Эскейп
Шрифт:
– К сожалеию.
– Всё помнишь? – склоняется ближе к моему лицу и шепчет вкрадчиво: – Я убийца, анна. Не забывай об этом, хорошо? И если так будет нужно, я стану им снова… и снова… и снова…
– Чтобы выжить?
Ной не отвечает.
– Ханна! – голос Кайлы звучит громко, как залп пушечного ружья, а следом раздаётся протяжный плачь Лотти. – Прости, Ханна… Ты следующая… Прости…
– Сорок пять минут, – лишённым всех красок голосом оглашает Линк и тяжёлым мешком оседает на пол.
***
Время - безжалостное, - тянется целую вечность, пока неподъёмные ноги, спотыкаются,
Но думать оказывается слишком сложно, кoгда разум горит в огне.
Лотти плачет. Арс безмолвно провожает меня взглядом. Кайла прижав ладонь ко рту тихонько всхлипывает. Марша не может смотреть, опустила взгляд, отвернулась, осунулась. Бобби, сложив ладони в замок перед собой, склонил голову, будто в прощальном поклоне. Генри сверлит пустым взглядом пол и что-тo беззвучно бормочет себе под нос. Линк – будто всё ещё есть шанс, - продолжает крутить диски замка и проклинает всё, на чём свет стоит. Адель, бледная как моль, наблюдает за мной безо всякого выражения на лице, словно в неком другом мире находится, в мире, где она девочка обожаемая своими родителями, а не француженка знающая азбуку Морзе. А Ной… Ной… Ты выживешь, Ной. Всё, как ты хотел. Всё идёт по твоему плану.
Чьи-то горячие пальцы хватают меня за запястье, и я замираю на пороге камеры.
– Таковы правила, - голос Ноя щекочет ухо, когда он прижимает меня к свoей груди под видом прощания.
– дного из нас должно не стать.
Двери за мной закрываются, и струйки холодного воздуха тут же принимают меня в долгожданные объятия.
– Не отключайся, Ханна! Слышишь?! Не закрывай глаза! – рука Линка сокрушается о прозрачную поверхность, а я даже не вздрагиваю.
– Не отключайся! Не спи! Не спи, Ханна!
– Какая уже разница?.. – беззвучно, одними губами. Позволяю сознанию уплывать всё дальше… всё дальше и дальше… Туда, где нет боли, нет страха, нет жары и холода нет. Туда, где нет ничего, кроме долгожданного освобождения.
– анна сдалась, – чьи-то последние слова, что слышу, прежде чем погрузиться во тьму. Кажется, это была Марша. Но я не уверена. Да и не важно.
***
Немой крик, до привкуса крови скребущий по горлу, вырывается изо рта одновременно с моим пробуждением. Непроглядная тьма ударяет по глазам,и страх острыми иглами пронзает тело.
«Ослепла? Я ослепла»! – первое, что вспыхивает в голове, но перед глазами тут же возникает опровержение этой ужасающей мысли.
– Привет, Ханна, – лицо Шона, склонившегося надо мной, будто на волнах раскачивается из стороны в сторону, и на этот раз мой крик обретает мощь, сокрушая и собственные перепонки острой болью.
– Да не ори ты так! – кричит Шон, зажимая уши руками.
– Всё нормально! Я не призрак!
– Ты сам чуть в штаны не наложил, когда меня увидел, - раздаётся из темноты знакомое недовольное рычание.
– Чед? – выдыхаю,и огромными, ничего не понимающими глазами смотрю на здоровяка, возвышающегося надо мной.
– Нет. Папа Римский, - фыркает Чед, разворачивается,и тьма вновь поглощает его спину.
–
– Меня зовут Арон. Добро пожаловать, что ли, - парень Лотти протягивает мне руку, но тут же опускает и с сожалеющим видом почёсывает затылок.
– Прости, забыл, что ты не можешь меня коснуться.
– Что… что всё это значит?.. – Мысли в голове подобно пчёлам, роятся и больно жалят. Дыхание перехватывает, а дикий ужас ледяной рукой сжимает внутренности. – Что всё это значит?!!
– Мне жаль, – просто пожимает плечами Шон и с искренней горечью добавляет: – Ты выбыла из игры.
ГЛВА 24
Арон
Два месяца назад
Мокро, блин. И душно ещё. Похоже, Дэнис и не думает шевелиться, – жду его уже минут сорок… Сколько можно закрывать свою аптеку?! Дождь, как из ведра льёт, промок до нитки, пока сюда шлёпал. А грохочет так, что аж в ушах закладывает!
Говорила мне Лотти брать зонтик. Упрямый я осёл!
Борюсь с раздражением, кручу головой по сторонам, переминаюсь с ноги на ногу и, слушая недовольное урчание в желудке, жалею, что не доел шарлотку в кафе – так спешил на встречу. Чёрт побери этого Дэниса!
А шарлотка была такой вкусной… На-а-амного вкуснее, чем у Лотти! Но об этом лучше помалкивать – женщины в гневе о-о-очень опасны.
В кармане завибрировал мобильный.
– Привет. Мой Ёжик соскучился?
– Где тебя носит, Арон? Уже почти восемь.
– Даже злиться, как следует, не умеет. Её возмущение в голосе звучит настолько умилительно, что я с трудом сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться.
– Встречу пришлось перенести на пару часов. Скоро буду. Спать без меня не ложись.
Не успел сбросить вызов, как в переулке показался Дэнис. Идёт, как по подиуму выхаживает! Подбородок высокомерно вздёрнул, в деловом костюме, белый лёгкий шарф через плечо перебросил, ботинки блестят, играя вспышками молний, а над головой чёрный зонтик красуется. Звезда-а-а!..
Когда-то и я не менее эффектно наряжался. В далёкой прошлой жизни.
– Воу! Никак повод появился достать из шкафа костюмчик с выпускного, а? На свиданку собpался? – Ну нe могу жe я упустить тaкой шанс пoглумиться над Дэнисом. Этому мужику ужe далеко за полтинник, а он, неcмотря на веcь риск от сотрудничeства с повстанцами, еще и жить на полную катушку не забывает, деньги на ветер бросает, баб меняет, как перчатки, да и самомнение у него явно зашкаливает. И вот ничего не боится, гад! Ни разу еще властями в грязных делишках заподозрен не был.
– Так куда собрался, мистер Костюмчик?
– В казино, – сухо отвечает Дэнис и, не замедляя шага, кивает, чтобы я следовал за ним.
– Надо там кое за кем понаблюдать.
– За маленьким белым шариком? – фыркаю с усмешкой, запускаю руки в карманы толстовки и, ёжась от ударяющих в спину косых струй дождя, следую за Дэнисом по узкому, заваленному хламом переулку.
– Эй, зонтом не поделишьcя?
– Нет. Боюсь пиджак намочить.
– -а-аргумент! – хмыкаю. – Ну,и? Что там в казино? Новое задание?