Эмигрант
Шрифт:
– Ну, как прогулка?..
Колдун пожал плечами:
– Без эксцессов.
– Приятно слышать. Кстати, господин герой, Лотта тебе сообщила, что ты теперь граф?
– Что?
– Значит, воздержалась, – констатировал Кецетин, – я уговорил Лограна отложить официальную церемонию до конца твоей Проверки. Но приказ уже подписан, в анналы ты внесен. Радуйся.
– За что это?
Кецетин хмыкнул, пощелкал пальцами:
– Господин граф, ау, очнитесь! Вы спасли жизнь члену королевской семьи и спрашиваете "за что" вам пожалован
– Я бы предпочел обойтись без подобных рекордов, – отозвался Жорот.
– Согласен. Но сие от нас не зависит. Ладно, с приятным закончили, перейдем к суровым будням. Ты готов?
– Да. Только, Кецетин… Ты понимаешь, что даже учитывая твою помощь, я выйду из строя на несколько дней?
Маг кивнул.
– Хорошо. Тут где-то должна быть моя комната?
– Да.
– Я прошу, чтобы никто – ты в том числе – не заходили в нее без моего разрешения.
Особенно пока я буду… выходить.
– Думаешь, то, что ты забьешься, как раненный зверь в но-ру – уменьшит твои проблемы?
Жорот холодно отозвался:
– Я ничего не думаю. Я сообщаю тебе условия, несоблюдение которых приведет к разрыву контракта.
Кецетин прищурился:
– Любопытно. Как тогда я смогу тебе помочь?
– Как только я буду в состоянии принять помощь, ты об этом узнаешь. Раньше – будет только хуже.
Маг пожал плечами:
– Ты не оставляешь мне выбора.
– Именно.
– Что ж… Счастливо.
В реальном времени Проверка занимала едва ли час-полтора. По личным часам Жорота прошло два с половиной дня. Когда он очнулся – в своей комнате, первое, что он увидел – была кровь. Входил в Проверку он – сидя в кресле. Сейчас он лежал на полу, запятнанном кровью. Жорот пошевелился и выругался – тело пронзи-ло острой болью сразу в нескольких местах. Он стянул мантию, оставшись обнаженным.
Стигматы. Черт, черт и черт!!!
Кое-как сев, оперся спиной о кресло. Стигматы открылись в местах смертельных ран – два ножевых отверстия против сердца, правда, не столь глубокие, чтобы представлять опасность. И еще несколько стигматов образовалось на месте ран, которые были у него в Проверке – в момент смерти.
Жорот полез в аптечку за кровоостанавливающими средствами. Проблема стигматов была в том, что с помощью магии они не лечились. То есть надо было успокоиться, восстановить душевное равновесие, и они начинали заживать, как обычные раны.
Медитация, еда, сон… Именно в такой последовательности Жорот собирался заняться самолечением. К чему и приступил, с присущим ему тщанием.
Пробуждение колдуна было, мягко говоря, необычным. До этого его никогда не расталкивали магическими методами. Сооб-разив, в чем дело, колдун буркнул:
– Что стряслось?
Ехидный голос Кецетина, звучащий прямо в голове, сообщил:
– Обижаться будешь на себя. Так ухитриться очаровать даму за каких-то пару часов…
Спросонку
– А… Лотта.
– Добивается встречи с тобой, – сообщил Кецетин.
– М-м… – Колдун прекрасно понимал, что Лотта требует встречи не из-за его красивых глаз: что-то случилось с девчон-кой. – Сколько прошло с Проверки? – уточнил он.
– Идут третьи сутки.
– Угу… Ты будешь сильно против, если Лотта придет сюда?
– Она? Сюда? Разве под страхом смерти, – фыркнул маг. – Не забывай, она королева и…
– Если я ей нужен – придет. Да. И предупреди ее, что я выгляжу не очень красиво – пусть не пугается.
– И откуда ты знаешь, как выглядишь? – ехидно уточнил Ке-цетин, – Я в твою комнату забыл повесить зеркало.
– Исходя из самочувствия, – отозвался Жорот. – И сам не заходи, пожалуйста, проводи ее до двери, и все.
– Ну-ну… – пробурчал Кецетин и отключился.
К моменту, когда в дверь постучали, Жорот успел одеться. Он жестом открыл, но в комнату вошел – Кецетин. Колдун нахму-рился:
– Я же просил…
– Знаешь, мне плевать, что ты там просил! – весьма эмоци-онально буркнул маг. – Лотта ждет в гостиной. Не знаю, чем там ты ее приворожил, и знать не хочу, но я должен иметь представ-ление, в каком ты состоянии.
Жорот непонимающе нахмурился, потом до него дошло. Он расхохотался. Смех тут же перешел в кашель, легким стало не хватать воздуха, и колдун свернулся клубком, стараясь унять боль, проснувшуюся от спазматических движений – везде, где только можно. Кецетин кинулся к нему, рывком разогнул и, удер-живая одной рукой за плечо, другую положил на грудь. От ладони мага пошло тепло, кашель унялся. По всему телу словно пролете-ли щекочущие иглы, и – вернулись к исходной точке.
Кецетин вздрогнул, но пустил второй импульс, похоже, лечащий. Жорот, переждав его, покачал головой:
– Бесполезно. Стигматы магией…
– Сам знаю, – буркнул Кецетин. – Я просто усилил твою сопротивляемость.
Он отнял руки, и отошел. И, не удержавшись, бросил на колдуна взгляд, в котором мелькнула паника. Но хоть Кецетин, будучи магом рун, и не проходил Проверок, их суть он знал. По-этому воздержался от вопросов. Жорот, поднял глаза:
– Мы обязательно поговорим о Проверке… позже. Кстати, некоторые считают, "исповедь" – обязательной частью реабилита-ции. Правда, я к ним не отношусь, поэтому дам тебе только часть информации.
Кецетин кивнул.
– Зови Лотту. Она заждалась. И, пожалуйста, оставь нас одних. И не подслушивай – моей квалификации хватит, чтобы "за-сечь" тебя.
Маг усмехнулся:
– Делать мне больше нечего. Можешь не утомляться – я во-обще пошел к Лограну.
Жорот хотел сказать, что одно не исключает другого, но промолчал.
Появившись на пороге, Лотта непроизвольно вздрогнула и побледнела. Жорот, делая вид, что не замечает ее испуга, жес-том указал королеве на свободное кресло: