Это моя собака
Шрифт:
Да-да: компьютеры лечат Моцартом.
Концентрат музыки материален, быть может. И этот концентрат надо было разбавить только временем. Текучим временем.
Итак… в наше измерение и домой.
У кромки Первобытная туманность под влиянием сгущения материи силой тяготения, разделилась на бесчисленное множество туманностей второго порядка. Началась компьютеризация космоса.
А Моцарт — часть этого действа.
Эти разделились на множество туманностей третьего порядка, подобно тому, как наружный слой земли, сжимаясь от жары и потери влаги, трескается на крупные
Туманности второго порядка, при разрыве главной туманности, приобрели вращательное движение.
Дискообразный вид убеждает нас в этом, — движение солнечной системы с созвездию Геркулеса, то есть в плоскости Млечного пути — подтверждает это.
Телескопы в одном только Млечном пути насчитывают биллионы солнц. И поэтому грандиозная картина Вселенной, исполнена жизнью чудных существ. Но сколько на свете таких млечных путей, громадная совокупность которых составляет песчинку из здания Вселенной?
Бесчисленное множество звёзд, или солнц, сияющих (если к ним приблизится) даже более ярко, чем наше Солнце, окружены ещё более бесчисленным количеством планет — тёмных небесных тел, получающих тепло и свет от своих солнц.
Наша Солнечная Система считает их сотнями, одна из них называется Землёй.
Спектральный анализ указывает, что вещества Вселенной те же, что и вещества Земли… Везде жизнь разлита во Вселенной. Жизнь эта бесконечно разнообразна.
Существа плоскостной Страны резвятся и плавают как рыба камбала. И только иногда выскакивают в толщу пустоты, но тотчас же, как будто бы начинают задыхаться и возвращаются в свою среду, не успев за мгновенье обнаружить что же составляет суть третьего измерения.
Существа живущие в этом измерении живут в невероятности своей и питаются энергией батареи, или отражёнными лучами солнца, или теплом.
Выскакивая на мгновенья в трехмерную пустоту, из щемящего пространства, существа способны взглянуть на свой плоский мир, понять формы друг-друга.
Мне говорил ЧК: он готов был бы покупать пространство, расплачиваясь за это временем…
Я принуждён был узнать эти потрясающие для рядового пса вещи: в века, предшествующие началу нашей эры, вместе с развитием математики, прежде всего геометрии, получила развитие и другая наука. Ужас её исследователей в том, что она названа была астрономией, может быть потому что именно звезды диктовали ответы на бесчисленные вопросы.
А знаете, что на базе геоцентрической системы мира Гиппархом и Птолемеем были разработаны теории движения планет. Арабские и среднеазиатские астрономы Бируни и Улугбек в период, когда ещё даже Леонардо не родился, корректировали таблицы видимых планетных движений, не подозревая, что открывают не макро, а микро мир.
Мы с Козеттой одновременно обратили внимание, что у кромки космического пространства плыла кошка, которая съедает боль…
… Письмо читателям вы найдёте в эпилоге. Я счастлив, что я с Козеттой. Я остаюсь с ней навсегда и буду вашим символом в этой ипостаси.
И если когда-нибудь моё «Альтер эго» восстанет вновь в
Во всяком случае я теперь твёрдо убедился в том, что никто и ничто не умирает, все попадает в терпеливые компьютерные блоки памяти Великого Вселенского Разума и потом может быть восстановлено.
Но справедливость мироздания была бы более интенсивной, если бы каждый хоть на миг мог бы посмотреть на своё новое тело в новой жизни, тогда бы он берег свою душу. Разве палач стал бы палачом, если бы вдруг ему довелось увидеть гнусного обделённого урода, и он понимал бы что в этом теле его новая жизнь?.. …Не надо считать, что звезды — это паутина на небе.
Чёрный Квадрат на прощание подарил мне часы, которые показывают пространство. Вдумайтесь — вдумайтесь, времени не существует, часы показывают пространство.
Почему: «на прощание».
Потому что для него мы исчезли. Мы попали в терпеливые блоки памяти Вселенского компьютера, и нужны ли мы будем, востребуемся ли ещё раз историей, или останется от нас лишь тире между двумя датами — зависит от грустной сентенции типа: «как Бог весть…» … а чтобы не огорчать Маму-Лисаньку, наши с Козеттой абсолютные двойники будут ласкать её взоры.
Эпилог
Я хочу сказать Вам, дорогие мои друзья и читатели моих скромных книжек, что я прощаюсь с Вами. Я люблю Вас, но быть сказочником — теперь уже не по мне.
Я, скажу Вам честно — устал.
Сказочник, как оказалось и проверено жизнью — не прислуга. Хотя наверное и прислуга умеет рассказывать сказки.
И всё-таки, — сказочник — человек особой нравственности. Но меня утешает тот непреложный факт, что я не человек, а что касается нравственности — пусть обо мне судят другие.
Вы знаете, кого сам Аллах признал сказочником? Не знаете, так послушайте.
Жил да был в бедном городе бедный мальчик. У этого бедного мальчика была бедная мама. И эта бедная мама жарила замечательно вкусные лепёшки на кунжутном масле, что бы мальчик продавал бы их, и им было бы на что прокормиться и выжить. О видеомагнитофонах и телевизорах «Supra» они и не мечтали.
А зря. Может быть именно этому мальчику и следовало было иметь такой магнитофон и телевизор.
Как бы то ни было. Мальчик, который всю ночь смотрел какой-то нехороший для нашей идеологии фильм, утром был готов к тому, чтобы отправиться на рынок — продавать пирожки, изготовленные его мамой — замечательно вкусные — приготовленные на кунжутном масле.
И отправился продавать.
А дальше вы уже, конечно, все знаете. Он продал пирожки. Он собрался было идти домой, но, встретив знакомую девочку, заговорился с ней допоздна, устал, и заснул, прикрыв свою сумку руками. А в сумке, надо Вам напомнить хранились деньги, вырученные за продажу пирожков, пожаренных на кунжутном масле.