Эра Охотников - 2

Многим хороши защитные круги: нечисть отводят, комарье гонят прочь, даруя безмятежный сон уставшему путнику. Это прекрасно, но звуки извне слышны более чем хорошо. Проблема никак не решалась нехитрой магией. И ладно бы, ночная птица горланила брачную песню на всех доступных человеческим ушам частотах.

Дневной сон под тёплым осенним солнышком нагло прерывался монотонными ударами.

Эльвира перехватила поудобнее наволочку, набитую травой, и накрыла ею с рождения

седую голову.

Как же звонко стучал молоток по гвоздям, подчиняясь жилистым рукам мастера!

Эльвира вышла к поселению под утро, когда ещё не рассвело, и в стороне от людских домов обустроила место для ночлега. Вернее, она называла это дневлегой, так как для себя решила, что безопаснее передвигаться ночью. Полную защиту мастерить из раза в раз – дело гиблое, так и вовсе не выспаться. Начертить всю цепочку руничного кода перед сном – и уже вставать нужно. А днём?

Пролетают иногда мелкие гарпии, но на равнинах приземляются они крайне редко. В небе их с птицей проще простого спутать.

А что-то крупнее в захудалых северных посёлках днем и не встретить.

Нежить пугается солнца, прямые лучи жгут мёртвую кожу не хуже серебра, и любой здравомыслящий неупокоенный прячется по норам и пещерам.

Эльвире тоже днём спать безопаснее. Пусть её и осудили бы коллеги за такое решение без подготовки.

Изгоняющие только в академии начинают привыкать к ночному образу жизни. Со временем они могут позволить себе странствовать в темноте, не боясь встретить неприятеля. Зелёный же абитуриент не готов к встрече с нежитью или проклятыми.

Но Эльвира всё же имела ряд преимуществ перед другими молодыми изгоняющими, и в первую очередь это посапывающий рядом с ней едо-тень. С первого дня их сотрудничества Асириус объяснил ряд инструкций, которые ей следовало соблюдать при жеребце. В первую очередь не называть его конём.

На остальные причуды спутницы едо-тень старался закрывать глаза.

После тридцати забитых гвоздей Эльвира не выдержала и вскочила.

– Эй! Хорош там стучать!

Её недовольный выкрик остался без внимания. Эльвира чертыхнулась: она отдыхала в защитном кругу, он искажал реальность, вряд ли её услышали за его пределами.

– Жди тут, – бросила она едо-тени и, потирая глаза, направилась к источнику шума. Носок голодного ботинка черканул по контуру на земле, разрушая простенькую защиту.

– Эй, а нельзя ли тише? Я тут сплю.

Худощавый старик поднял на изгоняющую бесцветные глаза с каким-то отрешенным равнодушием.

– Я живу тут сорок лет, работаю столько же. А работы у меня край непочатый. Кто же спит в такое время? Полдень, а ты вопреки богам драгоценный свет на сон тратишь. Стыдно должно быть...

Старик смахнул со лба бусины пота и накрыл деревянный ромбовидный ящик крышкой.

– Что это? – Эльвира с подозрением оглядела непонятное ей сооружение длиной в пару метров. Изгоняющая покосилась на избу, под навесом которой таких

ящиков с крышками стояло ещё с десяток.

– Неместная, что ль? – подозрительно нахмурил брови старик.

– Проездом.

Мастер печально вздохнул, отложил инструмент и провёл мозолистой ладонью по деревянной стенке.

– Я так и понял. Мы зовём их погребальники. Так вышло, что у нас, в Басюках, трупы принято хоронить в землю в этих ящиках.

– Чего? – Эльвира удивилась, затем возмутилась. Как это так? Против всех правил, зарывать тела? – Их сжигать нужно! Все это знают!

Старик виновато отвёл глаза.

– У нас принято возвращать упокоенного земле, обратно в лоно Терру. Арру, краса моя, не порождает жизнь, а вы всё ему отдаёте тела. А правильно ли делаете?

– Однозначно, правильно! – яростно заверила изгоняющая. Разговор ей нравился всё меньше, она почувствовала неладное, едва услышав о захоронениях. Тела нужно сжигать. Мертвец может вернуться, обратившись нежитью. В её родной деревне, Безымянке, если утопал в болотах кто-нибудь, то всё, без шансов – перерождался нежитью и бродил вдоль границ защиты в поисках перекуса. А здесь? Сколько неупокоенных лежит в этих землях?!

– Каждому своё, милая. У нас тут тихо, земля плодородная, боги нас милуют. Со своими поверьями на чужое капище не суйся, правильно люди говорят?

­– Да, – стиснув зубы, ответила изгоняющая, осознав, что спорить тут бесполезно. – А где ваши умершие упокоены?

– Да вон в той стороне, на холме камни погребальные заметишь. Можешь любоваться, коль в новинку такое – но не чуди! Не надобно нам богов гневать.

– Тогда посмотрю на местные достопримечательности. Спасибо, что уделили время.

Эльвира зашагала обратно. У изгоняющей в голове назревало много вопросов, которые теперь не дадут уснуть.

– А кем ты будешь, гостья дорогая? – послышалось позади. – И куда направляешься?

– Друг человечества, – отозвалась Эльвира, не замедляясь.

Едо-тень не спал. Лошадиные уши были наострены к Эльвире.

– Всё слышал?

– О да, – не открывая глаз протянул Асириус. – Весело им тут, наверное.

– Говорят, спокойно. Но я всё равно должна это проверить!

Эльвира принялась сворачивать стеганый плед с ромбиками, вытрясать из наволочки траву и прятать пожитки. На лошадиную спину упало тяжёлое навьюченное седло.

– Ты же говорила, что вы, абитуриенты, должны избегать опасностей, не лезть куда не следует и тихо, без приключений, добраться до академии. Я правильно запомнил?

– Всё так, – подтвердила изгоняющая. – Но нельзя проходить мимо, если людям угрожает опасность! Моя работа – защищать людей.

– Пока что нет, ты даже не студент. Это не твоё дело, иди мимо, хватит дурью маяться. Что ты там говорила? – Асириус скривил морду и передразнил изгоняющую: – «За неделю доберемся, и иди на все четыре» – я правильно запомнил?