Элоиза
Шрифт:
Святослав подошёл к перилам моста и погладил кошку. Зверёк под его ладонью обмяк, прижавшись животом к холодному камню, и закрыл измученные страхом глаза. Маленькое сердце колотилось, как птица о прутья клетки. Славка решительно взял кошку на руки, посадил её за пазуху, поправил плащ.
— Слушай, ТЫ, — сказал он, не поворачиваясь к собеседнику, — Один раз я спас её, и теперь её жизнь принадлежит мне.
— Святослав, такого закона не существует в нашем обществе, — с насмешкой произнёс парень
— В обществе людей. Но она — ведьма, ты же сам сказал. Значит, с ней я могу поступить так. А то, что я наорал на неё, касается только её и меня. Но тебя — никаким краем.
— Ну-ну, посмотрим.
Из темноты послышался короткий, сухой смешок и удаляющиеся шаги. ОН ушёл. А его место занял ветер. Холодный, порывистый, он заставил Святослава поёжиться и крепче прижать к себе затаившуюся под плащом кошку.
— Ну, пойдём домой? — спросил он в темноту.
— Мя-ау…
Дома парень высадил кошку на пол, и она убежала в комнату. Святослав снял в коридоре плащ и ботинки, прошёл на кухню, уселся за пустой стол, уронил голову на руки и задумался. Тикали часы на руке, негромко урчал холодильник, ругались соседи с верхнего этажа. Пусто. Непонятно пусто.
— Слав…
— Чего тебе? — спросил он нарочито грубо, не поднимая головы.
— Ты был прав. Ты спас мне жизнь, а я… Я ничем…
— Перестань. Просто я немного вспылил, и теперь раскаиваюсь.
— Я не хочу, чтобы было вот так… Хочется, чтобы никому из-за меня не было плохо… Слав, прости.
— За что?
— За меня, — ответила она и замолчала.
Святослав поднял голову. Элоиза стояла перед ним бледная, с затравленными глазами. Из одежды на ней было только махровое полотенце, края которого она придерживала на груди судорожно стиснутыми пальцами.
— Элоиза, да ты что? — прошептал Славка охрипшим вдруг голосом.
Вместо ответа она отпустила полотенце, которое упало у её босых ног ненужной тряпкой.
— Элоиза…
— Да. Мне нечем больше отблагодарить тебя.
— Иди оденься, — сказал Святослав, чувствуя, что не может отвести глаз от нагого тела девушки, — Оденься… А то замёрзнешь.
Элоиза подошла к нему, опустилась у ног и положила голову парню на колени. Тёмные волосы каскадом упали с плеч, открыв высокую белую шею и нежную, гладкую спину. Святослав совершенно растерялся. Он не знал, как ему поступить.
— Элоиза, глупышка… Ну что за выдумки!
Она медленно выпрямилась, взглянула Славке в глаза. Взгляд её кричал: «Не прогоняй меня!». Святослав только хотел сказать что-то, но Элоиза обняла его, села на колени (парень изумился, насколько она лёгкая) и приникла к его губам. Славка почувствовал, что разум над его телом уже не властен. «Как же Полина?» — взывал его рассудок, но руки уже обнимали
Внезапно Элоиза вздрогнула, замерла на мгновение и принялась отчаянно вырываться из Славкиных рук, но он перехватил её и прижал к себе.
— Ш-ш… Тихо, тихо, — успокаивающе зашептал он, — Успокойся. В чём дело?
— Я не должна, — пробормотала девушка, — Так нельзя… Я не должна. Пусти меня!
Глаза у неё были перепуганные, в них блестели слёзы. Это немного охладило пыл Святослава.
— Что ты, Элоиза? Чего испугалась? Я не сделаю тебе больно, обещаю. В чём дело? Чего ты боишься?
Элоиза отодвинулась к стене и села на измятой постели, дрожа, как в ознобе. Святослав приподнялся на локте и погладил нежную ручку девушки.
— Элоиза, да что с тобой? Я что-то сделал не так? Я обидел тебя?
Она отрицательно покачала головой.
— В чём тогда проблема? У тебя до меня никого не было? — предположил парень.
— Был, — одними губами ответила Элоиза.
— Тогда что случилось?
— Полина, — коротко ответила она и расплакалась.
— Она ничего не узнает, — уверенно заявил Святослав, внутри испытывая небывалый приступ пробуждения совести, — Элоиза, я ей ничего не скажу. Всё останется только между нами, обещаю. Не плачь, малышка.
Элоиза, всхлипывая, закрыла лицо ладонями.
— Глупый… Ты хоть понимаешь, что говоришь? Ты же её предал! А виновата — я! — горько выкрикнула она, — Что же я наделала…
Славка встал с кровати и начал одеваться. В нём снова нарастало необъяснимое раздражение, злость и обида непонятно на кого. Хотелось наорать на весь мир. И тут ещё слёзы этой бестолковой ведьмы…
— Да успокойся ты! — рявкнул он, — Я ей не обещался, ясно? Перестань реветь! Ну!
Девушка замерла, сжавшись в дрожащий, жалкий комок. Славка плюхнулся рядом, схватил её за локти, грубо встряхнул и развернул лицом к себе. Увиденное заставило его медленно разжать руки. Лицо Элоизы было белой маской застывшего страха и отчаяния, из прокушенной губы по подбородку медленно ползла тоненькой красной змеёй струйка крови. Глаза, чёрные от непомерно расширенных зрачков, кричали: «Не бей меня! Молю!». Святослав испугался сам себя. Неужели это он так перепугал девчонку, что кажется ей каким-то адским кошмаром?