Эсми Солнечный Ветер
Шрифт:
С пару минут в прихожей нашего люкса царила тишина. Я по-прежнему старалась держать маску спокойствия, Лейла по-прежнему улыбалась, а Тамир… ну он тоже улыбался, мерил подругу взглядом и явно пытался понять, чего же я так испугалась.
Когда тишина стала поистине неудобной, муж обвил рукой мою талию и притянул ближе. Легкий поцелуй в висок смотрелся очень естественно – я знаю, я в зеркале видела.
– Девушки, я вас, пожалуй, оставлю. – Тамир не говорил, мурлыкал. – Только вы не ссорьтесь, ладно?
– А почему мы должны ссориться? – с самым
– Ну…
Да-да, все всё понимали! И ситуация становилась всё неудобней. В конце концов мне пришлось принять волевое решение.
– Тамир, не волнуйся. Она меня не до смерти, а так… чуть-чуть придушит.
Муж подарил легкую улыбку, прижал крепче и снова поцеловал в висок.
– Лейла, не сердитесь на Эсми…
Это прозвучало так, что ух! Если бы я не знала, чем мы занимались ночью и в каком виде проснулись, я бы решила, что между нами есть все. Причем это «все» находится в такой стадии, что друзьям и подругам обижаться просто грешно. Пусть скажут спасибо за то, что новобрачные нашли силы оторваться друг от друга и уделить им хоть минутку.
– Эсми вчера очень нервничала, – добавил Тамир.
Подруга шумно вздохнула и закатила глаза, а Тамир улыбнулся и отступил.
Он вернулся в гостиную, а мы с Лейлой прошмыгнули в спальню. Я сразу же выхватила из рук подруги объемный пластиковый пакет и высыпала его содержимое на кровать. Лейла не подвела, принесла все, что требовалось.
– Спасительница, – пробормотала я.
– Угу.
Подруга прикрыла дверь и застыла, сложив руки на груди. Несмотря на хрупкость телосложения, выглядела очень грозно, даже мурашки по коже побежали. И допрос, которого мне так хотелось избежать, начался немедленно.
– Когда вы познакомились?
– Вчера. – Говорить правду не хотелось, но со-лгать я не могла.
Подруга не удивилась. Видимо, известие о моем замужестве исчерпало все лимиты.
– Где?
– У Дворца бракосочетаний.
– И что же ты там делала? – прошипела Лейла.
Я наконец нашла в ворохе принесенных вещей свежие трусики и ответила лишь после того, как оная часть гардероба заняла приличествующее ей место.
– Ждала Джуна.
И снова ни капли удивления, только злость. Сильная, грозящая перейти в ярость.
– Эсми, какого дьявола? Ты что, совсем рехнулась? Ты намеревалась выйти за Джуна? Ты хотела связать свою судьбу с этим уродом? Мало тебя жизнь учила?
Сердце кольнула иголочка боли, но слез не было.
– Не злись, – сказала я, подхватывая кружевной бюстик. – Ты же видишь, все обошлось. Ты знаешь мои взгляды на вопрос брака, можешь не сомневаться – с Джуном покончено.
Блондинка запыхтела – верный признак того, что ее переполняют эмоции, справиться с которыми она не в силах. Под аккомпанемент этих звуков я натянула майку и брюки, подхватила расческу и поспешила к зеркалу – нужно привести себя в порядок, прежде чем предстать перед камерами. Кстати…
– Лейла, что творится снаружи?
– Треш, – буркнула подруга. – Меня чуть не сожрали, прежде чем
– Но ты не давала комментариев?
– Разумеется, нет! Но пресса сошла с ума. Фан-клуб вообще лютует, и…
Я оборвала подругу жестом. Да, сливая информацию Тиму, я прекрасно понимала, какие последствия нас ждут. Но оно того стоило.
– Все будет хорошо, – вслух сказала я.
А Лейла опять запыхтела и вернула разговор в прежнее, интересующее ее русло.
– Ладно, с тобой все ясно. А Тамир?
– Что Тамир?
– Как этот… этот кадр оказался у Дворца бракосочетаний? Что он там делал?
Я повернулась, чтобы взглянуть на Лейлу. Кадр? Хм… почему она назвала Тамира «кадром»?
– Так что он там делал? – продолжила настаивать подруга.
Я подумала и отрицательно качнула головой.
– Прости, это не моя тайна. – Да, Лейла из тех, кто действительно умеет держать язык за зубами, но я точно знала, Тамир мою откровенность не оценит.
Лейла фыркнула и принялась мерить спальню шагами. Я же собрала волосы в высокий хвост, отложила расческу и поспешила за косметичкой.
– Эсми, мне кажется, ты не понимаешь, во что вляпалась, – после очень долгой паузы сказала Лейла. – Ведь Тамир, он…
По ноткам, которые зазвучали в голосе блондинки, я определила – мне грозит долгая, нудная нотация. В другой раз я бы, вероятно, послушала, но сегодня настроения не было.
– Лейла, я знаю, что приняла не самое здравое решение, но поверь, в тот момент я не могла поступить иначе. И вообще… я предпочитаю видеть в этой ситуации не минусы, а плюсы.
– Разве тут есть плюсы?
Я повернулась к собеседнице, подарила ей нарочито бодрую улыбку и сказала совершенно искренне:
– Мы незнакомы, следовательно, я не питаю иллюзий на его счет. У меня нет ожиданий, которые он может обмануть. Согласись, это не так уж мало.
– Но ты его не любишь…
– Он тоже не любит. Но тут тоже есть плюс. Мы не одурманены чувствами, значит, будем руководствоваться разумом. И у нас гораздо больше шансов выстроить правильные отношения, создать хороший, крепкий союз.
Лейла не выдержала, застонала:
– Эсми, ты сама-то в это веришь?
– Прости?
– Ты человек творческой профессии, – пояснила Лейла. – Ты живешь эмоциями!
– Эмоциями я живу на сцене, а в жизни…
Подруга замотала головой, а я замолчала. Смысл спорить? Смысл объяснять? Конечно, она думает, что ей со стороны виднее. Разумеется, Лейла убеждена, что знает меня лучше, нежели я сама.
– Эсми, ты влипла, – повторила блондинка.
Я скривилась и вернулась к зеркалу. Влипла не влипла, а убиваться по поводу своего замужества я не намерена. Тамир уже доказал, что он человек здравомыслящий, а раз так, мы со всем справимся. И будем очень счастливы!