Эмбарго
Шрифт:
«Водопроводчик».
Рука Малко, исчезнув в его руке, едва не превратилась в месиво от рукопожатия. Но этот фокус был уже знаком Малко. Он мстительно повернул свой перстень с печаткой вокруг пальца и в свою очередь сжал руку Криса. Тот подавил ворчание:
– Ох!
– Не следует злоупотреблять своей силой с настоящими демократами, Крис, – предупредил Малко. – Поберегите ее для злых «комми». Как дела?
– Плохо, – ответил телохранитель. – Отмораживаем себе все места, если Ваша Светлость простит мне это тривиальное выражение. Эти суки арабы...
– Не будьте расистом, Крис, – нерешительно
– Я не расист, – с негодованием возразил Крис Джонс, – мне холодно. Эти сволочи установили термостаты на шестьдесят пять градусов, [3] а видите, какая стоит погода! Поскольку я не могу тратить дополнительно пятьдесят долларов, чтобы мне поставляли топливо, то у меня в доме такая же температура. Возвращаясь домой, я ложусь. Даже холодильник теперь ни к чему.
– Мадам Джонс, должно быть, в восторге, – с некоторым коварством заметил Малко.
3
По Фаренгейту.
Крис пробормотал что-то неразборчиво, помянув проклятых аристократов, живущих в роскоши и тепле.
Что касается тепла, то его в Америке явно не хватало. Три недели назад, 15 января, в политике и экономике разразилась гроза. Бойкотная комиссия Лиги арабских государств, собравшись в Дамаске во главе с Генеральным директором Насиром Шафиком, сообщила, что по требованию Лиги вес нефтедобывающие арабские страны – Саудовская Аравия, Кувейт, Ирак, Объединенные Арабские Эмираты, Ливия, Алжир и Сирия – решили прекратить все поставки нефти Соединенным Штатам с 0 часов 16 января. Эта мера была принята из-за провала тайных переговоров между Лигой и американским правительством, на которых была предпринята попытка заставить США разорвать торговые отношения с Израилем. А точнее, добиться, чтобы американский президент подписал указ, относящий Израиль к категории "3" по линии министерства торговли вместе с Кубой, Камбоджей и коммунистическим Вьетнамом.
Американское правительство, разумеется, решительно воспротивилось тому, чтобы ему диктовали условия. Экономический бойкот широко применялся в мире многими странами, начиная с самих Соединенных Штатов. Однако впервые группа стран в открытую оказывала давление на другую страну, чтобы та, в свою очередь, оказала нажим на третью. Что в конечном счете было не чем иным, как глобальным шантажом с использованием заложников. Но на этот раз в заложниках оказалась страна с населением в двести двадцать пять миллионов человек, самая могущественная в мире...
Для некоторых посвященных это грубое эмбарго не явилось неожиданностью. Со времени последовательно; о замораживания военных действий в соответствии с соглашением по Синаю палестинцы сконцентрировали свои усилия, чтобы добиться полной блокады Израиля/Конечно, чтобы добиться такой ничем не ограниченной блокады, некоторые группы оказали давление на такие консервативные арабские страны, как Саудовская Аравия. Блокада ударила по Соединенным Штатам внезапно. Из-за отказа некоторых стран-импортеров они ввозили более двадцати процентов нефти из стран, участвовавших в эмбарго. Последствия этого не замедлили сказаться.
– Почему вы приехали за мной? – спросил
– Мы едем в Лэнгли, – пояснил Джонс. – Марта Роджерс ожидает вас для срочного совещания. Он сейчас отправляется на Ближний Восток. Вертолет уже здесь. Это весь ваш багаж?
– Да, весь, – сказал Малко.
Он сел в белый «додж» с табличкой «U. S. GOV».
Марти Роджерс был шефом Ближневосточного подразделения Оперативного отдела. Малко уже случалось иметь с ним дело. Подчиняясь заместителю директора Оперативного отдела Дэвиду Уайзу, он был знаком с большинством шефов подразделений.
– Где Милтон? – спросил Малко, пока они отъезжали от «боинга».
Милтон Брабек был верным товарищем Криса Джонса.
– Лежит с температурой сорок, – мрачно ответил Крис.
– Он простыл в этих проклятых кабинетах.
Он остановился перед серым зданием аэропорта и обернулся к Малко.
– У вас есть паспорт?
Малко протянул ему свой австрийский паспорт. Телохранитель исчез внутри здания и спустя несколько минут вновь появился. Открыв дверцу и не садясь в машину, он наклонился к Малко.
– Оружие есть?
– Да, – ответил Малко. – Пистолет. А что?
Телохранитель пожал плечами.
– Эти проклятые бюрократы хотят только знать, есть ли у вас оружие. Надо заполнить декларацию. О'кей, я возвращаюсь.
ЦРУ имело право разрешить кому угодно въезд в США при условии соблюдения административных формальностей.
Малко спокойно ждал. К счастью, в машине работало отопление. Трудно было представить себе, чтобы США, где на протяжении целого поколения никто никогда ни в чем себе не отказывал, испытывали какие-то ограничения. Крис Джонс вернулся и плюхнулся на сиденье. Он протянул Малко его паспорт.
– Вот, все в порядке.
Спустя пять минут они были у военного вертолета, винт которого уже вращался. Как только они пристегнули ремни, он оторвался от земли. Крис Джонс наклонился к Малко и заорал, перекрывая шум винтов:
– Почему вы здесь на этот раз? Опять какая-нибудь крошка?
Любовные похождения Малко восхищали и одновременно шокировали Криса Джонса, получившего пуританское воспитание.
Малко смотрел, как под вертолетом проплывают окутанные ледяным туманом поля Виргинии. Что он узнает о Ричарде Кросби? Он не мог себе представить, чтобы техасский промышленник был действительно связан с убийством Патриции. Однако совпадение вызывало беспокойство. У ЦРУ, возможно, была какая-нибудь задняя мысль. «Влуф-влуф» лопастей вертолета убаюкивали. Он продремал до тех пор, пока не почувствовал, что вертолет снижается. Они сели на крышу административного здания, расположенного на огороженной территории в сто двадцать пять акров, святая святых ЦРУ.
Марти Роджерс, начальник подразделения «Ближний Восток» Оперативного отдела был высок, худ, любезен и полон юмора. Он беспрерывно сосал фальшивую сигарету, пропитанную мятой, чтобы не курить по-настоящему. Он внимательно выслушал рассказ Малко, делая пометки.
Его кабинет в стиле модерн на седьмом этаже административного здания был похож на кабинет публициста с Мэдисон-авеню. Удобный и элегантный. Когда Малко закончил, Марти Роджерс вынул из портфеля папку с несколькими газетными вырезками и пробежал их глазами.