Eques

Грохт Александр

Тепловая не сумела найти цель, но в принципе, ее было бы достаточно. Я просто подорвал ее кнопкой, когда она вошла в радиус цели. А вторая добила бы его, даже если первая только оглушила.

Можно праздновать победу, вот только…эмм… иконка задания по-прежнему активна, а иконка Шакала наоборот, погасла.

И тут я вспомнил, что помимо прогностики, д’хисы умеют вмешиваться в сознание., захватывая его. Или, вероятно, подменяя одну картинку другой. Пытаюсь развернуться, но чувствую, как мне в прореху в доспехах уже упирается какое-то оружие, и…

Вы умерли. До воскрешения 59.59 …59.58…59.57…

Б@@!!!!! CУКАААА!

Ну как так-то!!!!

В ярости открываю капсулу, такого факапа я прост не ожидал. В то, что Сата с Лансом смогут прикончить невидимку без меня — я не слишком верил. А значит — все на смарку, и квест можно считать проваленным… Вот же ж падла то, а…

Пью кофе, в самых расстроенных чувствах дожидаясь респауна. Мою квартиру уже почистили и от трупов, и от следов побоища. Попутно сперев еще и весь кофе, и сигареты. Блин, эта обратка от игры меня доконает рано или поздно. Зайдя в ванную, я мрачно плюю в слив и обнаруживаю, что там кровавый сгусток место слюны. А повернувшись к зеркалу спиной. В которую меня убили — обнаруживаю на этом месте громадный синяк, и ожог. Чертыхаясь, лезу в аптечку, и достаю оттуда противоожоговую мазь. Морщась и шипя, замазываю пятно.

Ладно. Пачку я сохранил в кармане куртки на вешалке, а кофе пришлось растворимый заваривать. Мне настолько обидно и фигово, что это уже не важно.

Допив отраву и выкурив аж четыре сигареты, я ложусь в капсулу и тупо наблюдаю, как отсчитываются последние секунды…Открываю глаза в игре. Внезапно, я не на базе Блюкрейн — вокруг странно знакомые опаленные стенки, груда металлолома в углу…хм…кабинет мэра Тарента

Сата, Ланс, Арион, Конрад, Танис, Епископ…хммм…Тото, мы точно не в Канзасе…и пацаны тоже не там, засим делаем вывод, что ребята таки уделали д’хиса Игоря. Вот только как?

Именно это я вопрошаю, глядя на их довольные рожи.

От автора — так как случайно накосячилось — придется это выдать сейчас

Интерлюдия внезапная

— Слушай, племянник! Ты офигел в край!

Черноволосая девушка рвала и метала, расхаживая по темной комнате, очертания которой терялись в странном мареве, колышущемся как будто под дуновениями ветра, хотя никаких движений воздуха тут не присутствовало. По центру комнаты располагалась карта, немного странная — на ней миллионы дорожек сплетаясь и обрываясь, чертили непонятный непосвященному узор. Как раз прямо за этой картой стояла, мерцая и пропадая временами, фигура ее собеседника. В плаще — пыльнике, поигрывая копьем, с револьвером у пояса, собеседник опирался на крыло какого-то транспортного средства.

— Да ладно тебе, Ге! Че ты разоряешься? Моя игра, мой чемпион, мои трудности. Зачем ты вообще лезешь?

— Я уже говорила тебе сегодня, что ты — И-ДИ-ОТ? — Черноволосая внезапно успокаивается и падает на сотворившееся из мрака кресло. — Ты сейчас в угоду собственному обиженному эго пытаешься подставить своего же чемпиона, просто бездарно слив его. Ты выдал озарения этому недопредсказателю, так что он до миллиметра знал всю дорогу, а когда даже это не сработало — ты просто дал ему переделанный божественный атрибут. Так не пойдет.

—

И что ты сделаешь, отшлепаешь меня? Так боюсь, я немного для тебя недосягаем в этихз целях, хоть и не отказался бы. да...

— Фе. Что я сделаю. Так!

Волосы ее расплелись и внезапно сложились за спиной в практически черную корону-воротник. Первое. Своей волей - я заменяю созданную тобой тропу на нормальную, которая и должна была быть.

— Тебе слабо, у тебя практически нет силы! — Странник, а это был именно он, резко отшатнулся и встал в вызывающую позу, сжав кулаки. — Ты не можешь вмешаться в дела МОЕГО мира!

Она просто устало откинулась на спинку своего кресла, и посмотрела на него с сочувствием, как на безнадежно больного.

— Глупец. Устала это повторять. Любой, даже полу-материальный мир — доступен мне. А так как ты, сын своего тупоголового жеребца-папаши, умудрился натворить в нем дичи так, , что непонятно как это теперь разгрести — то у меня куда больше обязанностей теперь тут, как и прав, ими дающихся

— И чем это я накосячил тут, так что ты теперь диктуешь мне какие-то правила?

— Хм, ну давай по порядку. ТЫ притащил в нерожденный мир и запер в нем его творца, ты притащил в нерожденный мир и привязал к нему путем выдачи атрибутов странника-меж-миров, ты создал из душ рожденного в ином мире кадавров этого, ты создал вместо Центра Мира — сердце-вампир, поглощающее жизненную силу душ, и наконец, самый твой главный косяк — ты обманом отобрал у будущего бога-стража этого мира все его атрибуты власти и выслал в иной мир. Атрибуты — отдал своему чемпиону. В которого ты по странной дурной случайности избрал странника-меж-миров.

— Да что за странника-меж-миров то? Это вроде как я у нас.

— У нас да, но ты же понимаешь, что кроме нашего мира — их еще бесчисленное множество. Так вот. Странники — это те, кто при гибели в одном мире — возрождаются в другом, постепенно накапливая силу. Как правило, где-то в конце своей очередной жизни они вспоминают кто они. Хорошо и плохо одновременно то, что их главным свойством является невероятная везучесть. А уж в нерожденном мире...смотри, как бы не вышло так, что это он поставит тебя на колени, и приставит тебе ко лбу пистолет.

— Ну тогда зачем помогать ему? Сейчас он либо погибнет, и не сможет спасти своих людей, так что его вышибет из мира...

— Ага. А Мир оживет только для того, чтобы в него пришли Пожиратели. Ты же знаешь, без изначального Стража ни один из Миров долго не живет. На земле это Крон. Тут — Воин Дорог.

— Ээээ — ну так давай я его верну. Делов то, найти одного смертного.

— Вернешь кого? Рокатански? Ну так не выйдет, он же добровольно отдал тебе артефакты. Он теперь только будущему стражу нужен, чтобы окончательно благословить. Или Стаса, после провала им задания... по спасению Создателя мира? Ты кстати почему не мог просто подождать, когда они в мир запустят других людей? Не подумал?