Эпилог
Шрифт:
Тень изучала двуногих. Оказалось, их немыслимо много — маленьких, больших, молодых, старых, — умудрившихся занять доминирующее место в растительном и животном многообразии четырехмерия. Двуногие называли себя людьми или человеками, и, чтобы не запутаться, наделяли друг друга сочетаниями звуков, не несущими особой смысловой нагрузки. Тень пыталась развить речевой аппарат, чтобы воспроизводить человеческие голоса, но ей никак не удавалось наладить одновременную работу связок, губ, зубов, нижней челюсти, языка и нёба.
Одним из достижений тени стало установление контакта с человекой, которую надлежало опекать. Контакт состоялся, то тень едва не провалила миссию, забыв, что все живое в материальном
Подопечная тени откликалась на сочетание звуков: "Э.В.А" и делила место гнездования с двуногим. Частенько они на пару устраивали возню, идентифицированную тенью как тяга к появлению потомства.
Тень впервые испытала страх, когда незнакомая людиха уверенно заявила: "оно неживое". От волнения тень едва не выдала себя. В каком месте она просчиталась, создавая совершенную конструкцию? Физическая оболочка соответствовала, часовой механизм тикал, упругий мешок перерабатывал органику и расчленял на компоненты, присущие четырехмерию. Меха ритмично втягивали и выбрасывали использованный газ. Тень даже научилась мурлыкать и издавать гортанные мяукающие звуки, войдя в образ.
Она проследила за прозорливой двуногой и, забравшись в ее сознание, убедилась, что той нет дела до неживого существа. Это успокоило. А еще тень заметила, что за грудиной глазастой человеки, рядом с тикающим устройством пульсирует шарик бледно-голубого цвета. Что это за орган? Прежде тень не замечала у двуногих наличие оного. Может, она перешагнула на новый уровень развития?
Тень просканировала подшефную и обнаружила возле стучащего механизма похожий шарик с неустойчивой цветовой гаммой. Шарик переходил в возбужденное состояние и ослеплял быстро меняющейся палитрой красок, когда подопечная находилась с сожителем-двуногим, чей сферический орган пульсировал монохромно — черным и зеленым.
В принципе, тень приняла благосклонно присутствие двуногого в жизни Э.В.Ы. Правда, не единожды пыталась вразумить, когда по его вине пестрый шарик подшефной покрывался серым налётом и замирал. Тень изобретала способы убеждения. Например, собиралась перегрызть одну из трубок в колесном устройстве, на котором перемещался двуногий. Или осыпать его телесную оболочку спорами ядовитых грибов. Или поменять местами слуховые и глазные отверстия. Но, забравшись в сознание своей подопечной, тень поняла, что наличествует единственная запретная зона, в которую не следует соваться. Это двуногий. Если он перестанет функционировать, погаснет и переливающийся шарик Э.В.Ы, по всем признакам являющийся наиважнейшим органом в теле каждого человека и, тем самым, отличающий живые организмы от неживых.
Тень считала своим долгом регулярно сканировать сознание подшефной и всех двуногих, появляющихся в поле зрения. Её озаботил раздрай, царивший в последнее время в сознании Э.В.Ы, и тень с легкостью выяснила причину. Шарик людихи, внесшей в существование подопечной негативные эмоции, когда-то был красным, но сейчас находился в стадии разложения, распространяя смрад и гниль.
"Устранять угрозу безопасности любой ценой" — вспомнила тень о непреложном завете и начала действовать.
Тень уцепилась за подвеску и раскачивалась, не зная, что выбрать. Она могла бы лишить нахальную двуногую глазных яблок и бровей. Совсем. Нарастила бы ровную молодую кожу, убрав глазницы. Или завязала бы узлами отростки на верхних конечностях, называемые пальцами. Или законсервировала бы в неподвижности все имеющиеся суставы и мышцы. Тень преуспела в создании метаморфоз. Но сейчас она находилась на перепутье. Дело в том, что эволюционируя, тень осваивала новые навыки и, в частности, училась хитрить и анализировать.
Тень могла бы внести коррективы в оболочку соперничающей двуногой во время быстрой езды, но суть не менялась. Угроза нормальному функционированию подшефной сохранялась, несмотря на блокировку отдельных зон серого вещества, отвечающих за страх. Э.В.Е недоставало навыков и опыта.
Поколебавшись, тень свалилась с подвески и переползла к другому колесному средству. Люди называли их машинами. Забравшись по резине на гладкую поверхность, нагретую небесным светилом, тень проникла в круглое отверстие под днищем машины и потекла по темному тоннелю.
Обычно тень трепетала, предвкушая быструю езду. Но раньше она выступала в роли пассажира, не интересуясь устройством колесного средства. Всё бывает в первый раз, — заключила философски тень, рассредотачиваясь по, как ей казалось, важным узлам. Здесь она будет получать команды и оберегать свою подопечную от напастей.
Оберегать не получалось. Машина тронулась, разогнавшись. Температура мгновенно возросла, детали и узлы вращались, давление размазывало по стенкам. Тень утеряла контроль над ситуацией, потому что просчиталась, забравшись не туда. Следовало сгенерировать вторую голову у соперничающей человеки, и дело с концом, — проворчала тень и начала впитываться в кристаллическую решетку. Она просачивалась и текла, расползалась и растягивалась. Прикреплялась к междоузлиям. Заполняла пустоты. Срасталась.
Тень и сама удивилась своим способностям, хотя и утомилась. Она вступила в тесный симбиоз с колесным средством. Тень увидела пространство вокруг с помощью отражающих поверхностей и почувствовала воздушные потоки, создаваемые другими машинами. Она перевела на себя управление движением в четырехмерной системе координат, и быстрая езда привела её в неописуемый восторг.
Две фуры идут параллельно, закрыв обе полосы.
Сигналю. Посторонитесь!
Волосатая рука высовывается из окна и показывает неприличный жест. Водилы ржут. Развлекаются. Им с высоты двух метров нипочем суетливая мелкотня.
Ухожу влево и вылетаю на газон, ускоряясь. Колеса вспахивают высохший дерн. Ныряю обратно на дорогу, успевая вклиниться перед фурой. Вовремя, иначе "Турба" поцеловала бы высокий бетонный поребрик. Водилы сигналят, и я отвечаю их же жестом. Ну и вонища! Нечем дышать. Кружится голова от высокой концентрации угарного газа в воздухе. Можно бы закрыть окно, но мне необходимо слышать шорох шин, гудки автомобилей, рев двигателей. Так я лучше ориентируюсь.
На втором круге к горлу неожиданно подкатывает тошнота, и сердце толкается под ребра. Торможу. Дрожащими руками вливаю в себя последний флакон и жду, пока снадобье подействует.
Мэл уверял, мы сработаемся с "Турбой". Ан нет. Машина сопротивляется. Я чувствую, она ревнует и поэтому саботирует. Второй круг проезжаю глаже, чем первый, но недостаточно хорошо.
— Думаешь, она лучше меня? — произношу вслух. Выглядываю из-за автобуса и ныряю обратно. Мимо проносятся легковушки. Снова выглядываю и вылетаю на встречную полосу, газуя. В придачу к автобусу обгоняю парочку пикапов.
Что будет, если я проиграю? Мэл не дурак и не кинется добровольно в объятия южанки. Стало быть, она задействует хитроумные штучки из арсенала обольщения и для верности зафиксирует процесс на фото или на видео. Чтобы продемонстрировать. Что тогда станет с нами? Сумеем ли сохранить и сберечь чувства? Смогу ли смотреть на Мэла прежними глазами? Однозначно, нет.