Эт Сет Ра
Шрифт:
Опасаться ему было нечего, его плотный чешуйчатый панцирь был непроницаем для такой мелочи, а колючки и вовсе вызывали у него умиление. Однако, он все же подтянул ноги к себе и это движение заставило росток остановиться и начать двигаться в другую сторону от входа. Кстан отметил это, но никак не придал значения, достаточно было, что этот росток отказался от попыток напасть.
Кстан чувствовал, что валится в сон, но встать и разбудить Цеила он не мог, ему просто нечем было это сделать. Его тело отказывалось подчиняться, жара и обезвоживание высосали из него все силы, и он просто смотрел на мир через
– Кстан, с тобой все хорошо? – спросил Цеил, он повернулся и посмотрел на Кстана, который еле дышал. – Кстан! очнись! – Цеил резко подскочил на ноги и подбежал к старшему товарищу. – Кстан, приди в себя! – Цеил огляделся и быстро сорвал несколько стеблей тростника, удивляясь как они смогли уцелеть после их жатвы.
– Все хорошо, я просто… Мне кажется, я просто устал… – Кстан еле шевелил голосовыми косточками, их цокот был чуть слышен.
– На, съешь это, там много влаги, тебе должно стать легче. – он протянул ему пищу и буквально положил ему в рот. Кстан начал медленно жевать.
Придя в себя, Кстан заметил, что вход полностью затянуло тонкими лианами и свет больше не пробивается, а внутри оказалось несколько новых побегов.
– Кстан, тебе надо отдохнуть, ложись спать, я подежурю.
– Не буду спорить, у меня уже мутнеет сознание. – Кстан еще раз осмотрел их убежище и лег так, чтобы видеть вход.
Сон наступил внезапно и стремительно, словно гигантская волна накрыла его с головой и Кстан отключился. Сколько прошло времени, он не знал, но в какой-то момент он решил повернуться и не смог этого сделать, что-то держало его. Кстан проснулся и заметил, что его тело оплели лианы. Это были все те же шипастые побеги, они не могли причинить вреда, но явно пытались. Цеил, как и предполагал Кстан, уснул у самого входа и его так же оплели лианы.
– Цеил! Проснись! – прострекотал Кстан так громко, как только смог.
– Я… Прости Кстан, я уснул, я нечаянно, – начал было оправдываться Цеил.
– Это неважно, ты можешь дотянуться рукой и разрезать эти чертовы побеги? – Кстан пытался сделать это сам, но они его плотно сдерживали.
– Кончено, сейчас! – Цеил ловко поддел один из побегов и тот лопнув облил его липким, сладким соком.
– Молодец, теперь распутай меня, скорее! – Кстан чувствовал, как земля дрожит, это говорит только об одном, вулкан пришел в действие и вот-вот выбросит еще одно облако пепла.
Выпутавшись, они быстро освободили проход и стали ждать. Если ветер не переменился, то облако опять уйдет прочь и тогда они погибли. Стало уже понятно, что без подготовки оставаться в этих зарослях не безопасно. Как до этого выживали их экспедиции непонятно, но, с другой стороны, они отправлялись всегда тройками или больше, быть может, они знали о такой опасности и не засыпали все разом.
В какой-то момент начало темнеть и Кстан высунулся наружу, посмотреть, что происходит. Как он и предполагал, вулкан извергал тучи пепла и солнце заволокло этой серой мглой. Надо было действовать, сейчас или никогда.
– Цеил, бежим! Нам надо возвращаться!
– Кстан, я, кажется, понял, кем я хочу быть. Я буду биологом, мы ищем жизнь на других планетах, а она тут, рядом с нами! – произнес Цеил, продолжая срезать с себя колючие побеги, которые изо всех сил продолжали цепляться колючками за
– Ты о растениях? Брось, это же просто тростник. – произнес Кстан, стоя у самого выхода.
– Кстан, я уверен, что он разумен! Нас поймали в ловушку, в очень сложную ловушку!
– Бред, это хищное растение, которое поедает тех, кто остался на берегу во время холодного сезона, оно привыкло поедать трупы наших сородичей, но это не делает его разумным! – Кстан негодовал, больше всего он хотел сейчас вытащить этого юнца подальше в море, а там уже продолжить беседу.
– Поэтому я и собираюсь стать биологом, чтобы выяснить как оно это делает, что им движет.
– Им движет голод, как и всем на этой планете.
– Ты не прав, я докажу это! – Произнес Цеил и рванул в проход на полной скорости.
Кстан бежал за ним, он старший, а значит всегда должен прикрывать потомков. В этот момент что-то пошло не так, в туче образовался просвет и Кстан заметил, как яркий столб белого света, словно огненный меч, спустившийся с небес, несется вдоль берега в их сторону. “Мы не успеем!”, – мелькнула мысль в голове Кстана, он прибавил ходу, схватил Цеила, как тот сделал это в убежище, и с силой швырнул его в сторону моря.
– Докажи мне! Докажи нам всем Цеил! – прокричал он вдогонку, не особо рассчитывая, что тот его услышит.
Мгновение спустя, луч полоснул по коже Кстана и его свернуло в клубок, послышался шипящий звук закипающей крови, чешуя местами вздыбилась и из-под нее рванули струйки пара. Луч прошел через него и тучи вновь заволокли небо, Кстан еще подрагивал, корчась у самой кромки воды, но в этих движениях больше не было жизни.
Глава 5. Мир рассудительный
Третий день подряд лил дождь, капли нещадно барабанили по макушке и стекали по бокам к самой земле. Сегодня он наблюдал. Два дня назад, когда дождь только начался, он решил посвятить свое время размышлениям и несколько отвлекся от внешнего мира. Лишь сегодня, он решил обратить свой взор к облакам, ветру и течению времени.
На планете существовала атмосфера, однако она никогда не слышала звуков речи, ни одно слово не пролетело над этой планетой. Имя того, кто сейчас наблюдал, никогда не звучало, оно даже не имело звукового аналога. Если бы кто-то включил радиоприемник и настроил его на частоту общения местных жителей, все чего он удостоился, было бы несколько шипящих звуков, да скрипов.
Тем не менее, на планете был разум. Гигантские каменные глыбы, что состояли из миллиардов тонких кристаллических переплетений были главными обитателями этой планеты. Они поглощали кремний и другие элементы, которым была богата почва, а также кислород, который был в избытке в атмосфере. Самые крупные из них росли на несколько миллиметров в год, однако, большинство считало это расточительством и начинали деление.
По сути, все разумные существа этой планеты произошли от одного единственного разумного камня, как именно тот зародился они не знали, но это было именно так. Это был тот самый редкий случай, когда вера и божественное откровение были не придуманы, а сохранились в древней памяти предков, что наследуется из поколения в поколение, лишь немного утрачивая яркость воспоминаний после каждого расщепления.