Ещё раз
Шрифт:
Поверху машзала устроили антресоли, там были отделения для хранения ЗиПа, документации, организованы места для инженеров и нас, операторов. В шкафах хранятся раскладушки, матрасы, подушки, а вот постельное бельё приноси с собой. Обычно, один сидит у машины, остальные дежурные дрыхнут, потом меняются. Я спать не хочу, а дела кое-какие поделать надо. Например, полистать документацию.
Быстро нашёл толстые папки озаглавленные "Библиотека научных программ на Фортране". Библиотека из ЦЕРНа, которую распространяет по академическим институтам ОИЯИ из Дубны. В папках подробные описания полезных программ написанных кем-то для чего-то. Многие любят изобретать велосипед и писать расчёты с нуля. Ещё
К утру я выбрал интересующие меня модули, нашёл в шкафу ленту с библиотекой и смог набить на перфораторе маленькую программку для печати интересующего меня материала. Даже придумывать ничего не пришлось, программа распечатки приведена в начале тома описания. Единственно, пришлось вместо рулона, поставить фальцованную бумагу. С ней удобней работать, она складывается в книжку, и не надо мотать бесконечные простыни распечаток.
В 6 часов проснулась старшая, поругала себя за то, что продрыхла и не сменила новичка. Мы вместе разложили все колоды и отпечатки, позавтракали, дождались сменщиков, расписались в журнале и ушли домой.
Единственная сложность работы в ночь, что питаешься принесёнными продуктами. По мне нормально, я привык к бутербродам, да и вообще, пожрать люблю, но не слишком капризен в выборе меню. Это, наверное, потому что сам себе готовлю.
Связь
Придя домой с ночи, самое милое дело заняться спортом. Знаете есть такое упражнение в Сноеборье — "Жим глазами, в положении лёжа на боку"? На время! Минуточек эдак шестьсот, на каждый глазок! Эх, люблю побыть спортсменом-сноеборцем! Но сегодня у меня запланирован научный эксперимент. Хорошо Павлову — у него собаки были, а у меня только один испытуемый — я сам.
Пора проверить теорию строения времени, а заодно связаться с собой-будущим. Выяснить получил ли он мою посылку, рассказать о нычке завлаба. Сто тысяч зелени в 1997-ом это весьма достойные деньги, с золотом, посланным ему, вполне можно подняться. Опять же оружие для защиты будет.
Валерианович говорил, что сознание может быть только одно, при переносе тело, которое покидает сознание, умирает. Но сомневаюсь в его словах, врал он слишком часто.
Я считаю, что мы находимся на разных линиях параллельных потоков времени. Выяснить, кто из нас прав, может помочь эксперимент. Я для себя придумал три возможности. Первая, полностью параллельные потоки времени. Перепрыгнув на параллельный, вещи, спрятанные в тайник, не перешлёшь в начальный мир. Второй вариант. Перейдя в собственное прошлое, ты формируешь развилку. Тайник переходит в начальный мир, а ты постепенно уходишь всё дальше и дальше от него. Последняя возможность, мне кажется самой маловероятной. Поток времени один и он перенаправляется вместе с тобой. Потому, тебя будущего ещё нет, а вещи будут лежать в тайнике, пока ты их не возьмёшь сам.
Итак, тайник — индикатор, сейчас собираюсь проверить вариант номер два. Я-будущий-изначальный уже должен проверить закладку номер один, и, согласно плану, должен будет попытаться связаться со мной.
Ладно, я готов. На столе чистая общая тетрадь, десяток шариковых ручек и карандашей. Пока будет контакт, или сразу после, попытаюсь записать важнейшие вещи. Порошок лежит рядом со стаканом воды, чтобы его запить. Настроение боевое, спать хочется, думаю всё у меня получиться.
Риск, конечно, есть. Возможно, стоило бы проводить эксперимент в присутствии врача или наблюдателей, чтобы они, в случае чего, вызвали скорую. Но кого просить понаблюдать? Кубинцев? И сразу раскрыть
Жизнь
Всё-таки я прожил долгую и интересную жизнь, многие моменты сейчас чредой прошли перед глазами.
Бланка, любимая креолка. Когда меня оформляли в Гавану по её приглашению, то присоединили к какой-то делегации. В самолёте руководитель прожужжал все уши о правилах поведения на Кубе. Я молча кивал и читал книгу, когда не ел и не спал, конечно. Через два ряда впереди меня сидел Люсио, мой багаж, в основном, вёз он. Почти сразу после высадки из самолёта ко мне подошёл улыбчивый кубинский военный, судя по форме, высокого звания.
— Товарищ Серхио? — поинтересовался он, — Вас ожидают!
Четверо штатских, таких в народе вежливо именуют "мордовороты", сноровисто отсекли от нас других пассажиров. А мне на шею бросился маленький вихрь по имени Бланка.
— Mi amado! — кричала она и без устали целовала.
Так неприлично! Глаза бедного руководителя делегации округлились почти до размера блюдца. Я тоже повёл себя, как полный идиот. Не обращая ни на кого внимания, целовал девчонку, а затем неожиданно для себя спросил:
— Ты будешь моей женой?!
— Да! — восторженно взвизгнула она, потом вдруг отпрыгнула на половину шага, и, приняв вид пай-девочки, добавила. — Если папа разрешит.
Люсио за руку здоровался с мордоворотами, которых стало ещё больше. Пассажиров вежливо, но настойчиво, теснили к паспортному контролю и таможне, а к нам подъехал автомобиль.
Жизнь с креолкой была похожа на бурю, она могла приревновать меня даже к телеграфному столбу. У нас родилось трое детей, два мальчика, Педро и Серхио, и дочка, проказница Хуанита. Но дети не смогли испортить фигуру моей жене. Лишь чуть пышнее стали её бёдра и грудь.
Уже на третьем курсе университета я представил свою разработку ДАЦМСС "Бланка" — Домашняя Аналого-Цифровая МашиноСчётная Станция "Бланка", вычислительная машина для студентов, инженеров и научных работников. В размере чемоданчика удалось совместить цифровую и аналоговую системы вычисления. Отображение потоков ввода-вывода шло через домашний телевизор. Быть может станция выглядела грубовато и неуклюже, зато легко перестраивалась на вычисление многих типовых дифуров, аналоговая часть именно для этого и предназначалась. Через два года под Гаваной был построен завод для массового промышленного производства усовершенствованных "Бланк", но вот студентам они практически никогда не доставались, большая часть шла на нужды армии. Специализированные миниатюрные расчётные блоки "Малыш Педро" пошли в серию через год, на заводе в Сибири. Они ставились на самолёты, ракеты и прочие изделия, которым нужно в реальном времени отслеживать и править траекторию.
То, что "Бланка" вообще-то была предназначена для расчёта моего собственного проекта перемещения во времени, никто так и не догадался. Хочешь что-то скрыть от всех? Положи вещь на виду. Тетради завлаба раскрыли те куски, которые он скрывал. Его материалы пришлось оставить в Москве, да и ладно. Перенос сознания я обсчитал и в теории полностью освоил. Только в теории потому, что обещал жене не бросать её до самой смерти. Она никогда не обманывала меня, пришлось соответствовать её ожиданиям. С переносом материальных объектов было хуже. Единственный известный мне маяк заложен в Москве, а я, после приезда, никогда и никуда не выезжал с Кубы, даже в Союз.