комнатами?

– Зачем?

– Что-то мне подсказывает, что у тебя ванна больше.

– Так

и я больше. К тому же я уверен, что они одинаковые.

– И тем не менее я бы хотел зайти и проверить.

– Послушай, оставь меня в покое. Я занят.

– Чем именно?

– Ну-у-у, в данный момент сижу на толчке и изучаю список достижений. Мне тут за последнее время их навалило целую кучу: «Мифриловый дантист», «Костоправ», «Безудержная молотильня», «Всмятку», «Ликвидатор», «Всех убьем и будем жить в мире», «Эталон выживания», «Безбилетник» и «Упс…».

– Любопытно. А у меня: «Сам себе режиссер», «Прогулка с духами», «Харизматичный алкаш», «Посол злобной воли», «Столкновение разумов», «Что такой кислый?» и «Проблемы на любовном фронте». За последнее, правда, немного стыдно. Я его получил, когда нечаянно спалил Гондвану в прямом эфире – бедняжка изменяла Фройлину с Ат-Анаком. Но зато теперь я наношу всем представительницам прекрасного пола на пять процентов больше урона, чем мужикам. Круто, да?

– «Я бью женщин и детей, потому что я красавчик, потому что я сильней»?

– Ха! Верно.

– Парни, а кто-нибудь знает, для чего тут нужен рычаг у изголовья кровати? И что за домик стоит на вершине горы? Прямо как иглу у эскимосов.

– Проклятье! Да когда же вы, наконец, заткнетесь, черт подери?! – яростно взревел Гундахар. Да так громко, что снующие внизу люди разом остановились и высоко задрали головы. – Дайте мне посидеть в тишине и спокойствии! А не то клянусь, я к каждому из вас проберусь ночью в комнату и расстреляю ваши спящие задницы из «урканобоя»! Одну за другой!

Дважды угрожать не пришлось.

– Наконец-то.

Отступив от парапета, генерал вернулся обратно на место.

– Насчет гнева, – обратился я к нему. – Не думаю, что это надежный источник внутренней силы.

– Смотря для кого, – задумался игв. – Взять твоего предка. Вайоми-старший был тем еще гневливым подонком. И отчасти безумным. Но при этом сильным. Быть может, самым сильным из стихиалиев. А тебе, на мой взгляд, безумия и жестокости как раз-таки не хватает. Ты слишком добрый, как Заранда. А еще слюнтяй и тряпка. Хотя потенциал есть. Причем большой.

– Сомневаюсь, – покачал головой я, вспоминая тот эпизод с нападением Зилота. Как и то, насколько слабым я оказался по сравнению с ним. Словно домашний котенок, что беспомощно лежит на дороге и смотрит, как на него медленно надвигается гусеница танка.

– И это нормально. Мой жизненный опыт подсказывает, что истинные таланты зачастую не знают о своем гении и без

конца сомневаются. В то время как тупицы и бездари, наоборот, полны уверенности. Громко кричат о себе на каждом углу, буквально умоляя остальных о признании, но при этом не замечают своей же посредственности.

– Что ж, мудрая мысль, – улыбнулся я. – Почту за комплимент.

– Не обольщайся, Вайоми. Это я образно. А так ты, разумеется, никчемный кусок дерьма, которого мир очень скоро сожрёт с потрохами, а затем переварит и выплюнет на обочину. А я так и останусь сидеть тут. Дожидаться, когда появится очередной стихиалиевый отпрыск, способный показать мне дорогу в Орлионтан.

Гундахар выдержал минутную паузу.

– Как правило, я стараюсь не давать никому советов, но тебе дам. Насчет твоих экспериментов с Цестусом.

– Не-не, – запротестовал я. – Давай-ка лучше забудем про это. Услышал, что я разговариваю с иллюзией – хорошо. Но к психологу мне идти пока рано.

– Вайоми, пускай и мертвый, но я мужчина. И прекрасно тебя понимаю. Поэтому совет таков: прекрати вести себя как закомплексованный трус и делай что хочешь. Только используй артефакт правильно, для себя. Как инструмент, чтобы выпустить пар, а не повод распускать нюни. Будь у меня твои способности, я бы призывал Эанну каждый день. И плевать, что это иллюзия. Как и плевать, что могут подумать об этом другие, – игв покосился на меня и едва заметно улыбнулся. – Разумеется, это плохое сравнение, ибо Эанна – самая прекрасная женщина во Вселенной, а твоя Алекса – лживая мразь, но тем не менее. Она поигралась с тобой, а ты поиграешься с ней. Затем пройдет время, её образ тебе надоест, и ты поймешь, что между вами ничего не осталось. И даже упругая синяя задница больше не манит тебя словно магнит.

Я задумался.

А ведь в чём-то генерал прав. По сути, я бы мог пойти еще дальше и воссоздать, кого захочу. Хоть голливудскую актрису или порнозвезду. Да и в целом, кто сказал, что иллюзия обязательно должна иметь боевое применение? Думаю, я достаточно уже натерпелся и имею полное право потратить чуточку стихиалиума для себя.

– И еще одно.

– Столько мудростей за один вечер? – удивился я. – Смотри, ваше благородие, еще немного – и я реально начну думать, что ты относишься ко мне как к другу.

– У тебя вода убегает, кретин.

– Черт. Спасибо.

Я бросился в ванную комнату.

– Пошел ты… – донеслось с террасы. – Другом моим стать захотел… Сперва победи меня в ближнем бою как обещал, а там посмотрим…

* * *

Я практически закончил бритье, прежде чем в дверь постучали.

– Кто там?

– Свои.

Я выключил журчащую воду.

– Глас, ты?

– Нет, блин, Мэтью Макконахи. Открывай.