Элит
Шрифт:
— Ладно. Но ты потом со мной поиграешь! Договорились?
— Договорились. — чёрт его знает, о чём именно она говорит, но главное, что Голубика послала мне воздушный поцелуй и улетела добивать оставшихся.
— Психи… — плакал волшебник: — Я думал, что мой Босс — зло… Я думал, что буду антагонистом в этой истории!
— Хех… Антагонист, тоже мне. — засмеялся я: — Ладно, постарайся не сдохнуть. Немного поболтаем тет-а-тет, и решим, что с тобой делать.
— Хорошо… А, можно я вам так всё расскажу? Ну, в смысле — без пыток? Только прошу… Не отдавайте меня
— Ох, как дети малые! — улыбнулся я: — Так уж и быть. Сделаю тебе сегодня одолжение!
Глава 19
Потасовка на мосту пока ещё не вызвала всеобщий резонанс. Грохотало, конечно, знатно, но Семён пообещал помочь и вывалить в СМИ утку о том, что Коммунальный мост стал местом для съёмок очередного блокбастера.
Конечно, поверят далеко не все. Поэтому придётся мне на некоторое время уйти в тень. Так сказать, отлежаться, пока всё не устаканится.
На носу, как раз — начало учебного года. Семён твердил, что стоит наслаждаться юностью, так? Значит, настал тот самый миг, когда Фёдор Осокин превратится в примерного гражданина.
В примерного, да?
— Красота… — вздохнул я, глядя на окровавленного «Кабана»: — Я надеюсь, ты не помял его?
— Обижаешь! — возмутился фамильяр: — Когда эти психи начали таранить номернутых, мы с Ириской тут же откатились на задний план.
— Но смотрится всё равно жутко. Нужно будет заехать на автомойку двадцать четыре часа, чтобы смыть весь этот ужас. Эй! Процион! — я обратился к связанному волшебнику, которого мы избрали на роль информатора: — Заедем на мойку? Ты не против? Ха-ха… Шучу, мне плевать. Семён, мы должны, кому-нибудь денег?
— Нет. Оборин сказал, что приехал по вызову. Якобы. Капитан Никитин и маги-ликвидаторы выехали на учения. Там им, какой-то местный генерал — твой фанат подсобил.
— Генерал-фанат? Надо бы узнать его имя.
— ОБЭП, видимо, тоже поехали на вызов… Наверное подумали, что маги-террористы проворачивали левые схемы прямо во время бойни. ДПС тоже поехали на вызов. Они обязаны реагировать, если кто-то на дороге и с оружием. А тут мост! Сам бог велел. Проблемка только в ЧВК…
— А, что с ними? — спросил я, щёлкая Проциона по носу: — Я думал Ксюша отдала нам часть армии по большой любви?
— Ксюша — да. А вот Беллз…
— Будешь отрабатывать? — к разговору тут же подключилась Ириска и дружелюбно замотыляла огромным хвостом: — Слышала, что ты у нас в сексуальное рабство подался, да? Да? Ну, скажи, что да!
— Нет. Мы с Беллз — просто друзья.
— У-у-у-у-у-у-у-у!!! — горничная выглядела безмерно заинтересованной: — Похоже, кто-то будет отрабатывать дорогущий выезд боевой техники и солдат не покладая рук. Или языка… Хи-хи-хи…
М-да… Надо будет озаботиться молодым человеком для Ириски. Видимо, одиночество постепенно свело её с ума. И если Семёну уже перепало, то вот с бедной девочкой-собачкой всё обстояло, куда хуже… Ладно, обсудим с ней этот вопрос чуть позже.
— Ай-яй-яй-яй!!! — взвыл Процион, ибо я забылся и начал щёлкать по носу с приличной силой.
—
— Да. Я уже попросил разрешения у полиции.
— Хорошо. Отойдём на пару слов?
— Конечно.
Спартак выглядел напряжённым и задумчивым. А в его глазах, как будто тусклым огоньком светилась досада.
— Я сделал всё, как вы просили. — тихо произнёс он: — Договорился с полицией. Подключил все свои связи! Ограничил въезд на Коммунальный мост. Помог вам отбиться от «Культа». Я, надеюсь, вы сдержите слово?
— Сдержу. Я не буду силком забирать себе вашу дочь. Но и вы должны понять — если она сама захочет…
— Не захочет. Вы… плохо знаете Золотце. Она очень свободолюбивый человек… Так уж вышло, что мне пришлось бросить её на долгих восемнадцать лет. Да, я не идеален. У меня свои тараканы в голове… Из меня вышел хреновый отец тогда. Поэтому, я хочу, чтобы получилось хотя бы подобие отца сейчас. Агнесса — не оружие. И не вещь. Я… мечтаю сделать из неё нормального человека. Такого же, как все! Поэтому, вы уж меня поймите… Я никогда не отбираю то, что по праву принадлежит другому. Просто, здесь ситуация другая.
— Понимаю. Потому — не сопротивляюсь.
— Скажите, а кто вам дал информацию?
— Семён. Но откуда он её взял — сказать не могу. Не знаю. Да и он вряд ли скажет.
— Семён, говорите? — Спартак внимательно посмотрел на окровавленный «Мерседес», к окошку которого наклонилась Беллатрис. Она со счастливой улыбкой начала тискать смущённого фамильяра: — Понятно. Вы с ними осторожнее.
— Вы, о ком?
— Я про Артовых. Ксюша… она — невинное дитя. Слепой котёнок, которого с пелёнок вплели в огромную сеть подковёрных интриг. Да и брат с сестрой у неё такие же. Третьей ветви тоже можно доверять. Они ещё не оскотинились от власти. А вот взрослые у Первой и Второй ветвей… Глава всего рода — очень опасен. Держите с ним ухо в остро!
— Думаете, ему нужна такая мелочь, как «Искра»? — усмехнулся я: — Они по щелчку пальцев могут натравить свою личную армию. А у меня — сотня рогатиков. Мы ещё очень разных уровней, Спартак.
— Боюсь, что Артовым нужен не бизнес. Им, почему-то, нужны лично вы. И для меня это тоже загадка. Не припомню за вами, ничего такого, чтобы могло вот так сильно заинтересовать могущественный род. Ну, за исключением уникальной способности к быстрой регенерации. Однако, подобное можно найти и у других одарённых.
— С чего вы взяли, что вся эта авантюра со свадьбой — не прихоть самой Ксюши?
— Ксюша — монета. Огромная! Очень дорогая. За Ксюшу они вас покупают. Всего. Без остатка. И уж поверьте мне на слово — Артов бы, никогда не отдал своего породистого щеночка, кому попало. Ксюша — пленница. Птица в золотой клетке! Просто, она этого ещё не осознала. Или осознала, но ничего поделать не может… И если Главе рода не понравился бы выбор дочери — там даже до контракта бы не дошло.
— Семён сказал, что это была страховка.