Эпоха нерешительности
Шрифт:
Хотел бы он знать, как сложилась судьба у его товарищей по "выпуску". Оттаивающих Лазарей оживляли обоймами. Группа Форрестера состояла из пятидесяти человек, и хотя они провели вместе совсем немного времени, ситуация и переживания ускорили знакомство и сблизили людей.
Но после выписки они разбрелись кто куда. Форрестер сожалел, что потерял с ними всякую связь.
Затем он громко рассмеялся. Шедшая ему навстречу женщина в голубой куртке на ходу отдавала какие-то распоряжения устройству, прикрепленному к запястью.
– Простите, - извинился он, все еще давясь от смеха. Зеленая стрелка скакнула за угол. Он последовал совету указателя. Форрестер не сомневался, что выглядел в глазах этих людей странно, да он и чувствовал себя странно и слегка неуютно. Он был приятно удивлен, что скучает по товарищам из фризариума, испытывая нежную, отдаленную отрешенность; раньше он с таким же чувством вспоминал своих школьных друзей. А ведь с тех пор, как рассталась группа размороженных, прошло всего сорок восемь часов.
Насыщенные сорок восемь часов, подумал Форрестер, и несколько тревожные. Даже богатство не смогло послужить предохранительным буфером между ним и окружающим миром. В этом он явно ошибся.
Прыгающие зеленые стрелы-огоньки привели к двери кабинета Хары. Тот ждал его у двери.
– Чертов камикадзе, - дружелюбно приветствовал он.
– Тебя нельзя оставить без присмотра ни на минуту.
Форрестер не считал себя человеком экспансивным, но сейчас он схватил руку Хары и радостно пожал.
– Боже, как я рад видеть тебя! Я в растерянности. Просто не понимаю, что за дьявольщина тут у вас происходит и...
– Старайся держаться подальше от неприятностей. Присаживайся.
– По сигналу Хары из стены выкатились кресла, а на стол плюхнулась бутылка. Хара ловко подковырнул пробку и наполнил бокал Форрестера.
– Я ожидал, что сегодня утром ты начнешь самостоятельную жизнь, а не вернешься в аппарате РС. Разве центр не предупредил, что на тебя охотятся?
– Конечно нет!
– Испуг, настороженность и негодование бурлили в Форрестере.
– И как понимать - на меня охотятся? Я не имел представления...
Затем пришло запоздалое осознание.
– Хотя, - задумчиво продолжал он, - кажется, инджойер что-то бормотал... Боны, гарантии и неизвестный тип по имени Хайнц, откуда-то с Суркис-Мэджора. Кажется, это поселение на Марсе? Да?
– Хайнцлихен Джура де Сыртис Майджор, - подсказал Хара, поднял бокал в молчаливом тосте за Форрестера и сделал маленький глоток. Форрестер последовал примеру Хары. В бокале оказалось шампанское. Хара вздохнул: Даже и не знаю, Чарлз, но весьма вероятно, что у меня вырабатывается привычка пить такое вино.
– К черту вино! Марсианин! Тот, в оранжевом трико! Ведь он и его бандиты избили меня.
Хара озадаченно посмотрел на Форрестера и произнес:
– Разумеется, это он.
Форрестер резко приподнял рубиновый хрустальный бокал и допил залпом шампанское. Надо отметить, весьма
– Пожалуйста, объясни, что произошло, - робко попросил он.
– О, пресвятой Пот! С чего мне начинать, Чарлз? Ну тогда скажи, чем ты насолил Хайнцу?
– Ничем! Вернее, ничем особенным. Возможно, во время танца я наступил ему на ногу.
– Марсианину? Ты наступил ему на ногу?
– сердито переспросил Хара.
– Ну и что из того? Пусть даже и наступил, хотя полной уверенности у меня нет. Неужели ты из-за подобной мелочи начнешь психовать?
– Марс отличается от Шогго, - терпеливо объяснял Хара.
– Кто знает, может, и стал бы? Все зависит от обстоятельств. Ты прочел ориентационную книгу?
Форрестер в ответ лишь вопросительно хмыкнул.
– Книгу с информацией о годе 2527-м. Ты получил ее при выписке.
Форрестер порылся в памяти.
– Ага, кажется, я оставил ее там, где проходила вечеринка.
– Показательно, - с некоторым недовольством произнес Хара.
– Будь любезен постоянно держать в мозгу следующее: во-первых, я в некотором роде отвечаю за тебя; во-вторых, ты абсолютно не ориентируешься в окружающем мире. Я прослежу, чтобы ты получил новый экземпляр книги. Прочти ее, а завтра мы снова встретимся здесь. Сейчас у меня много работы. На выходе загляни в кабинет выписки и забери вещи.
Он проводил Форрестера до двери, повернулся, но затем остановился, вспомнив:
– Кстати, Эдне Бенсен передавала тебе наилучшие пожелания. Милая девушка. Ты нравишься ей, - сказал он и закрыл дверь.
Закончив процедуры и пройдя через кабинет выписки, Форрестер получил белую папку, на которой золотыми буквами было напечатано его имя.
В ней находились четыре документа: медицинская карта, тонкая в бронзовом переплете книга, на которой светящимися буквами было написано:
"Ваш путеводитель по 26-му веку"
(адаптировано для 1979 - 1990 годов).
Третий документ явно предназначался для юридических целей. По крайней мере, прилагаемый к нему лист из плотного голубого материала напоминал повестку в суд. Форрестер вспомнил, что во время лечения доктор упоминал о каких-то неприятностях. Текст действительно намекал на неприятности, хотя слова выпадали из общего контекста или были совершенно ему непонятны.
"Чарлз Дэлглиш Форрестер, незадействованный, незаявленный, пришедший, тридцати семи лет, безработный в ожидании, принимает поздравления и находится под присмотром. Требование: присутствие на слушании совпадения, час 10.75, день 15, месяц 9..."