Эрл Стенли Гарднер
Шрифт:
— Вы эксперт?
— Да.
— Вам известно, что вы должны давать показания под присягой, основываясь на ваших собственных знаниях и опыте, а не исходя из того, что расскажу вам я или кто-нибудь другой?
— Ну, разумеется.
— Вот и отлично. Отвечайте на вопрос. Готовы ли вы с полной уверенностью присягнуть, что исследованные вами пятна крови были пятнами человеческой крови?
— Мне нужно некоторое время для того, чтобы я смог ответить на этот вопрос.
— Время для чего?
— Для того, чтобы я смог лично познакомиться
— С позволения Высокого Суда, — сказал Гамильтон Бергер, — я считаю, что вопрос, была ли это человеческая кровь или нет, не стоит ни цента.
— Все зависит от того, какую ценность для вас представляет цент, — рявкнул судья Манди. — Суд весьма заинтересован в этой фазе следствия, и Суд хочет принести мистеру Мейсону извинения за естественное в данных обстоятельствах подозрение, что эта часть перекрестного допроса понадобилась для того, чтобы затянуть слушание дела. Совершенно очевидно, что защита располагает информацией, представляющей огромный интерес для суда — информацией, которую, несомненно, необходимо уточнить. Суд объявляет перерыв до десяти часов завтрашнего утра, и Суд просит мистера Гротона приложить все усилия для того, чтобы установить истину с учетом упомянутых тестов Градволя. У вас нет возражений, мистер Гротон?
— Ну конечно нет. Я позвоню доктору Градволю лично, получу данные о его тестах и схожу в справочную библиотеку, чтобы прочитать сообщения по данному вопросу.
— При сложившихся обстоятельствах, — сказал судья Манди, — заседание откладывается до десяти часов утра.
18
В автомобиле, когда они возвращались из здания суда, Делла Стрит сказала Мейсону:
— Шеф, ты определенно озадачил этого эксперта.
— Конечно, — сказал Мейсон, — перед нами все еще стоит проблема передаточной надписи на чеке. Обрати внимание, Делла: это, черт возьми, самое весомое обвинение, потому что совершенно очевидно, во-первых, что Джозефина Кемптон скорее всего единственный человек на земле, кому эта подделка могла принести выгоду.
— Почему ты сказал «скорее всего»? — спросила Делла Стрит. — Она и есть единственный человек, который мог получить выгоду от этой подделки.
Мейсон покачал головой:
— Есть еще один человек, который мог получить от этого выгоду.
— Боюсь, что я не совсем понимаю. И потом, что ты скажешь по поводу ее кровавого
— Если она лжет, — сказал Мейсон, — то у нее, конечно, вполне могла быть кровь на руках после убийства Эддикса. А если она говорит правду, то кто-то оттиснул ее палец на чеке, пока она была без сознания.
— А кровь?
— Ей могли капнуть кровь на палец, а может быть, кровь была от гориллы с порезанной ступней, той самой, что так дружелюбно относилась к ней.
— Но каким образом можно доказать, что там произошло на самом деле?
— Нам нужно кое-что предпринять для расследования этой фазы дела, Делла, — сказал Мейсон. — Я сейчас остановлюсь вот здесь, на бензоколонке. Ты позвонишь в Стоунхендж и узнаешь, там ли брат Эддикса. Как я понял, он прилетел на самолете из Австралии и занимается делами, которые Бенджамин Эддикс не завершил.
— И если он там?.. — спросила она.
— Скажи ему, что я хочу с ним встретиться по важному вопросу, — ответил Мейсон.
— Но, шеф, не лучше ли выяснить все вопросы с его поверенным? Он не…
— Поверенные не представляют его интересов, — сказал Мейсон, — поверенные представляют банк, являющийся исполнителем завещания. Я не собираюсь обсуждать с ним вопросы, связанные с наследством. Я хочу побеседовать с ним совершенно по другому поводу. Мне нужна его помощь для того, чтобы обнаружить кое-какие ключи к разгадке тайны.
— А полиция не посмотрит на это косо?
— Возможно. — Мейсон остановился у бензоколонки и сказал служащему: — Налейте полный бак, а мы пока позвоним.
Делла Стрит зашла в телефонную будку на станции, набрала номер и мгновение спустя подбежала к машине:
— Он говорит, что готов встретиться в любое время, шеф, и что ему очень хочется поговорить с тобой. По-моему, его зовут Герман Барнуэлл. Что ему передать — когда тебе будет удобно?
— Прямо сейчас, — сказал Мейсон, — передай, что мы едем к нему.
Делла Стрит вернулась в телефонную будку и вскоре вышла из нее.
— Он определенно очень хочет с тобой встретиться, шеф. Он сказал, что в Австралии много читал о тебе.
— Отлично, — сказал ей Мейсон. — Мы с ним побеседуем, и, возможно, нам удастся кое-что разузнать.
Служащий станции кончил заправлять машину и принялся наводить блеск на ветровом стекле.
Мейсон уплатил за бензин, выехал с заправочной станции и помчался по шоссе, лавируя в плотном полуденном потоке машин.
Делла Стрит, давно привыкшая к манере Мейсона водить машину, откинулась назад на сиденье и повернула зеркало заднего вида в свою сторону, чтобы следить, не появятся ли патрульные машины.
Мейсон влезал во все щели, какие только открывались в плотном потоке машин. И едва они выехали на бульвар, где движение было не таким оживленным, как он прибавил газу.
— В это время они обычно и ловят лихачей, — предупредила Делла Стрит.
— Я знаю, — коротко ответил Мейсон, — но я напал на горячий след. И не могу ждать, пока он остынет.