Элитари. Путь
Шрифт:
И это в эту семью меня хотела сосватать богиня? Добрая, мать, чего уж тут рассуждать.
В человеческие земли правитель периодически отправлял комиссии с проверкой, не полагаясь на отчёты наместников и донесения шпионов. В одну из таких комиссий Эльмир и предложил меня определить, сделав компаньонкой его племянницы, входящей в её состав. Мне надлежало следовать за Сирениеллоараэлью (нет, ну и имена у них!) неотступной тенью и научиться всему, что следует знать благородной эльфе.
На мой вопрос, почему мне нельзя остаться с ним, чтобы он помог мне с обучением и затем мы просто отправились в Проклятые земли, Эльмир ответил, что наследник развернул активную кампанию по поискам красавицы с зелёными волосами. Так что неизвестно откуда взявшаяся
Комиссия отправлялась через несколько дней, как только в столицу прибудет Сирень. Вот не буду я называть её полным именем! Хотя, нужно всё-таки выучить, теперь конспирация — наше всё. А если эльфы без труда выговаривают весь этот лингвистический кошмар, то и мне теперь придётся. Но только при официальном обращении!
А пока Эльмир принялся учить меня магии. Сперва мы разбирались со свойствами амулета, выданного мне Арианной. Оказалось, что тот аккумулирует энергию элитари и способен преобразовывать её в магию других видов: к примеру, магию стихий. Но, емкость… скажем так, резервуара амулета была невысока: к примеру, я могла выпустить пяток огненных шаров, наполнить котелок водой или левитировать небольшие предметы, скажем книгу или подушку. Чтобы поднять себя в воздух, магии уже не хватало. Эльмир сказал, что, в принципе, такой уровень силы соответствует способностям человеческого мага средней руки. Что ж, и на том спасибо.
Но сила силой, а большинство заклинаний воплощались при помощи активации жестами и словами, причем эльфы обучались этому искусству много лет. Так что мне предстояло ещё только осваивать эту науку с самых азов.
Элитари же я могла использовать интуитивно: к примеру, я просто могла пожелать и за пару часов вырастить дерево, чтобы оно давало съедобные и вкусные плоды. Исцелять вплоть до излечения ран, не совместимых с жизнью. По словам Эльмира, зеленоглазка мог и умереть от молнии, которую он схлопотал от человеческого мага. Не сработала его защитная магия — почему, кстати? А я практически вернула его с того света. Но рассказать об этом нельзя. Потому что тогда не миновать мне участи ценного приза в гонке за власть в эльфийском королевстве. Посему элитари у меня, конечно, есть, но пользоваться я могу, по сути, только преобразованной энергией амулета.
Ментальная же магия мне далась вовсе. То есть я обладала универсальной устойчивостью от всех видов враждебной магии — Эльмир не мог на меня ни повлиять различными внушениями, ни повредить боевым заклинанием — они на меня просто не действовали. Но и я не могла ни на кого ментально воздействовать. В принципе, не очень-то и хотелось.
А как тогда быть с общением с грифонами? Я воспринимала картинки, которые мне передавал бывший пленный грифон, который и доставил меня к магу, Шари. Эльмир сказал, что это просто средство общения, а не враждебная магия. Грифоны исключительно дружелюбно относятся к эльфам, по сути, это не отношения, как скажем, у человека к лошадям. Это, скорее, союз двух равноправных партнёров на добровольной основе. Человеческие маги этого не понимают и до сих пор пытаются ловить котоптиц и пытаться подчинить их своей воле. Такие попытки караются среди эльфами смертью. Человек, посягнувший на свободу грифона, должен быть убит.
Эльмир научил меня также различать и маскировать ауру и видеть магические плетения и заклинания. Сама я могла пока только элементарное — но ведь пару дней назад не могла и этого! Маскировку моей ауры мы также привязали к энергии амулета богини — теперь я на самый придирчивый взгляд выглядела как самая обычная эльфийка этого мира.
В общем, вот так, в экспериментах и исторических ликбезах пролетели для меня два дня. Параллельно я зубрила эльфийские имена, чтобы произносить их плавно и легко, как сами эльфы. Ужас. После такого я дома
На третий день Эльмир представил мне свою племянницу Сирениеллоараэль и покинул нас, отправившись по своим магическим делам.
Глава 8
Сирень оказалось милой эльфочкой с прекрасной внешностью русоволосой голубоглазой куколки и безупречными манерами. Она притащила мне ворох нарядов и с энтузиазмом принялась учить меня эльфийскому этикету и нюансам поведения женщины в высшем обществе. Обучала обращаться с предметами туалета и показывала различные прически. В этой непростой науке оказалась масса мелочей, по которым можно было сразу многое сказать об эльфе: его социальный статус, семейное положение, род занятий и даже настроение.
Интересно, что дядя ей наплёл про меня? Эльфа не задала мне ни единого вопроса — кто я, откуда? Как будто ей каждый день приходится объяснять элементарные вещи тому, кто совершенно в них не разбирается.
Зато меня такая ситуация полностью устраивала. Если тебя не спрашивают, можно и не врать. А врать я ох как не любила. Тем более, хорошо, что не пришлось обманывать такую милую эльфочку.
Узнала я наконец-то и о положении женщин в эльфийском обществе. Остроухие жили в основном родовыми общинами, где каждый выбирал себе занятие по душе. Ограничение было лишь в одной части — по достижении совершеннолетия (в 50 лет) эльфийка должна была выйти замуж. Все просто — браки заключались, дабы рождались дети. Этому вопросу предписывалось уделять максимум внимания — на данный момент в семьях редко рождалось больше одного ребенка и потому численность эльфийского населения медленно, но неуклонно падала. Кстати, для представительниц старших домов ограничений было больше — браки нередко заключались главами родов и согласия будущих супругов спрашивали не всегда. Всё, как у человеческой аристократии в средние века, в принципе.
Вот и Сирень не повезло — своего мужа она увидела двадцать лет назад только на свадьбе. Любви между ними за десять лет брака так и не возникло. Детей тоже не получилось. Тогда предприимчивая эльфийка откопала какой-то древний закон о том, что если в паре нет рождённых совместно детей и они выражают обоюдное согласие, то имеют право разойтись к взаимному удовольствию и без претензий друг к другу. До этого разводы в высшем эльфийском обществе не то, чтобы порицались, но и не одобрялись. Так что, такой шаг был по меркам остроухих не только смелым, но и поставил Сирень практически в противовес высшему обществу. К тому же она добровольно как бы поставила на себя клеймо «бездетная», что также не добавило ей популярности.
Но эльфийка не расстроилась, а выбрала для себя необычную стезю — дипломата. Не без помощи дяди, главы совета Пяти, вошла в состав комиссии по проверке деятельности эльфийских наместников в человеческих землях. Было это десять лет назад.
— А надоест все, осяду в каком-нибудь человеческом королевстве в качестве наблюдателя. Или вовсе исследованиями новых земель займусь, — оптимистично заявила эльфа.
Вообще, энтузиазму этой девушки можно было только позавидовать. Хотя, хмм, девушка… Бабуля моя помладше будет. Да, зависть — плохое чувство…
Обговорили и мою легенду. Решили, что я буду несовершеннолетней родственницей Сирень по имени Найстиаурель (клянусь, имя не я придумала!). Эльфа сказала, что так действительно хотели назвать девочку её родственники из рода ди Линари. Но родился мальчик. Так что Сирень заявила мне, что с удовольствием принимает в семью троюродную племянницу своей бабушки по отцовской линии Найстиаурель ди Линари, с чем меня и поздравляет. И обняла. Я обняла её тоже, думая тем временем, что эльфы все, в силу достаточно небольшой численности, друг другу наверняка родственники. А среди аристократии у них наверняка нередки и близкородственные браки. И это тоже одна из причин вырождения. Озвучивать свои мысли Сирень не стала, решив позже обсудить с Эльмиром.