Элис
Шрифт:
— Такое впечатление, что ты больше меня разбираешься в светской жизни. — он чуть улыбнулся. Потом покосился на слуг, как бы вспоминая, что они не одни. — Дорогая Лизи, будь по-твоему. Мы пойдём на обед к Берисам.
Ещё одна мини победа. Элис было глубоко плевать на репутацию Крафтов. Но только так можно изменить настройки проклятого браслета и добиться возможности спокойно выходить за ограду.
Светская жизнь закрутилась. После первого обеда ещё и ещё посыпались приглашения. Званые вечера, концерты, прогулки, выставки. Дебют Элизабет, столь неудачно начавшийся, в конце концов удался. По началу, как и предполагала Элис, дело шло тяжело. Общество принимало Крафтов весьма холодно. Открыто пренебрежение никто не выказывал: положение лорда-правителя слишком высокое, да и деньги играли не последнюю роль.
Элис держалась стойко. И Крафта заставляла. Леди Элизабет вела себя ровно, никаких лишних эмоций. Со всеми людьми из высшего общества была учтива, приветлива. Приятная улыбка, изысканные манеры, каждый жест отточен, любая фраза продумана до мелочей. Колкости, выпущенные в их с Крафтом адрес, игнорировала. Приятная со всеми, леди Элизабет постепенно склонила общество на свою сторону. С ней было интересно, легко. Любую тему разговора могла поддержать. С каждым находила общий язык. Перед дамами она играла роль милой молодой жены, столь трепетно чтущей своего мужа. С лордами — хорошенькой очаровательной леди, наивной и неискушенной.
И вот они с Крафтом уже желанные гости в любом доме. Каждая семья мечтает об их обществе, наперебой зазывая к себе. Элис держала марку, не забывала об учтивости. Ответные приглашения не заставляли себя ждать. Теперь в их с Крафтом замок регулярно наведывался весь высший свет.
Элис забыла о скуке. Приёмы требовали внимания и проработки. Каждая мелочь важна. Выбор нарядов, пошив новых платьев, причёски, перчатки, туфли, духи, шляпки, сумки и множество других дел — всё нужно успеть. Мода так переменчива! А ещё какие блюда подать, какую скатерть постелить, как стол сервировать, какая музыка будет звучать, какие благовония раскурить, что за цветы поставить в вазы — тысяча вопросов требовали решения. Элис целыми днями носилась туда-сюда, то и дело отдавая приказы. Именно её приём обязан быть лучшим и стать эталоном для остальных. Именно ей должны восхищаться и подражать.
Погружаясь в светскую суету, Элис не заметила, как игра перестала быть игрой. Успех вскружил голову. Обладая отличным образованием, недоступным для большинства корсиканок даже из высшего общества, гибким умом, природным обаянием, прекрасными внешними данными, Элис всех очаровала. А отточенное мастерство беседы закрепило результат. Ей восхищались, ей подражали, ей поклонялись. И Элис это нравилось. Дома, в Империи она вела хорошую, но совершенно обычную жизнь. А здесь Элиссанта оказалась на вершине. Богатая жизнь завлекала, расслабляла, поглощала. Блюда, вкус которых граничил с безумием, наряды, убивающие красотой, духи, сводящие с ума. Теперь любой её каприз без труда воплощался в реальность. И да, это была жизнь леди Элизабет. Однако Элис это волновало всё меньше и меньше. Сбежавшую невесту так и не нашли. И не известно, отыщут ли вообще. Лорду Крафту нужна была жена. И этой женой стала она, Элис.
Так, незаметно, в суете, прошло несколько месяцев. Элис увлеклась настолько, что уже не представляла себя кем-то, кроме как женой великого лорда-правителя. Сам Крафт, казалось, тоже как будто забыл, что Элис не Элизабет. Видя, как его женой восхищаются другие, он сам начал проникаться к ней симпатией. Лорд больше не указывал девушке на её место, общался уважительно, даже когда они оставались наедине. И да, она была красива, а мужчины любят глазами. Лорд постепенно поддался чарам Элис. И его жена нравилась ему с каждым днём всё больше и больше.
Первое время интимной жизни у них не было. Элис никак не могла забыть разочарование первого раза и всеми правдами и неправдами отмахивалась от своего супружеского долга. Стоило лорду пригласить её в свои покои, так у Элис сразу голова начинала болеть, или живот, или рука, или она слишком устала, или дела неотложные — предлог всегда находился.
В один из вечеров лорд Крафт и его жена вернулись домой глубоко за полночь. Один из соседей устроил званый ужин и супруги Крафт были приглашены. Светские беседы, танцы, игра в карты, изысканные угощения — всего в избытке. Элис навеселилась вволю и, вернувшись, быстро попрощалась с мужем и скрылась в своих покоях. Сил почти не осталось: развлечения очень утомительны. Элис приняла душ и переоделась в пеньюар, готовясь ко сну. Она
Всё опять закончилось быстро. Нет, на этот раз, конечно, получилось намного лучше. Но две минуты! Элис даже во вкус войти не успела, как уже конец. Разочарованная, она лежала на кровати и упёрлась взглядом в потолок. Лорд же напротив, был очень горд собой. Он и не догадывался, что процесс может идти несколько по-другому. Великий лорд всегда на высоте, и точка. Довольный собой, он поступил как настоящий мужчина — повернулся набок и заснул.
Утром следующего дня, уже после завтрака, лорд Крафт подозвал Элис к большому парадному зеркалу. Став позади неё, он бережно приподнял её волосы, обнажая шею. Достал из футляра изумительной красоты бриллиантовое колье. Нежным движением поместил его на грудь девушки, аккуратно застегнул замок.
— Дорогая жена, это вам, — Крафт поцеловал её в шею, приобнял за плечи, — Нравится?
— Да! — глаза Элис горели. Пальцы перебирали блестящие камни. Ей очень нравилось. Теперь она затмит всех на ближайшем приёме! — Колье изумительно! Благодарю вас, милорд.
С тех пор сладкие супружеские радости случались регулярно.
Глава 14
Лорд Таун влюбился. Об этом судачили все: от мала до велика. Ещё бы! Такая сенсация! Влиятельный лорд, друг короля, представитель древнего рода — и влюблен как мальчишка. Весь высший свет Септимуса переживал за несчастного страдальца. То, что мэр глубоко женат — никого не смущало. Брак был заключён давно, естественно без симпатии, по расчёту. Если по началу жена ещё могла всколыхнуть чёрствые чувства мэра, то со временем и эти скудные искры погасли. Мадам Таун постарела, подурнела, а значит перестала быть достойной внимания. Ещё и здоровье начало подводить: несчастная женщина большую часть времени нуждалась в особом уходе. Дом покидала редко, мужа сопровождать перестала. Лорд Таун, в свою очередь, помялся, помаялся, да и нашёл утешение в других объятьях. А что было делать? Он же мужчина, в конце концов. Разве пристало представителю сильного пола ограничивать себя? Конечно нет! Это вредно, не логично, а, главное, вызовет непонимание в обществе. Хранить верность больной жене — какая пошлость!
Миссис Таун смирилась со своей участью. Не она первая на этом пути, не она последняя — по-философски рассудила женщина. Муж окончательно её не бросил. Из дома не ушёл. Относился уважительно. Время от времени сопровождал, когда миссис Таун решалась выйти в свет. Ещё финансовый вопрос: деньги полностью находились под контролем мужа и он, здесь нельзя придраться, полностью обеспечивал жену. Любой её каприз исполнялся. Такова была плата за неверность. И это всех устраивало. Миссис Таун смотрела на увлечения своего мужа сквозь пальцы, не придавая особого значения.
А лорд Таун… Покорение красавиц стало для него игрой. Каждая понравившаяся девушка обязательно должна была стать его. Будь то рабыня, простолюдинка или знатная дама — не важно. Только желание мэра имело значение. И сопротивления он почти не встречал. Простолюдинок привлекали деньги. Среди знатных дам считалось за честь услужить самому влиятельному лорду на Септимусе. Да и мужья этих дам, в накладе не оставались. Лорд Таун получал желаемое, а обманутые мужья — привилегии, должности, титулы. Что касается рабынь, так их вообще никто не спрашивал. Приказали — подчиняйся.