«Если», 2012 № 11
Шрифт:
Он понял, что конец приближается, когда проспал целый фильм, который сам же и выбрал для просмотра. И ему было плевать. Он не ел уже четыре дня. Это было одно из правил хосписа — никакого принудительного питания. В следующий раз, впав в дремоту, он может уже не выйти из нее.
Конечно, было бы мило со стороны Джулии навестить его. Но у нее своя жизнь. Зачем ей тратить лучшие дни, сидя у его больничной койки?
И он все-таки не одинок.
Он слегка поднял кисть левой руки, оторвав ее от ручки кресла, — ровно настолько, чтобы обозначить жест. Тотчас над ним вырисовалось лицо Кларка. Последнее лицо, которое он увидит в своей жизни.
Ему не надо было повышать
— Передай программистам… и… инженерам… они… великое дело. Все они. Каждый из них.
Лицо Кларка стало неподвижным. Морри вглядывался в него сквозь дымку, которая все более сгущалась и темнела. Потом на лице Кларка появилась фирменная скупая улыбка, но Морри сумел разглядеть ее сквозь завесу мглы.
— Они попросили меня поблагодарить вас и выразить вам свою признательность за такую оценку их работы.
Перевел с английского Евгений ДРОЗД
Рассказ впервые опубликован в журнале «Asimov's» в 2012 году.
Видеодром
Хит сезона
Аркадий Шушпанов
Можно ведь и без головы…
Когда-то давно выражение «ненаучная фантастика» использовалось как шутка. Теперь, похоже, это новый жанр.
Компьютерная графика год от года становится все доступнее. И как любая другая, эта трехмерная пиксельная медаль имеет две стороны. С одной — зачастую графики становится так много, что за ней не видно самого фильма и персонажей, С другой — в руках независимых художников спецэффекты превращаются из бездумного аттракциона в нетривиальное или просто красивое средство выражения идей, Правда, вступает в силу закон притяжения двух крайностей: независимых художников затягивает большое коммерческое кино для производства тех же аттракционов, и тогда подъем к вершинам бюджета, славы и кассы может одновременно быть творческим падением… но тут уж, как получится.
При некотором желании такую метафору можно усмотреть в новом фильме аргентинца Хуана Диего Соланаса. К сожалению, выраженная уже в названии (Upside Down), она теряется в русской локализации — «Параллельные миры».
В 2003 году Соланас, постоянно живущий во Франции и ранее снимавший рекламные ролики и видеоклипы, обратил на себя внимание короткометражной работой «Человек без головы». Семнадцатиминутная лента собрала целый урожай наград, включая специальный приз жюри Каннского фестиваля и номинацию на «Золотую пальмовую ветвь», а также высшую французскую кинопремию «Сезар». Любопытно, что так называемый монтажно-тонировочный период после съемок занял 900 дней. Соланас в буквальном смысле нарисовал с помощью компьютера причудливый мир, неприветливый и трогательный, похожий и не похожий на видимый нами. В нем переплелись мрачная тотальная индустриализация в духе «стимпанка» и романтика приморского города, а на фоне этого развернулась трепетная история любви. Манера Соланаса отсылает к ранним фильмам дуэта Жана-Пьера Жене и Марка Кара, однако аргентинец тяготеет не к фантасмагории, а к откровенной притче в духе Франца Кафки. В его мире головы можно купить в магазине, словно шляпы, и человек без головы может выглядеть
В новом фильме Соланас также буквально визуализирует притчу. Внешняя маскировка под научную фантастику с комментарием нескольких физических законов придуманного мира выглядит просто-напросто объявлением правил игры. Причем собственные законы создатель постоянно и активно нарушает. Можно допустить условность, согласно которой жители абстрактной двойной планетарной системы носят англоязычные имена. Можно закрыть глаза, что небесные тела не вращаются вокруг своей оси, хотя на экране день сменяет ночь. Можно принять постулат: мол, тяготение каждой планеты распространяется только на «свою» материю, а чужая воспламеняется через час контакта. Но тогда как и зачем с одной планеты на другую перекачивают нефть? Почему не горит сам воздух при общей атмосфере? Наконец, каким образом жители этих планет при разном тяготении определяют: вот этот мир — Верхний, а этот — Нижний?
Однако режиссера, похоже, куда больше занимает метафора социального неравенства, когда Нижний мир легко заменить на «страны третьего мира». На этом фоне разворачивается история местных Ромео и Джульетты, разделенных законом притяжения.
И вот здесь художественный конфликт накладывается на творческий. Вроде бы Соланас через образ «параллельных миров» старается говорить о серьезных проблемах мира однополярного. Однако, по сути, снимает дорогостоящую «лав стори», где ради воссоединения с любимой герой без единого выстрела побеждает транспланетную корпорацию.
Но ведь «Параллельные миры» и созданы отнюдь не для того, чтобы воспринимать их логически. Это прежде всего набор причудливых и красивых кадров. Мрачный, полуразрушенный город в Нижнем и блистающий мегаполис Верхнего. Танцпол, в котором одновременно есть танцпотолок. Горные хребты, висящие друг над другом… Визионерские находки Соланаса способны вызвать и удивление, и восхищение. Сцена, когда главный герой учится ходить вверх ногами, запоминается не меньше, чем пробежка по внутреннему периметру корабля в «Космической одиссее 2001 года» Стэнли Кубрика.
Противоречия формы и содержания, европейской сдержанности и голливудской мелодрамы лишь подчеркивают контрасты, изображенные в самом фильме. Словом, как и в дебютной короткометражной ленте Соланаса, для единения сердец вовсе не нужна голова. И даже в древнем споре — фантастика все-таки жанр или прием? — победит если не любовь, то дружба.
Аркадий ШУШПАНОВ
Рецензии
Судья Дредд
(Dredd)
Производство DNA Films и IM Global (Великобритания — США), 2012.
Режиссер Пит Трэвис.
В ролях: Карл Урбан, Оливия Тирлби, Лена Хеди и др. 1 ч. 35 мин.
Давайте сразу определимся: «Судья Дредд 3D» 2012 года — это никакой не ремейк «Судьи Дредда» 1995-го. Это просто экранизация того же комикса, который впервые увидел свет в американском журнале «2000 AD», специализировавшемся на мрачноватых футурологических историях. Там и придумали мир судьи Дредда — вариант постапокалипсиса, когда несколько сотен миллионов выживших американцев сгрудились в Мега-Сити от Бостона до Нью-Йорка, а остальное пространство стало проклятой землей. Жизнь здесь не сахар, преступники бесчинствуют, и единственная защита невинных — судьи, они же присяжные и палачи одновременно. Приговоры выносятся и исполняются сразу же…