Эскадрилья героев
Шрифт:
Погода, как и в первые дни января 1945 года, стояла плохая. Низкая облачность, малая видимость, изморось затрудняли действия штурмовиков. Особенно опасна была изморось. Оседая на поверхности самолетов, она замерзала, образовывалась тонкая ледяная корка, сильно ухудшавшая аэродинамические качества машин. Но и эти трудности экипажи научились преодолевать. Сознание необходимости активнее, действеннее помогать нашим наземным войскам отражать контрудары фашистов, не дать им соединиться в Будапеште, приблизить день полного разгрома гитлеровцев в Венгрии двигало людей на подвиги. И как обычно, именно в трудные дни особенно ярко проявились высокие морально-боевые качества советских воинов, их мужество, крепкая боевая дружба, верность долгу и войсковое товариществе.
Командир
Боевая пара быстро достигла района цели и подготовилась к атаке врага. Острые глаза летчиков внимательно просматривали местность, отыскивая вражеские танки, фиксировали попутно расположение войск и наличие оборонительных сооружений. На помощь летчикам в район цели пришла и станция наведения: - "Орел", "Орел", сообщите ваши позывные. Лейтенант Одноценов ответил. С земли тут же последовал приказ: - Атакуйте танки на восточной стороне города Секешфехервар! Не успел ведущий запросить у станции пароль, как сам увидел, что к позициям наших войск ползут, изрыгая огонь, восемь танков противника. По их конфигурации и размерам летчик определил - идут "тигры" и "пантеры". Времени для разговоров с землей уже не было. Подав ведомому команду "Атакуем танки!", лейтенант Одноценов первым пошел на цель. Младший лейтенант уже научился понимать намерения командира с полуслова, по эволюциям самолета. Поэтому он мгновенно последовал примеру ведущего. Первая атака была очень удачной. Два фашистских танка превратились в пылающие факелы.
Тотчас заговорила зенитная артиллерия противника. Вокруг штурмовиков начали появляться темные шапки разрывов снарядов. Но вдруг зенитный огонь прекратился. Летчики сразу поняли: сейчас последует атака вражеских истребителей. Так свидетельствовал прошлый опыт. Действительно, два фашистских истребителя мчались сверху сзади на штурмовиков. Воздушные стрелки старшина Уфимцев и сержант Усик уже заметили врага и приготовились к отражению атакии Над полем боя началась схватка двух советских штурмовиков с двумя "мессершмиттами". Отбивая атаки истребителей, лейтенант Одноценов одновременно наносил удары и по танкам противника, которые снова двинулись к переднему краю обороны советских частей. Ему удалось поджечь "пантеру". На земле горело уже три немецких танка.
Во время выхода штурмовиков из атаки по танкам фашистскому истребителю удалось повредить самолет Одноценова и ранить воздушного стрелка. Раненый сержант Уфимцев успел выпустить очередь по атакующему и поджег его. "Мессершмитт" задымил и вышел из боя, но второй истребитель остался. Он решил добить поврежденную советскую машину, мотор которой работал с перебоями. Защиту штурмовика, со снижением планировавшего в сторону наших войск, взял на себя лейтенант Маракулин.
На самолете Одноценова мотор окончательно отказал. Летчик изо всех сил старался перетянуть линию фронта. Но самолет уже потерял запас скорости и высоты. Земля приближалась с неумолимой быстротой. Одноценову ничего не оставалось, как садиться прямо перед собой, хотя окопы противника были совсем близко. Произведя посадку на нейтральную полосу, летчик быстро выбрался из кабины и вытащил из самолета раненого Уфимцева.
В это время Павел Маракулин бросал свой штурмовик то против фашистского истребителя, который пытался атаковать Германа Одноценова, то против вражеских танков, которые устремились к советскому самолету, совершившему вынужденную посадку на "ничейной" земле. Одна из контратак увенчалась успехом. Фашистский истребитель, с которым младший
– Оставьте меня, товарищ командир, спасайтесь сами и отомстите за меня, - говорил раненый Уфимцев.
Советский офицер, конечно, не оставил в беде подчиненного. Летчик взвалил стрелка на плечи и пополз по изрытому снарядами полю к нашим позициям. Младший лейтенант Маракулин с воздуха заметил это и еще более настойчиво начал атаковывать танки, мешая им приблизиться к самолету, вести огонь по Одноценову и Уфимцеву. Взбешенные этими атаками, фашисты перенесли весь огонь на самолет Маракулина. Им удалось поджечь штурмовик. Тогда Маракулин развернул свой горящий самолет и направил его на фашистский танк, наиболее приблизившийся к Одноценову. Через секунду штурмовик врезался в этот танк и уничтожил его, похоронив под собой и весь десант, находившийся на броне.
Так, спасая командира, героически погиб молодой коммунист Павел Маракулин. Память о нем, отличном, храбром летчике, прекрасном товарище, умевшем сохранять бодрость даже в периоды больших трудностей и лишений, заразить этой бодростью других, навсегда осталась в сердцах всех его сослуживцев.
Свой подвиг младший лейтенант Маракулин совершил на глазах многих сотен советских бойцов, отражавших вражескую атаку. Видел его и лейтенант Одноценов, который с раненым стрелком на спине полз по "ничейной" земле. Заметив, что танк с десантом на броне уже недалеко, летчик укрыл в воронке потерявшего сознание Уфиадцева и достал пистолет. И в этот момент услышал свист несущегося к земле горящего самолета. Через секунду штурмовик врезался в тот самый танк, который преследовал Одноценова. Раздался огромной силы взрыв. Летчик снова взвалил раненого на плечи и пополз дальше.
Добравшись до своих, Одноценов позаботился прежде всего о том, чтобы отправить Уфимцева в госпиталь. При этом он хотел лично, что называется с рук на руки, передать докторам раненого воздушного стрелка. Но в госпитале задержали и самого Одноценова. Врачи исследовали летчика, сделали перевязку. Все же летчик добился заключения, что состояние его здоровья не препятствует полетам, и поспешил в полк.
..К эскадрильской землянке подошел летчик с перевязанной головой, в разорванной меховой куртке. Он остановился перед плакатом: "Отомстим фашистам за смерть младшего лейтенанта Павла Маракулина!" Одноценов снял шлемофон и долго стоял опустив голову.
Не дожидаясь полного выздоровления, Одноценов снова включился в боевую работу. Она в те дни была очень напряженной. Экипажи летали в составе больших эскадрильских групп, звеньев, пар и одиночно, летали в простых и сложных метеорологических условиях, в дождь и непогоду, словом не думая ни об отдыхе, ни об опасности. Летчики стремились все время держать под воздействием фашистские части, уничтожить как можно больше танков, автомашин, орудий, живой силы.
Главной целью в этот период были танки. С их помощью враг старался вбить клинья в наши войска, выручить фашистскую группировку, окруженную в Будапеште. И, пожалуй, не было вылета, в котором летчики эскадрильи не отыскали бы фашистские танки и не нанесли по ним удар. "Уничтожить немецкие танки, атакующие наши наземные войска в районе населенного пункта Шерегельеш", - такая задача, поставленная перед эскадрильей, была типична для второй половины января и начала февраля 1945 года.
– Наземная и воздушная обстановка в районе цели ожидается очень сложная, - предупредил перед вылетом командир полка.
– Противник ввел в действие большое количество танков, чтобы прорваться к переправам советских войск через Дунай. Цели, которые предстоит штурмовать, сильно прикрыты зенитным огнем. В воздухе возможны истребители-охотники врага.