Эмилер
Шрифт:
Через насколько часов Лея закончила. Пока все… Девушка без сил легла на снег, раскинув руки и устремив невидящий взор в небо…
Самое сложное повреждение у Райна там, где хищник выдрал большой кусок мяса из переплетения мышц на животе. Хорошо, что в горло не вцепился, а то эти твари любят сначала выгрызть горло и лишь потом берутся за внутренности!
Погода налаживаться не собиралась. Лежа на снегу и отдыхая телом, Лея решала, как спустить Райна в пещеру. Наконец она надумала сделать что-то вроде горки и осторожно
Ей понадобился не один час, чтобы сильно расширить лаз и завалить снегом лестницу, так тщательно и аккуратно сооруженную Райном. На ее месте она и устроила горку.
Она чуть не плакала от облегчения, когда втянула шкуру с Райном на гладкий пол возле стены, где они спали последнее время. На улице был уже поздний вечер. Лея трудилась весь день не покладая рук. Сейчас ей надо было поесть и поставить стазис, иначе из-за холода сегодняшняя ночевка грозит стать гораздо хуже предыдущей.
Эмирими, вытащив из снега запасы жареного, но замороженного мяса, попробовала перекусить. Еда, больше напоминавшая кусочки льда, не лезла в рот. Рассасывая их, девушка поставила тоненький стазис. Но что это даст без огня?!
Ночью у Райна началась лихорадка, и Лея не могла понять отчего, а главное, что ей делать. Создатель! Она потратила на него столько жизненной магии… точно на супруга. От этой мысли Лее стало так горько. Она привязала себя к врагу, теперь он будет страдать, а она будет чувствовать. Хотя со временем связь ослабнет. Но когда? Через тысячу лет? Или когда он погибнет?
Бедный отец! Как он смог пережить потерю мамы, если даже одна мысль об этом превращает душу в раскаленный камень?! Всю жизнь Лея мечтала, что найдет того, кто станет ее счастьем… но те, кто казался подходящей партией, погибали один за другим в безумной войне. Мужчин, подходящих ей по возрасту, оставалось с каждым годом все меньше и меньше, пока не остался один правитель. Лея, вспомнив его условие, желчно усмехнулась. Вот тебе и два дня!
Девушка немного помогла Райну магией и без сил свалилась рядом.
Спать!
Утром она с новыми силами взялась за лэра. Растопив снег, выстирала оторванный кусок рубашки и промыла раны. Райн в этот момент громко стонал от боли, но в себя не приходил. Сложив рваные края ран впритык, она стала их сращивать. На этот раз все удалось, но, видимо, из-за сильной потери крови лэр так и остался лежать в бессознательном состоянии.
Девушка устало поплелась за мясом. На этот раз ей удалось все – даже подогреть себе обед. После она отправилась на улицу: надо убрать подальше убитых кошек, если их до сих пор никто не выкопал из-под снега и не съел, не то они могут приманить сюда новых хищников.
Выполнив задуманное, Лея остановилась посмотреть на вершины гор, уходившие высоко за облака. Все покрылось колоссальным количеством снега, который шел
Ох, как это опасно! В любой момент может сойти лавина и закопать их еще глубже!
Райн очнулся от невыносимой боли. Горело все: кожа груди, лицо, руки и особенно живот. Он, не выдержав, громко застонал и замер, чтобы не усиливать боль.
Ни Леи, ни-ко-го! Никого!
Ушла… А ему все время казалось, что она рядом, и от этого становилось чуть легче. Но если ее нет…
Лэр не успел решить, что делать дальше, как раздался шум шагов. Она! Лея вернулась! Как хорошо…
Девушка прошла мимо, не скрадывая шаг ради тишины, вынула запасы жареного мяса, ловко нанизала их на клинок и принялась разогревать. По пещере поплыл аппетитный запах… О, если бы вкус хоть немного соответствовал запаху!
Лея с дымящимся «обедом» подошла к лэру и тихо позвала:
– Райн…
Он вдохнул глубже, пытаясь отозваться, но горло так высохло, что он не смог даже прохрипеть. Лея куда-то отошла. Райн остался будто в бездонном колодце боли… Но девушка быстро вернулась, не дав ему отчаяться всерьез.
Она нежно протерла его губы кусочком снега и предложила снежный шарик – утолить жажду. Внутри Райн горел от боли, которая иногда все же прорывалась короткими стонами. Лея покачала головой, тяжело вздохнула и, протянув руку к его груди, мгновенно наполнила ее теплом. Нет, жаром, унесшим большую часть боли.
– Ох, бедный мой, – прошептала она, вновь против всех правил используя магию жизни. Райн с облегчением вздохнул и, расслабившись, тут же уснул. Лея забылась сном рядом с ним, даже не подстелив шкуру.
На улице сильно потеплело. И это было ужасно. Снег в пещере стал совсем плотным, все потекло, а вот до них самих тепло не докатилось. Из-за стазиса. Но Лея не собиралась его отменять, предыдущая лавина сошла в куда более холодную погоду.
Как оказалось, эмирими не зря ожидала неприятностей.
В середине следующего дня она решила выйти и осмотреться, но не тут-то было! Она не смогла сделать и шага, ноги проваливались так, что она рисковала потонуть в снежной каше полностью. Лея вернулась и в ожидании дальнейших событий прикрыла стазисом ход.
После полудня сошла новая лавина, куда более страшная, чем первая, и они вновь оказались отрезаны от мира.
Лея помогла с исцелением лэру – от слабости он теперь большую часть дня спал.
Девушка был рада, что тяжелых увечий на всю жизнь у него не останется. Жуткие раны, нанесенные серой кошкой, постепенно заживут, даже шрамов не останется. Как и ее нога, болевшая все меньше.
Они иногда тихо беседовали, пока у раненого хватало сил.
– Я люблю во время Заготовок бродить по горам в одиночестве, наблюдая, как они засыпают, – как-то раз тихо поделился лэр, искренне удивив своей поэтичностью Лею.