Эрик
Шрифт:
На самом деле в этом было мало хорошего, потому что в основном они освещали гигантскую статую Кусалькоатля, Пернатого Змея.
Если бы вам случилось оказаться с этой статуей в одной комнате, вы бы предпочли, чтобы вокруг царила абсолютная темнота.
А может, и нет. Наилучшим вариантом было поместить эту штуковину в темную комнату, а самому страдать бессонницей в тысяче миль от нее, пытаясь забыть, как она выглядит.
«Это всего лишь статуя, – напомнил себе, Ринсвинд. – На самом деле ничего подобного существовать
– Что это, как его там возьми? – изумился попугай.
– Их бог.
– Да ну?
– Нет, правда. Кусалькоатль. Наполовину человек, наполовину цыпленок, наполовину ягуар, наполовину змея, наполовину скорпион и наполовину псих.
Попугай пошевелил клювом, осмысливая услышанное.
– В целом получается три как их там-убийцы, – подытожил он.
– Да, примерно так, – подтвердила статуя.
– С другой стороны, – немедленно вставил Ринсвинд, – я считаю, каждый человек имеет право поклоняться богу по-своему, пусть даже в этом присутствует некоторое извращение, а теперь, думаю, мы пойдем отсюда, так что…
– Пожалуйста, не бросайте меня здесь, – взмолилась статуя. – Возьмите меня с собой, а?
– Гм, вряд ли это получится, ты уж извини, – торопливо проговорил Ринсвинд, пятясь к выходу. – Пойми правильно, дело не во мне, просто там, откуда я приехал, царят жуткие расовые предрассудки против людей тридцати футов ростом, с клыками, когтями и ожерельями из черепов. У тебя будут некоторые проблемы с тем, чтобы вписаться в нормальное человеческое общество.
Попугай дернул волшебника клювом за ухо и хрипло выкрикнул:
– Эй, как его там, это не статуя!
Оказалось, что на самом деле голос исходит из дыры в полу, расположенной позади Кусалькоатля. Из глубины ямы на Ринсвинда близоруко уставилось бледное лицо. Пожилое, добродушное, слегка обеспокоенное, но вполне человеческое лицо.
– Гм-м, привет? – окликнул Ринсвинд.
– Ты даже не представляешь, что такое вновь услышать дружеский голос, – отозвалось лицо, расплываясь в глупой ухмылке. – Не мог бы ты вроде как помочь мне вылезти и?…
– Извини? – переспросил Ринсвинд. – Ты ведь пленник, да?
– Увы, но это так.
– Не знаю, следует ли мне разгуливать тут и освобождать пленников, – буркнул Ринсвинд. – Ну, то есть я ж не знаю, что ты там натворил…
– Уверяю, ни в каких преступлениях я не повинен!
– Это ты так утверждаешь, – сурово проговорил Ринсвинд. – Но если тецуманцы решили осудить тебя…
– Какеготам, какеготам, какеготам! – завопил ему в ухо попугай, прыгая на Ринсвиндовом плече вверх-вниз. – Ты, что, совсем какеготам потерял? Откуда ты такой взялся? Он же узник! Узник в храме! А таких узников полагается спасать! Для этого, какеготам возьми, они тут и сидят!
– Вот ты много знаешь! – огрызнулся Ринсвинд. – Скорее всего,
Лицо кивнуло.
– Действительно, ты прав. И вскоре с меня заживо сдерут кожу.
– Вот! – крикнул Ринсвинд попугаю. – Видишь? Тоже мне, умник выискался! Он здесь для того, чтобы с него заживо содрали кожу.
– И удаление каждого дюйма кожи будет сопровождаться невероятной, неописуемой болью, – услужливо добавил узник.
Ринсвинд поморщился. Его не в меру ретивое воображение мигом нарисовало картины, которых он предпочел бы не видеть.
– Что, каждого кусочка? – уточнил он.
– По-видимому, так.
– Ничего себе. Что же ты натворил?
– Ты ни за что не поверишь… – вздохнув, промолвил узник.
Правитель демонов позволил зеркалу потемнеть и какое-то мгновение барабанил пальцами по столу, после чего взял переговорную трубку и решительно в нее дунул.
Некоторое время спустя оттуда послышался далекий голос:
– Да, начальник?
– Да, сир! – рявкнул Астфгл.
Далекий голос что-то пробормотал под нос и добавил:
– Да, СИР?
– У нас тут работает некий Кусалькоатль?
– Сей минут посмотрю, начальник. – Голос затих вдали, а потом прорезался снова: – Да, начальник.
– Он какой-нибудь герцог, граф, маркиз или барон? – спросил Астфгл.
– Нет, начальник.
– Так кто же он?
На другом конце линии наступило долгое молчание.
– Ну? – поторопил своего собеседника правитель демонов.
– Да так, начальник, ничего особенного он собой не представляет.
Пару мгновений правитель демонов сверлил трубку свирепым взглядом. «Вот она, благодарность, – думал он. – Составляешь подробные планы, организовываешь все, пытаешься помочь людям, и вот что ты получишь в ответ»,
– Пошли его ко мне, – приказал он.
Музыка, звучащая снаружи, достигла пика громкости и умолкла. В кострах потрескивало пламя. Из джунглей за происходящим наблюдали тысячи сверкающих глаз.
Верховный жрец поднялся на ноги и толкнул речь. Эрик сиял как медная пуговица. Тецуманцы притащили корзины с драгоценностями. Проходя длинной колонной мимо Эрика, они рассыпали эти драгоценности у его ног.
Затем верховный жрец толкнул вторую речь. Она, похоже, заканчивалась вопросом.
– Прекрасно, – отозвался Эрик. – Все просто замечательно. Продолжайте в том же духе. – Он поскреб ухо и наугад выдал: – Можете все взять отгул на полдня.
Верховный жрец повторил вопрос, в голосе его звучало легкое нетерпение.
– Да, это я, – подтвердил Эрик на тот случай, если еще оставались какие-то сомнения. – Ты абсолютно правильно все понял.
Верховный жрец снова заговорил. Но ни о какой «легкости» речи уже не шло.