Эпицентр

Андерсон Кевин Джей

Скалли сглотнула и рискнула прервать гневную тираду:

— А когда я представлю пробу согласно инструкции, смогу ли я попросить вас об одолжении?

Берлина Лу Куок прищурила раскосые глаза и неожиданно оглушительно расхохоталась:

— Прошу прощения, агент Скалли. Разумеется, сможете. Это в связи со смертью высоко поставленной дамы из Министерства энергетики? Нас предупредили: дело срочное.

Скалли кивнула и вручила ей пакетик с про бой и записку Малдера с его домыслами на это;

счет.

— Занятно, —

заметила Лу Куок, пробежав записку глазами. — Если агент Малдер прав, мы быстро определим состав пробы. А вот если нет… на это могут уйти недели.

— Сделайте все, что сможете, — попросил. Скалли. — Заранее вам благодарна. Ну а мне предстоит вскрыть два трупа.

— Завидую! — Не отрывая глаз от черного порошка, Лу Куок встала и, по-прежнему ворча что-то насчет вони в лаборатории, пошла к столу с приборами и инструментами.

День выдался на редкость суматошным и утомительным.

Скалли делала вскрытие тела Нэнси Шекк и старика-фермера Оскара Маккэррона, чьи останки благодаря усердию военных с полигона Уайт-Сэндз были упакованы и присланы в лабораторию в полном соответствии с установленной процедурой. Скалли подозревала, что они с превеликой радостью умыли руки, предоставив ей отвечать на все вопросы.

Но даже теперь, после вскрытия тел трех жертв, погибших одинаковой смертью, она не представляла, что именно послужило орудием убийства.

Причина смерти ясна: экстремальное тепловое и радиационное воздействие. Но вот как быть с источником воздействия? Что это: новый смертоносный луч или миниатюрная боеголовка?

Скалли неплохо разбиралась в ядерной физике и прекрасно понимала, что боеголовка не может поместиться в маленькую бомбу или ручную гранату. Для размещения критической массы, инициирующего взрывчатого вещества и экрана необходим определенный объем, да и вообще такие «игрушки» камня на камне не оставили бы, но ни в одном из трех случаев значительных разрушений не было. У Скалли пока есть единственная улика — пузырек с непонятным черным порошком, выловленный Малдером из бассейна Нэнси Шекк.

Закончив с вскрытием, Скалли принялась за исследование порошка. Поместив пробу на стерильный металлический поднос, она осторожно размазала жирную слизь скальпелем и, вооружившись увеличительным стеклом, попыталась определить ее состав.

Вставила в магнитофон новую кассету, нажала кнопку «ЗАПИСЬ», установила уровень срабатывания, чтобы в записи не было пауз, продиктовала номер дела, номер пробы и при ступила к предварительному осмотру.

— Проба черного вещества, обнаруженного в бассейне Нэнси Шекк, представляет собой мелкую, хлопьевидную, частично гранулированную субстанцию, в состав которой, очевидно, входят два компонента. Большую часть составляет мягкий пепел органического происхождения. Проба влажная: в ней присутствуют хлор другие химикаты из бассейна. Так что в окончательном анализе придется делать поправки.

Второй

компонент смеси представляет собой зернистую… — Скалли отделила крупинку кончиком скальпеля, надавила на нее, и она выскользнула из-под лезвия. — …твердую кристаллическую субстанцию. Похоже на скальную породу или… песок. Да, пожалуй, это темный песок.

Прихватив немного черного порошка кончиком скальпеля, она перенесла ее на предметное стекло, размазала по поверхности и поместила под стереомикроскоп. Приникнув к окулярам, отрегулировала фокус и принялась рассматривать, меняя увеличение, используя поляризационный фильтр и постоянно как можно равномернее разглаживая вещество по стеклу.

— Да, очень похоже на песок, — повернувшись к магнитофону, повторила она и нахмурилась. — Вероятно, пепел взяли где-то на берегу, где он был смешан с грунтом. Впрочем, это предположение. — Придется потерпеть, пока будут готовы результаты анализа обоих компонентов в лаборатории Берлины Лу Куок.

Интуитивно предчувствуя положительный ответ, Скалли решила проверить пробу на радиацию, тем более что днем, перед вскрытием, она получила суперсовременный счетчик альфа-излучения, с помощью которого можно определить остаточную радиацию, превышающую фоновую.

Она направила чувствительный элемент счетчика на размазанную по подносу смесь, и от его серебристых прямоугольных ячеек на металлическом подносе заиграли блики. Выходные данные прибора поступали в компьютер, и умная машина, переварив информацию, выдала на дисплеи спектр ядерного излучения. Скалли ничуть не удивилась, обнаружив в пробе остаточную радиацию. К счастью, из-за незначительного объема пробы доза радиации никакой угрозы не представляла. Судя по спектру, характер излучения был довольно необычным и явно связан с мощным выбросом энергии.

Почти всю работу компьютер взял на себя, сравнивая полученный спектр излучения с тысячами других, хранившихся в памяти, и пытаясь идентифицировать его природу. Скалли оставалось лишь нажимать кнопки.

В дверь постучали, и вошла Берлина Лу Куок с папкой в руках.

— Агент Скалли, вам срочная посылка — получите ваши результаты.

— Как, уже готово? — поразилась Скалли.

— А вы как думали? Что я уложу их в сухой лед и отправлю почтой? — рассмеялась Лу Куок. — Просто мне захотелось подышать свежим воздухом, вот я их и занесла.

— Спасибо! — Не успела Скалли взять папку, как китаянка развернулась и величаво удалилась.

Скалли не стала смотреть бумаги, а повернулась к дисплею проверить результаты сканирования. Как ни странно, за ту минуту, пока он разговаривала с Берлиной Лу Куок, компьютер определил источник излучения.

Конечно, погрешность могла быть достаточно велика, но машина сделала заключение, что это черное вещество сорок — пятьдесят лет назад подверглось воздействию мощного источника ионизирующего излучения.