Эмиссар

Листратов Валерий

— А ничего. — раздается сзади. Хозяин опять создает своего голема. — Неплохо получилось. Проверять в бою будешь?

— Буду, — первое свое полноценное творение немного жаль, но проверить его надо.

На арене появляется голем лабиринта. И сразу же атакует мою зверушку. Собачка реагирует, как и должна реагировать смелая собака, то есть атакует в ответ. Големы быстро сходятся в схватке, и, как и ожидается, голем хозяина лабиринта спокойно побеждает моего. Тот рассыпается песком.

— И это всё? — удивляется хозяин лабиринта.

— Да нет, подожди секунду.

Шарики

на арене прыгают друг к другу, и через секунду собака снова собирается в функционирующую куклу, которая тут же атакует голема хозяина лабиринта.

— И долго он у тебя так может? — интересуется кукла Хозяина после третьей самосборки собачки. Та попеременно то проигрывает, то побеждает.

— Там встроенный накопитель, он довольно ёмкий, так что несколько дольше, чем будет существовать твоя. Пока есть магия с пси в накопителе, собираться он будет постоянно. А если снабдить каким-нибудь амулетом молний, или, медицинским «сна», то он еще и атаковать будет. Только нужно подключаться, или найти правильную схему поведения. У твоих черепах, я помню, что-то такое было, с атакой магией.

— Было. — кивает кукла. — Ладно. Зачет.

Кажется, мне устраивали экзамен. Хмыкаю про себя.

Големы на арене, а на этот момент моя собачка противостояла уже трем похожим, рассыпаются песком. Псинка замирает, поднимает голову, отряхивается и, как не в чем ни бывало, идет обследовать арену дальше.

Она, похоже, еще и обучается. Не закладывал специально, но, видимо, емкости шарика хватило на волевой посыл и это хорошо.

— Интересное решение, про твои шарики никто не знает, а значит, искать их не будут. А он может собраться и продолжить выполнять задачу. Хорошая схема получается. Но я ещё в прошлый раз это хвалил. Только сейчас увидел, что потенциал у твоей схемы более гибкий, чем у конструктов.

— Да, мне тоже так показалось. Но я еще буду докручивать эту идею. В теории, я ксеносам могу противопоставить армию подобных существ. Вот только материала у меня нет для армии. И времени на ее создание. Отряд — самое большее.

— Так, тогда смотри, я тебе выдам еще пару конструктов. — около меня тут же появляются укрупнённые версии схем големов. — Вот несколько вариантов, которыми ты можешь воспользоваться. Здесь и черепаха, про которую ты говорил, и группа белок, и разные собачьи.

Отдельно выстраивается конструкт чуть ли не в два раза более сложный, нежели все предыдущие.

— А вот это — конструкт человека, тот, которым я с тобой разговариваю. Он в принципе внешне не сильно отличается от нормального человека, как ты видишь. Даже способен на какие-то простые самостоятельные действия, типа походить по кругу, заметить кого-нибудь и так далее. Вещь в себе, но ты можешь ей пользоваться, довольно безопасная штука. Ты же всё равно сейчас не будешь изучать свою книгу?

— Нет, сейчас не буду, нужно сделать перерыв.

— Ну вот, отрисуй себе схему поведения хоть кого-нибудь. Они все сложные, но пара почти бессмертных защитников тебе бы не помешала.

— Почти бессмертных?

— Ну смотри, ты же знаешь, что тварей Гона уничтожали редко дольше, чем за день. Технология у вас наработана.

Просто если у тебя будет металл несущим — сразу никто этого не поймет, ну, может, только маги Земли. А когда поймет — легко все равно не справится. Слишком непонятно, что и как уничтожать. Вот и получается, продублируй пару контуров, и твоя игрушка превращается в почти бессмертную тварюшку. Сделай себе парочку.

— Да тут работа на месяц!

— Ну что ты. Ты же сделал абсолютный щит, а он по сложности всего лишь раза в два проигрывает. Справишься, я уверен. Тем более ты его научился делать не одним махом, а по частям. Давай. Иметь всегда с собой почти бессмертных охранников дорогого стоит. Да, они не сильны, но как минимум внимание отвлекут.

Соглашаюсь, действительно надо отвлечься. Для чего сажусь создавать именно такой вариант. И неожиданно увлекаюсь.

Успеваю и поспать в ускорении, и поработать. Фактически ночь внутри моей Арены у меня превращается в очень и очень длинные почти два рабочих дня.

Хозяин лабиринта в очередной раз оказывается прав, и я действительно за сутки умудряюсь создать пару големов со сложной схемой взаимодействия. Да, на человека не хватает, но собак создать у меня получается. Но, к сожалению, на этом у меня заканчиваются и силы, и ньямаль. Нужно искать сплав или экспериментировать с той кучей пси-материала, которую я забрал в Африке.

Как бы то ни было, ночь для меня проходит очень небесполезно. Хорошие штуки получаются.

Иду завтракать. Именно туда, куда и планировал. В той же самой столовой сажусь за тот же самый столик. Ну а что? Он мне понравился, да и пользоваться выигрышем — правильное дело.

— Что угодно, господин Рысев? — тут же подходит ко мне официант. Моё имя тут же выучили, получается.

— Будьте добры, похожий завтрак, как и в прошлый раз, — киваю улыбаясь. — И кофе сразу же.

— Сейчас будет сделано, — парень словно испаряется.

Вот и замечательно — и завтрак мой запомнили, и меня тоже.

Чашка кофе появляется как по волшебству. И опять же, сам напиток получается планируемо хорошим. Но все же, сюда я захожу не поесть. Сюда я захожу встретить человека, узнаваемая сигнатура которого, появляется в соседнем зале.

Глава 23

— И много Белозерский вам проиграл? — спрашивает Борис Васильевич.

Разговор происходитещё вечером, пока мы сидим в библиотеке. Вокруг народ уже расходится, и только библиотекарша с лёгким неодобрением посматривает на нас.

— Много немного, а на круг около пяти с половиной тысяч получается.

— Имперских рублей, не баллов? — уточняет учитель.

— Там и баллов около двенадцати тысяч с каждого, но баллы — это отдельная история.

— Не скажите, — о чём-то задумывается Кошкин. — Максим, вы же понимаете, что он не сможет отдать эти деньги.

— Почему? Это не такие большие деньги для княжича.

— Для главной ветви тоже не очень большие. Но он-то наследник, он не может распоряжаться такими суммами. Вы вообще себе представляете, что такое пять с половиной тысяч имперских рублей?