«Если», 2012 № 11
Шрифт:
— Они будут разочарованы отсутствием первичного признака мачо.
— И новое имя ему тоже подходит. Это было гениально, папочка! Изменил одну букву, и вот получилось!
Глаза Джорджии Коулмен широко распахнулись, когда она наткнулась на парочку в холле, где они ждали лифта. И она на полном серьезе пожала руку роботу, когда Морри провел процедуру формального представления.
— Рада знакомству с вами, Кларк. Вы выглядите вполне привлекательно. Вы и Элли составили бы прекрасную пару.
— Предлагаете устроить
— Это прогресс, Морри! Думаю, вы увидите, что большинство ваших знакомых будут рады, что вы придали несчастному созданию облик, который не приводит их в содрогание.
— Да тут не о чем и думать было. Или я выполняю требования этого достославного гуманитарного фонда, или провожу остаток дней в разного рода судебных инстанциях и трачу все свои накопления на адвокатов.
— Вы приняли правильное решение, Морри. Я уверена, что Кларк теперь счастлив. Я знаю, что Элли точно была бы счастлива.
Морри крутнулся в своем колесном кресле.
— Ну что, Кларк, ты теперь счастлив?
— Боюсь, я не понимаю вашего вопроса, мистер Ларджен.
— Тебе нравится твой новый облик? Тебе нравится иметь руки и ноги? Тебе нравится твое новое имя?
— Имя и внешность антропоморфного помощника является вопросом выбора заказчика. Корпорация GNX предоставляет заказчику полную свободу выбора в рамках широкого спектра функциональной эффективности и принятых в обществе правил приличия и поведения.
— Они всегда так говорят, — пояснила Джорджия. — Все знают, что они запрограммированы на такой ответ.
— Джорджия, все, что они говорят, запрограммировано.
— Ничего подобного! У них есть еще и своя реакция…
Над лифтом № 3 замигал огонек. Джорджия крутнулась на пятке и бросилась к дверям кабины вместе со своей тел охранительницей. Морри успел заметить чемодан, стоящий рядом с двумя пассажирами, уже находящимися в кабине. Он поднял руку за долю секунды до того, как Кларк принял то же самое решение и перестал толкать коляску к лифту. Дверца закрылась за Джорджией и Элли. Кларк нажал кнопку «Вниз».
— У меня нехорошее предчувствие, что мы стали свидетелями спасения от гонга, — задумчиво протянул Морри.
— Спасения от гонга?
— Это боксерский термин. Он описывает ситуацию, когда ты попадаешь в очень скверное, безнадежное положение, но тебя выручает сигнал гонга, возвещающий конец раунда. Чем меньше я буду сталкиваться с Джорджией, тем лучше.
— Вы информируете меня, что испытываете негативные чувства по отношению к Джорджии Коулмен? Должен ли я принимать в расчет эту информацию в будущем?
— Сформулируем это так: будет лучше, если мои с ней контакты сведутся к минимуму. Понятия не имею, что за человек накатал жалобу этим великим защитникам твоих прав, однако питаю сильные подозрения.
Окончательное одряхление организма началось —
Это было самое последнее поветрие среди юных отморозоков. По большей части они просто производили много шума и распугивали редких прохожих. На этот раз они решили, что должны превзойти в маневренности Кларка и, преодолевая его оборону, нанести сколь получится ударов по полутрупу в кресле-коляске. На ладони у каждого была какая-то липкая бурда индивидуального цвета, так чтобы позже, просматривая видео, они смогли бы узнать, кто действительно коснулся жертвы. Такие вот пятнашки.
Кларк блокировал большинство ударов, но те сыпались с огромной частотой, и подростков было в шесть раз больше. Морри получил мощный прямой в грудь и сильный шлепок по макушке.
Говорят, в возрасте 96 лет ты уже почти утрачиваешь способность к восстановлению. А всякие медицинские процедуры и медикаменты имеют побочные эффекты. Морри жил в великое время. Недуги, которые были смертельными во времена его юности, сейчас излечивались. Но способы лечения все еще оставались новыми и не до конца опробованными. И они порождали неучтенные эффекты. Когда ты это осознал, самое время потребовать, чтобы тебя перестали пичкать антидотами против антидотов, лекарствами, исцеляющими тебя от последствий приема предыдущих лекарств.
Сиделка в хосписе была стройной молодой женщиной, которая, как выяснилось, уже стала бабушкой, ее возраст приближался к шестидесяти. Она навещала его два раза в неделю, чтобы убедиться, что все работает должным образом. Каждый ее визит длился 20 минут. Джулия звонила два раза в день. Остальное время он находился в компании Кларка. Кларк готовил ему пищу — ну, какую умел. Кларк управлял развлекательным центром. Кларк содержал Морри в чистоте. Кларк смеялся его шуткам и внимал, когда Морри тянуло поделиться воспоминаниями.
Джорджия Коулмен тоже присылала весточки, в которых, в частности, говорилось, что ему повезло иметь рядом с собой «кого-то вроде Кларка». В здании хосписа все восхищались Кларком и тем, как он чудесно заботится о Морри.
Кларк никогда не выглядел столь впечатляюще, как сейчас в роли сиделки в хосписе. У него было мужское лицо. Он смотрелся воплощением эффективности и деловитости. И это было хорошо. Именно так и желал Морри. Он принял сознательное, рациональное решение, не занимаясь самообманом. Он прожил свою жизнь, и теперь она заканчивается. Не надо слез и дешевых мелодрам. Морри не желал, чтобы люди делали вид, что после его смерти в их жизни образуется ничем не заполняемая пустота.