Эскапада

Саттертуэйт Уолтер

— Мисс Тернер! Вы нас ужасно напугали! С вами все в порядке?

— Джейн, что вы, черт возьми, вытворяете? — изумилась госпожа Аллардайс. Она все еще сидела.

Лицо мисс Тернер было белым и блестело от пота. Она перевела дух. Приложила руку ко лбу. Облизнула губы и взглянула на нас.

— Я… вы меня извините… я…

Тут одновременно произошло сразу несколько событий.

Откуда-то с юга у нас за спиной донесся сухой громкий треск ружейного выстрела.

Где-то рядом что-то просвистело, когда я повернулся, чтобы взглянуть на Великого человека. Он смотрел в ту сторону,

откуда послышался выстрел, и я знал, хотя видеть не мог, что подбородок у него поднят вверх, — таким образом он как бы призывал стрелка сделать еще одну попытку.

Остальные тоже повернулись в ту сторону и замерли.

Я сунул руку в карман, где лежал «кольт».

Тут у меня за спиной слабо охнула мисс Тернер, я резко обернулся и увидел, что ее ресницы затрепетали, синие глаза закатились, обнажив белки, и она рухнула с лошади.

Глава десятая

Я выдернул руку из кармана и ринулся к мисс Тернер. Как раз в ту минуту, когда одна ее нога соскользнула с седла, я левой рукой обхватил ее за плечи, а правой — за колени. Она оказалась у меня на руках, голова запрокинулась, руки вяло болтались. Я отнес ее к скамейке, положил и присел рядом на корточки. Я искал пулевую рану. Но не нашел.

Я ощутил, что все меня окружили. Госпожа Корнель, госпожа Аллардайс, лорд Боб. Я поискал глазами Великого человека и увидел, что он стоит прямо за моей спиной. Он выглядел озабоченным, даже потрясенным, но был цел и невредим. Второго выстрела не последовало.

Мисс Тернер дышала, но лицо побелело. Я положил руку ей на лоб. Холодный и влажный. Потом приложил пальцы к запястью и нащупал пульс. Он трепетал, как крылья подбитой птицы. Госпожа Корнель спросила:

— Она не?..

— Нет, — ответил я. — Думаю, просто потеряла сознание.

— Проклятый браконьер! — рявкнул лорд Боб. — Чертов мерзавец! — Его брови-жуки опустились, лицо под слоем серой пыли покрылось гневным румянцем. Он рывком сдвинул очки на глаза, оставив две одинаковые круглые вмятины на лбу. — Сейчас покажу этой свинье!

Он кинулся к мотоциклу, мелькнув большим твидовым пятном. Я снова повернулся к мисс Тернер. Когда развязывал галстук на ее шее, услышал, как у меня за спиной взревел мотоциклетный мотор. Лорд Боб завел машину.

— Господин Бомон! — обратилась ко мне госпожа Аллардайс.

Мотоцикл, с ревом вздымая кучи гравия, исчез из вида.

— Ей нужен воздух, — объяснил я и расстегнул две первые пуговички на ее блузке. Легонько похлопал мисс Тернер по щеке. Никакой реакции. Я заметил, что кожа у нее нежная, как у ребенка. Но постарался не обращать на это внимания.

— Позвольте мне? — Госпожа Корнель. Она стояла рядом со мной справа. Когда она наклонилась над мисс Тернер, ее блестящие черные волосы упали вперед, как шелковая занавеска. Я почувствовал запах ее духов. Но постарался и на это не обращать внимания.

Она взяла руку мисс Тернер в свои ладони и легко потерла ее. Я снова похлопал мисс Тернер по щеке.

— Мисс Тернер?

Она глубоко и прерывисто вздохнула, веки резко поднялись, и ее потрясающие синие глаза уставились на меня.

Дважды за последние двенадцать

часов я был первым, кого видела женщина, возвращаясь на грешную землю. Мисс Тернер, похоже, была не в большем восторге, чем Сесилия Фицуильям прошлой ночью.

Она нахмурилась.

— Что случилось?

— Вы потеряли сознание, — пояснила госпожа Корнель.

Мисс Тернер взглянула на нее. Приподняла голову со скамейки, как будто пытаясь сесть. Госпожа Корнель мягко коснулась ее плеча.

— Нет-нет, Джейн, не надо вставать. Отдохните минутку.

Я поднялся.

Госпожа Аллардайс повернулась к мисс Тернер.

— Вы нас ужасно напугали. Какого черта…

Госпожа Корнель обернулась и взглянула на нее. Она ничего не сказала, но глаза ее сузились, а губы строго сжались. Госпожа Аллардайс прикусила язык.

Справа от меня по склону от дома бежали два маленьких человека в черном. Слуги.

Я подошел к Великому человеку. И вполголоса сказал:

— Идите в дом вместе со всеми. Ждите меня в своей комнате.

— Фил…

— Ступайте, Гарри. Я скоро приду. — И я рванул вслед за лордом Бобом.

Я мчался сначала по пешеходной дорожке, потом вниз через лужайку к саду по следу мотоцикла, оставленному в высокой траве. Машина стояла рядом с кустами в дальнем конце сада, на опушке леса.

Почти точно, прикинул я. Стреляли, скорее всего, откуда-то отсюда.

Впереди вилась узкая тропинка, уходившая дальше в лес. Я вышел на нее, остановился и обернулся, рассматривая высокое дерево с бронзовыми листьями. Кто-то из слуг уводил лошадь по той дорожке, по которой я только что пробежал. Остальные разбрелись по зеленому склону, направляясь к дому. В ярком свете солнца, под чистым голубым небом они напоминали людей, возвращавшихся после веселого летнего пикника.

Вот тут, подумал я. Тут он, скорее всего, и стоял, когда выстрелил.

Я огляделся. Ни одного кающегося на коленях снайпера, который умолял бы меня его арестовать. Ни собственноручно подписанного признания, прикрепленного к дереву. Да и пустой гильзы нигде не видно. Земля после вчерашнего дождя еще не просохла — следов на ней было видимо-невидимо. Лорд Боб, ясное дело, потоптался здесь от души.

Тропинка, извиваясь по склону холма еще ярдов двадцать или тридцать, вела к другой тропинке. Эта была пошире — почти дорога, покрытая черным щебнем. Если идти по ней направо вверх, она приведет к дому, но его пока не было видно. Налево она спускалась вниз и ярдов через сорок скрывалась за деревьями.

Лорд Боб появился из-за поворота и остановился. Я подошел к нему.

— Бомон, — сказал он, — видели кого-нибудь?

— Нет.

— Послушайте, — сказал он. — Вы американец. Значит, умеете ориентироваться в лесу? Ну, идти по следу, Фенимор Купер и все такое.

— Вы имеете в виду — сгибать ветки, надламывать сучки?

Он обрадовался.

— Ну да.

— Не умею.

— А-а.

— Куда она ведет? — Я показал на дорогу.

— А? Вниз к реке. Там тоже ничего. Только что сам ходил туда. Ничего. — Он оглянулся на лес, который, казалось, тянулся на мили. — Проклятый ублюдок может быть где угодно.