Эмилер
Шрифт:
– Чудовищно! – с отвращением выдохнула Лея. – Там, наверно, совсем маленькие дети за дровами ходят! Ведь это плато для них безопасно.
– Они нас не жалеют! – парировала Атем. – Но я с тобой согласна, это все-таки подлость, не достойная даже клыкастых дикарей!
– Лэры – не дикари! – выпалила Лея.
Атем с непониманием покосилась на сестру.
– Вернее… на их фоне самым дичайшим дикарем выглядит наш правитель, при живой жене набирающий себе гарем из девочек и воюющий с детьми.
– Они враги… – тихо заметила
Лея постаралась взять себя руки:
– Кстати, я всех видела, а Майт где?
– В дозоре, – опечалилась Атем. – Сейчас его черед… я места себе не нахожу.
Лея задохнулась от подобной новости, уронила половник в котел и, в шоке распахнув глаза, уставилась на сестру:
– Темчик, ты что?! Какой дозор?! Там ведь здоровые бойцы едва справляются! И то только самые быстрые и ловкие! – Изумлению Леи не было предела.
– Приказ Махуда. Под угрозой поставить командирами Крима и Олиет!
Лея окончательно задохнулась от возмущения.
– Совсем свихнулся, подлец! – гневно отреагировала она, чуть не сплюнув при звуке его имени.
– Да, они еще и задерживаются, а у меня какой день душа не на месте, – добавила Атем.
– Я вернулась. Значит, Майту больше нет нужды ходить в дозор! – Лея быстро отошла от очага и склонилась над сундуком с запасами, доверху набитым самоткаными пакетиками с сушеными плодами и ягодами.
Атем покачала головой.
– Ты не знаешь, как отреагирует правитель на твое возвращение, – отложив нож, печально сказала сестренка. – Да и не один Майт – калека.
С минуту помолчав, Лея нежно погладила рукой какую-то странную лохматую шкуру, аккуратно лежащую поверх остальных на длинной лавке, стоящей вдоль светлой деревянной стены, после отозвалась на слова Атем:
– Чую большую кровь… Надо все менять… иначе погибнем. Все погибнем!
Атем с любопытством наблюдала за сестрой, но пока молчала, за что Лея была ей благодарна.
Им давно пора решать, как жить дальше!
Через неделю, с боем заставив Атем остаться дома с измученным Майтом, Лея наконец пошла с отрядом в дозор по периметру.
Едва Райн очутился на дне Скользкого ущелья, будто огненный шар взорвался у него внутри: так ему захотелось схватить Лею и утащить к себе. Он крепился как мог. Сил хватило только на то, чтобы уйти с достоинством. Но решимость чуть не лопнула, когда Лея остановила его, чтобы подарить ему свой клинок. Райн был готов бросить все и пойти, куда она позовет! Даже в пасть к врагу.
Но она не позвала… Лея молча проводила его взглядом, закрыв совместную страницу их приключений, как прочитанную. И разбив ему сердце! Какая высокая фраза! Он всегда считал, что это выражение – пустая болтовня бездельников, но оказалось, что все
Старейшинам Райн поведал, что из-за магии врага его выкинуло в неизвестном месте и все это время он добирался назад. Рассказывая это, Райн всем телом ощущал чудесным образом зажившие шрамы.
Друзья во главе с дядей и братом восхищались его силой, позволившей ему выжить одному в горах, пережить не один буран и не попасться в зубы голодным хищникам! Он принимал их неподдельное уважение, чувствуя себя последним лжецом, понимая, что выжил только благодаря Лее.
После того как радость от его возвращения улеглась, ему сообщили, что за это время неизвестно где и почему пропало два отряда молодых бойцов и больше двух десятков женщин, ходивших за дровами. Молодежи в племени почти не осталось.
Все проклятая война…
– Да, наверно, вновь какие-нибудь деревья, – устало предположил Райн, понимая, что праведная боль за смерть близких обязательно вызовет новую волну мести. Месть – неимоверно голодный хищник! Если синих кошек можно накормить, то месть – никогда.
– С первым отрядом погиб Тин и два десятка бойцов, отправившихся мстить за тебя.
Райн, выслушивая эти новости, только качал головой. Глупцы!
– Со вторым отрядом исчез старейшина Осен.
Райн редко с ним общался, хотя тот был его дядей по матери, как Влер по отцу. Осен не любил Влера и это чувство перенес на племянника, не упуская малейшей возможности выступить наперекор Райну. Но потеря важного недруга в Совете не принесла лесному охотнику ни капли удовлетворения.
– Таким образом, старейшины вновь в строю? – удивился Райн.
– Это моя идея. Сколько можно рисковать молодыми? – вздохнул Влер.
– А если вы погибнете, как Осен, кто будет учить молодых лэров? – спросил Райн.
– Ты считаешь, что противники настолько сильны?
– Да…
– Если бы я тебя не знал, то решил бы, что тебя сломали! – грубо встрял в разговор недовольный упадническим настроением брата Дирк.
– Да, меня сломали, но не эмирими, а ненужные смерти вымирающего племени. За месяц полсотни лэров. А главное, кто нам заменит погибших лэри?
Родственники уставились на него в недоумении, но Райн с горечью продолжал:
– Ради чего мы воюем? Ради еды? Нас осталось так мало, что ее хватит на пять племен и десять поколений вперед!
Дядя с братом, посмотрев на него с непониманием, сошлись в одном:
– Ты отдохни с недельку, а потом в поход! Это поможет избавиться от ненужных мыслей! – И Влер скупо улыбнулся.
Райн отвернулся. Когда-то Влер так заразительно улыбался… тогда его глаза превращались в маленькие черные полумесяцы, щедро обведенные веселыми морщинками. Но сейчас он словно нес тяжелую ношу и не мог передохнуть.