Эскадрилья ведет бой
Шрифт:
В этом бою отчаянно дрался младший лейтенант Николай Трофимов. Смело сражались и другие ребята. На выходе из атаки был подбит самолет, пилотируемый молодым летчиком комсомольцем младшим лейтенантом Виктором Макутиным. Он сбил «мессера», но и сам оказался в прицеле врага.
…Радость победы! Хваленый «мессершмитт» горит: очередь пришлась по кабине. Молодому летчику трудно удержаться от соблазна взглянуть на дело своих рук. И Виктор, чуть накренив «чайку», провожает взглядом падающий истребитель противника. Непростительная беспечность! Этих секунд было достаточно другому вражескому
— Витя, отверни!
Да разве услышит Макутин? Было бы радио — предупредили бы. И отсечь огнем невозможно: от «мессера» уже несутся длинные трассы к ястребку Виктора.
Вот она, расплата за неосторожность: истребитель Макутина горит.
Но летчик жив: он вываливается из поврежденного самолета, и вскоре в небе забелел купол раскрывшегося парашюта.
«Чайки» носились вокруг: друзья защищали Виктора от врага. Но самое страшное в ином: внизу территория, занятая противником, и Виктора несет прямо в лапы врагу. К тому же летчик ранен…
И все же Макутину удалось уйти от погони. Он дошел до Терека, сумел переплыть бурную реку, добрался до своей части.
Месяц с лишним лечился летчик в госпитале. Поправившись, вернулся в родную эскадрилью и продолжал громить врага.
Их снова видели вместе — трех очень похожих друг на друга летчиков, неразлучных товарищей — Николая Трофимова, Николая Карпова и Виктора Макутина.
4 сентября противник навел переправу западнее Моздока и предпринял попытку перебросить часть своих сил на удерживаемый нашими войсками южный берег Терека в районе станицы Луковская с целью захватить там плацдарм.
В полк поступил приказ командующего 4-й воздушной армией, требовавший, несмотря на плохие метеоусловия, установить место переправы и сорвать противнику оперативный замысел.
Задание сложное, особенно если учесть исключительно плохие погодные условия. Новоназначенный командир полка, впоследствии Герой Советского Союза, капитан Петр Середа собрал летчиков, коротко объяснил задачу и спросил:
— Добровольцы есть?
Добровольцы были. Но раньше других успели встать лейтенант Гарьков и младший лейтенант Павлов. Несмотря на низкую облачность, они пробились к цели и поразили ее.
Нелегкая судьба выпала молодому летчику Николаю Трофимову. Не оправившись еще от первого ранения, он вылетел снова на боевое задание. На этот раз ему было поручено сфотографировать результаты штурмовых ударов по переправе. Гитлеровцы сосредоточили плотный огонь на одиночном самолете, шедшем, как по ниточке. Зенитный снаряд, пройдя ниже бронеспинки, разорвался в кабине. Летчик почувствовал острую боль. Превозмогая ее, он продолжал следовать избранным курсом на высоте 400 метров со стабильной скоростью и фиксировать на фотопленку разбитую понтонную переправу, горящие танки и автомашины, мечущихся в панике гитлеровцев. Летчик сумел дотянуть домой. Полгода потом лечился в госпитале, а когда «подремонтировался», снова вернулся к своей боевой профессии, чтобы еще сильнее бить врага, драться с ним в воздухе. На груди Николая засиял тогда первый орден Красного Знамени — признание его заслуг перед Родиной. Ходил еще прихрамывая,
Авиаторов потрясла в эти дни весть о героическом поступке летчика из соседнего полка, входившего в состав нашей же дивизии, комсомольца сержанта Василия Вазиана, над Малгобеком вступившего в неравный поединок с тремя Me-109. Он сбил одного «мессера», храбро дрался с оставшимися двумя, а когда боекомплект оказался израсходованным, раненый летчик пошел на таран и свалил на землю еще одного фашистского стервятника.
…Месяц спустя, 28 сентября, накопив резервы и обнаружив в нашей обороне слабое место, противник на узком участке фронта силой более чем двухсот танков предпринял попытку опрокинуть боевые порядки советских войск, чтобы, прорвав фронт, создать угрожающее положение на юге.
В полк поступил приказ командарма К. А. Вершинина:
«Любой ценой остановить танки противника, движущиеся на станицу Вознесенскую».
Командир полка капитан Петр Середа еще и еще раз пробежал глазами текст телеграммы, протянул ее комиссару и вслух раздумчиво произнес два слова: «Любой ценой…»
Батальонный комиссар Василий Степанович Барабанов перехватил взгляд и нервно постучал пальцами по столу. Его можно понять: волнуется — задача очень сложная. И вот — сигнал боевой тревоги.
Через двадцать минут шестнадцать «чаек» уже пикировали на фашистские танки с черно-белыми крестами на бортах.
Летчики еще только возвращались из полета, а в полку уже была получена телеграмма с пометкой «Вручить немедленно и объявить всему летному составу». Вот ее текст: «Атака танков отбита. Военный совет армии объявляет благодарность всему летному составу, принимавшему участие в отражении вражеских атак. В районе развилки дорог, идущих из Псевдаха на Сагопшны „чайками“ уничтожено и подбито 16 фашистских танков».
Слава о героических делах «веселых ребят» разнеслась по всему Тереку. Наземные войска видели в них лучших своих боевых друзей.
Краснозвездные «чайки» наводили на фашистских вояк ужас. И не только на передовой, но и во вражеском тылу, куда они летали для нанесения штурмовых ударов по вражеским аэродромам, складам, скоплениям войск. И каждый вылет обогащал боевую историю 84-А полка примерами мужества и отваги крылатых витязей.
…Весь день 14 декабря летчики полка наносили штурмовые удары по вражеским аэродромам Солдатская, Моздок, Зайцево. Итоги дня оказались внушительными: сбито в воздухе и уничтожено на земле 27 фашистских самолетов!
Разведка донесла: на аэродроме Солдатская базируется 45 самолетов противника. Но штурмовать его сложно из-за мощной системы противовоздушной обороны.
Командир эскадрильи старший лейтенант Иван Федоров изучил эту систему и выбрал наиболее оптимальный вариант удара.
….Восьмерка «чаек», ведомая Федоровым, появилась над аэродромом совсем неожиданно для противника. И все же два «мессершмитта» помчались на взлет. Младший лейтенант Виктор Макутин, сбросив бомбы, стремительно атаковал одного из них и расстрелял фашистского стервятника почти в упор, еще на взлете.