Есть!
Шрифт:
«Геня, я приготовила ваш малиновый чизкейк, и муж признался мне в любви! Спасибо!»
«Геня, мы с сестрой делали тыквенный суп – это что-то с чем-то!» (На самом деле это тыква с фисташками, молоком и капелькой зеленого табаско.)
«Геничка, я очень старый человек, ребенком пережила блокаду, и ваши блюда для меня – такая роскошь, но как все просто готовится и как вкусно! Спасибо! Спасибо! Спасибо!»
Под настроение я люблю прослушивать эти сообщения – они помогают мне верить в то, что я не зря потратила столько лет жизни. Мама, например, считает, что я их действительно потратила–
Собственный ребенок – это километровый как минимум прыжок в ее сторону. Тебя сдвигают к краю, вот и все.
Я вспомнила, как два месяца назад после эфира слушала голоса моих зрителей – подростковые и старческие, визгливые и мелодичные, звонкие, робкие, нахальные, хрустальные голоса. И ближе к концу, когда, размякнув и оттаяв, набравшись сил для новых ТП (Творческих Поисков), я собиралась выключить автоответчик, вдруг натолкнулась на неожиданное.
Голос был вкрадчивый, самую малость хриплый.
– Геня, я посмотрела вашу передачу…
(Ненавижу слово «передача», всегда говорю «программа».)
Тяжкий вздох. Кажется, вкрадчивой даме не хочется это говорить, но она все равно скажет – во имя справедливости и чтобы на душе полегчало.
– Вы меня простите, Геня, но многие ваши рецепты мелькали в других передачах. И банановое суфле, и котлеты с сюрпризом – все это было много раз, даже в журнале «Кухня», который, я так понимаю, вы читаете от корки до корки.
Еще один вздох. И она отключилась.
А я – дернулась, будто через меня пропустили немалый заряд тока. Будто влезла в работающий блендер вилкой, дабы оживить приунывшие кусочки фруктов – и вместо них оживилась сама.
Дело в том, что я никогда не ворую рецепты. И в том, что плагиат в любых проявлениях для меня категорически неприемлем. Но что поделать, если в природе существует всего один стопроцентно верный способ испечь меренги? Если самый точный путь к вкусному фаршу лежит через вбитое яйцо, измельченное яблоко и мелко порубленную зелень? Да, мои рецепты почти никогда не повторяются – но даже я не в силах избежать цитат! Я простая смертная, а не богиня с гастрономического олимпа.
Случай с тем сообщением на автоответчике – он был единственным в своем роде. То есть меня, конечно же, ругали и критиковали дорогие телезрители, но не так. И не за то. Поэтому я и запомнила звонок. И теперь, кажется, поняла, откуда у меня взялось это чувство – будто я уже слышала Еку. Еще до нашей первой встречи, до нашего знакомства.
Ирак заглянула в кабинет:– Геня, Вовочка пришла.
Кого я всегда рада видеть – это косметолога Вовочку, ежедневный дар небес, даму веселую и ловкую, с бодрой такой матерщинкой. Она без конца травит байки, делится поучительными наблюдениями и рассказывает анекдоты, почему, собственно, и получила прозвище Вовочка.
Пока Вовочка окисляет мне лицо очередным пилингом или оформляет брови, я хохочу
– А дальше что было?
И бедной Вовочке приходилось повторять анекдот, пока «одна девочка» снова не засыпала.
– Еще у меня есть другая девочка…
Вовочкины истории бесконечны, как Вселенная, и все мы в них – звезды и планеты, и я в них – очередная «девочка».
– Здравствуйте, Геня, – зажурчала Вовочка, раскладывая простыню на кушетке. – Почему такие грустные?
Вовочка – великий оптимист, способный углядеть божественный промысел в любой жизненной каверзе и выйти из нее без потерь. Когда ее сына забрали в милицию – парень коротал вечер в компании, где кого-то осенило помочиться из окна на голову прохожему! – и тогда Вовочка не пала духом, а крепко вдарила отпрыска по румяной щеке, так что даже милиционеры вступились за подростка.Еще Вовочка исключительно религиозна – держит пост не реже двух раз в год:
– Все дело в том, Геня, что у меня накопилося столько просьб к Богу… Я должна предложить ему что-то взамен!
Но и Вовочке сегодня не под силу рассеять мою хандру: ее истории про «одну девочку» журчат в стороне, будто гул водопада сносит ветром. Ко всему прочему она решила сделать мне сегодня коллагеновую маску под названием «удар хлыстом»: под толстой влажной пленкой спрячется все лицо – и глаза, и рот. Без всякого на то желания я останусь наедине с собой, лишенная возможности отвлечься книгой, разговором или событиями на четырех вечно включенных маленьких экранах.
Безжалостная Вовочка при этом тарахтит, как свежезаправленный трактор. На ушах маски нет, и я поневоле слушаю.
– Геня, ко мне тут пришла одна девочка… Ну… Эта самая девочка, которая теперь будет вести у вас все новые программы. Интересный человечек, мне так показалося.
Я дергаюсь, как от электрошока, но не могу ответить – лицо стянуто маской. Кажется, у меня приступ клаустрофобии.
Ека в «Сириусе». Екин голос по телефону. Екин джип на моем парковочном месте. Ека и мояИран. Ека и моешоу. Ека… и мояВовочка?!
Вот наконец Вовочка бережно отлепляет застывшую маску и гордо поднимает вверх плотную розовую пленку с точным отпечатком черт лица. Щеки, нос, рот и глазные впадины. Посмертная маска гения.
Мне, впрочем, не до маски:
– Она пришла к вам, Вовочка? В салон? И случайно попала именно к вам?
Кажется, я обидела Вовочку. Она швыряет маску в урну – трехочковый!
– Геня, случайно ко мне никто не попадает.
Она права. Она тысячу раз права – Вовочка лучшая из лучших и потому может себе позволить абсолютную свободу выбора. Никаких случайных теть с рынка, никаких капризных бизнес-дамок и дерзких прыщавых девиц.