Эндана
Шрифт:
Его величество, стоя у стены в кабинете, рассматривал карту мира. Каменная мозаика, переливаясь, блестела в свете гномьих огней. Это дивное произведение искусства преподнесли королю в подарок на день рождения в прошлом году жена и дети. Мастера собрали карту из готовых кусков всего за одну ночь.
Правитель Энданы усмехнулся, вспомнив, какими приемами воспользовалась любимая супруга, не дав ему раньше времени попасть в кабинет, и провел пальцем по бирюзовому морю.
Идеально подогнанные камни создавали
Красиво, ничего не скажешь! А как же иначе? Ведь это работа гномов.
Осторожный стук в дверь отвлек правителя от созерцания столь полезного украшения – в кабинет вошел секретарь.
– Ваше величество, голубиная почта и доклад от графа Драви. – Эрик, поклонившись, протянул серебряный поднос, на котором лежали тонкие, плотно исписанные листки бумаги.
Король, быстро пробежав глазами донесение заместителя Риккведа – наконец-то долгожданные сведения, – нахмурился и спросил:
– Граф во дворце?
– Он ждет ваших распоряжений.
– Проводи его ко мне, – приказал Аттис.
Когда за слугой закрылась дверь, правитель Энданы внимательно прочитал невесомый маленький листик, снятый с лапки почтового голубя.
Эдвин вошел в туннель, оставив охрану и меч у входа. С этого времени прошло больше суток, значит, сын попал в загадочную страну вейанов. Во всяком случае, очень хотелось в это верить. О других вариантах, во всем зависящих от таинственных стражей, король запретил себе думать.
Разговор с графом длился два часа и завершился тем, что в нем приняли участие царица и жрица азанагов. Новости, собранные за пределами Энданы, нуждались в срочном обсуждении. Беседа правителей двух держав почти сразу переросла в военный совет, и теперь, стоя перед многоцветным шедевром подземных ювелиров, участники совета не замечали его красоты. Перед их мысленными взорами, словно наяву, вставали реки, холмы, горы и леса, через которые вот-вот двинется беспощадная нежить.
Сведения, полученные от разведчиков Риккведа, подтвердили предположение Аттиса, из какой страны нанесут главный удар. Это позволило союзникам определиться в дальнейших действиях. В конечном счете после недолгого спора правители нашли то единственное место, где у них был шанс остановить врага, во много раз превосходящего численностью объединенное войско.
На следующий день, еще до полудня, через восточные, южные и западные ворота Награны в великой спешке проскакали всадники. Каждый вез за пазухой королевское послание: Аттис не решился доверить важные письма быстрокрылым птицам. Свежие лошади ожидали гонцов в каждом городке. И если бы кто-то задался целью проследить за посыльными, то смог бы заметить их и в предгорьях Оснирии, и в Красных горах у гномов, и в жаркой Медоре.
На север тоже отправили вестника. Аттис долго размышлял, прежде чем написать последнее письмо, и пришел к выводу, что без помощи Кенлира в войне не обойтись. Северяне единственные, кто имел опыт сражения с нежитью.
В оговоренное время у дворца снова захлопали
А еще через пару недель, не ожидая конца сбора урожая, объявили о начале войны с Телгетом. Энданцы сначала только недоуменно крутили головами, не в силах понять, что за демон укусил короля и заставил принять такое странное решение в самый разгар летней страды.
Недоумение подданных Аттиса длилось до тех пор, пока с телгетских границ не потянулись первые беженцы. Люди бежали в великом страхе дальше, на запад, за Эндану.
Вести, принесенные этими несчастными, были настолько ужасны, что многие в них не верили. Разве можно серьезно относиться к разговорам о кровососущих чудовищах, способных заставить подчиняться человека одним только взглядом?
Впрочем, верили подданные короля Аттиса испуганным соседям или нет, но роптать перестали и стали усердно собираться в военный поход. Пока пожившие свое мужчины задумчиво чесали затылки, их взрослые дети просились в ополчение, горя желанием свершать подвиги и славные дела. Умудренные жизнью родители только головами качали, но насильно не удерживали, потому как знали: раз их правитель взывает о помощи, значит, положение серьезное. Однако выгоду тоже старались соблюсти, отпуская сыновей лишь в том случае, если могли обойтись без их помощи.
Горожане были активнее: даже старики и безусые юнцы собрались в дорогу. Их, правда, не взяли, объяснив, что городам потребуется защита. Не принимали в ополчение и оружейников с кузнецами: их умение теперь было на вес золота. Ополченцев же собирали в сотни, во главе которых вставали опытные воины, в том числе и из «невидимых» брата короля.
Так собрали войско числом в шестьдесят три тысячи, которое ранним утром двинулось к границам Оснирии. Восточные земли этого княжества, узким языком зажатые между непроходимым вековым лесом и самой полноводной рекой материка, были единственным местом, где можно остановить врага. Князь Ката уже ждал союзников в городе, который станет той самой «дверью», захлопнутой перед носом нежити.
Глава 26
Сильно изменился туннель с тех пор, как прошла по нему испуганная темноволосая девушка, ведущая на поводе рыжего коня с обессилевшей всадницей. Устрашающую славу туннеля разогнал свет двух сотен самых ярких гномьих огней. И только черное облако, преграждающее подземную дорогу, осталось по-прежнему пугающе таинственным. Оно заставляло людей задуматься – так ли им надо на ту сторону. Говорят, некоторые поворачивали обратно, плюнув на возможные выгоды путешествия.