Эмигрант
Шрифт:
– Прошу прощения, что не встаю. Я несколько нездоров.
– Я вижу, – кивнула королева. – Кецетин мне не сказал…
– Думаю, это ничего не изменило бы, – отозвался Жорот. – Что-то с девочкой?
Лотта нервно огляделась.
– Кецетин обещал, что подслушивать не будет, – сообщил колдун. – Но, если он и обманывает, в любом случае, мы ничего не сможем сделать. Так как далеко ходить я сейчас не в состоя-нии.
– Я действительно хотела уговорить вас прогуляться по го-роду, но сейчас… – плечи Лотты выразительно опустились. Она тут же встряхнулась
– Вы хотите, чтоб я определил, где она сейчас, – резюми-ровал Жорот. – Узнали, что это – теоретически возможно…
– Я заплачу, – Лотта достала небольшую коробочку, открыла ее и положила на стол.
В ней сверкали серьги-капельки, похожие на те, которые отдал Жорот, – Я хотела вам отдать их, как только встречу, но вы исчезли…
Колдун рассеяно кивнул, скользнув по украшению взглядом:
– Благодарю. В данном случае оплата значения не имеет – я и так у вас на жаловании.
– Вам платят не за это, – заметила Лотта.
– Секунду. Так вот, дело не в деньгах. А в том, что я не уверен, в состоянии ли я сейчас запустить это заклинание. По-чему бы вам не обратиться…
Лотта резко поднялась:
– К Кецетину, я так вас поняла?
Жорот, глядя на разъяренную королеву, пожал плечами:
– Почему бы и нет?
– То есть, вы отказываетесь?
– Это заклинание может сплести любой маг.
– Я разговаривала с двумя. Оба сказали одно и то же – кто-то накрыл ваше заклинание колпаком и теперь единственный, кто может хоть что-то сделать, – тот, кто это заклинание – накладывал!
– Ч-черт… В таком случае мне надо ехать на место. Или вам этого не сказали?
Лотта сжала губы:
– Сказали.
Колдун подумал и спросил:
– Вы уже договорились с Селеной?
Лотта мрачно усмехнулась:
– И с ней, и с Лограном. К счастью, Кецетин последние три дня пропадает здесь, и я смогла настоять…
Жорот поморщился:
– Избавьте меня, пожалуйста, от ваших семейных трений.
На лице королевы появилось возмущенное выражение, но кол-дун не обратил на это внимания. Сейчас она не станет портить с ним отношения.
Лотта, приняв его условия, согнала с лица недовольство и уточнила:
– Так вы согласны?
Он раздумывал.
С одной стороны, предприятие выглядело безумием. В его состоянии пускаться в – минимум! – пятидневное путешествие… Да еще с присутствием "неизвестного" в конце… Черт знает, с кем придется столкнуться – судя по перекрывающему заклинанию, про-тивник может быть весьма серьезен. С другой… почему бы нет?
Вдруг распахнулась дверь, и в комнату ворвался Кецетин.
– Совести у тебя нет, ни черта! – обрушился он на Лотту. – Ты хоть соображаешь, что требуешь?
Напор мага был так стремителен, что Жорот среагировал не сразу.
– Я уже не знаю, когда тебе доверять. Кое-кто обещал…
– Да не подслушивал я! – рявкнул маг, – Я от Логра-на! Это он мне новость сообщил…
– Ладно. Значит, ты не подслушивал, – кивнул колдун. – А что ты врываешься, как… непонятно кто? Если Логран с Селеной не против…
– А если некий идиот, не желая принимать во внимание во-обще никакие факторы – соглашается на самоубийственные затеи? Что мне прикажешь делать? Аплодировать?
– Согласия еще не было.
Маг презрительно фыркнул:
– Хоть мне голову не морочь!
Жорот подумав, кивнул про себя, подтверждая правоту Кеце-тина. Он уже практически согласился, только не успел сказать это вслух.
Вдруг вмешалась Лотта, ледяным тоном сообщившая:
– В данном случае я могу потребовать помощи Жорота. Хо-чешь, чтобы я воспользовалась своим правом?
Кецетин фыркнул:
– И на каком основании?
Королева, глядя на мага, как кошка на собаку, процедила:
– Внутрисемейная порука.
На лице мага внезапно появилось настороженное и недовер-чивое выражение.
– Что ты имеешь ввиду?
– Я требую помощи в поисках моей племянницы и ее сына.
Впечатление было, словно из Кецетина разом выпустили воз-дух. Он упал в кресло и бросил:
– Что, Ганери пошел по стопам брата?
Лотта, мрачно глядя в угол, процедила:
– Нет. Ее отец – Корнери.
Жорот вспомнил, что Корнери – младший брат Лотты, погиб почти два года назад при невыясненных обстоятельствах. Возвра-щался с поздней гулянки из города – с одним из друзей, нетрез-вые… Официальная версия говорила об ограблении, хотя у обоих было огнестрельное оружие, а принц на спор – в каком угодно состоянии – попадал в муху с двух дюжин шагов. Кецетин тогда пробурчал, что, скорей всего, Корнери убрали свои же. В тот момент Жорот воспринял это как обычное злословье, сейчас он уже не был в этом уверен.
Кецетин недоверчиво уставился на королеву, потом усмех-нулся:
– Конечно. На него можно все списать…
– Идиот, – прорычала Лотта, – Зачем мне тебя обманывать, если по приезду девочки ко двору ей предстоит официальный ге-нетический анализ…
– А неофициальных было уже штук пять, – буркнул Кецетин. – Ну и что? На вашем официальном анализе ее могут признать да-же дочерью твоего пра-пра-прадеда, лишь бы она принадлежала вашей семье… А будь она ребенком Корнери, она была бы слиш-ком молода, чтобы родить…
– Ей скоро шестнадцать, – глухо отозвалась Лотта, – ребен-ку три года.
Маг выругался. Потом поднял голову:
– Пусть Жорот передаст настройку Льекору. Это разумный выход из положения.
Королева встревоженно заметила:
– Но связь ослабнет в несколько раз!
– А его я не отпущу. Ты не представляешь, что требуешь.
Колдун подал голос:
– Перестань, Кецетин. Я поеду.
– Нет!
– Назови мне пункт договора, согласно которого я не имею права ехать.