Этот ребенок
Шрифт:
Я бы так хотел найти силы приблизиться к сыну и не читать в его взгляде беспокойство и страх… Извини меня, папа, но я бы так хотел быть с моим сыном другим не таким каким был ты со мной… Я бы так хотел чтобы мой сын мог испытывать ко мне другие чувства не те которые могу испытывать я к тебе… Я бы так хотел я бы так этого хотел, если бы это было возможно… Извини меня, я бы так хотел быть непохожим на тебя…
Он уходит. Остаются отец и невестка.
Сцена 8
В полной темноте. Силуэт женщины. Вокруг: голоса, мужские, женские.
Голос А.
Но Вы не тужитесь.
Вы удерживаете вашего ребенка.
Вы боитесь.
Она удерживает ребенка.
Не надо бояться.
Голос женщины. Но я не боюсь.
Голос. Ребенок хочет выйти.
Голос женщины. Я хочу чтобы он вышел.
Голос А.
Вы можете кричать не бойтесь кричать Вы можете кричать.
Помогите нам.
Голос женщины. Помогите мне.
Голос А.
Мы это и делаем.
Вы не расслаблены.
Вы не расслабляетесь.
Не бойтесь кричать.
Да она кричит достаточно.
Голос женщины. Я хочу чтобы он вышел.
Голос. Но Вы удерживаете его.
Голос женщины. Я хочу чтобы он вышел.
Голос А.
Не удерживайте его.
Она устала.
Но ребенок не выходит.
Она удерживает ребенка.
Не удерживайте его.
Голос женщины. Я хочу чтобы он вышел.
Голос А.
Ребенок хочет выйти.
Тужьтесь.
Выталкивайте его.
Вы не хотите его вытолкнуть.
Тужьтесь.
Не кричите больше, тужьтесь.
Голос женщины. Я тужусь.
Голос А.
Дышите.
Ребенок уже в пути, но Вы его удерживаете.
Почему он не выходит?
Она его удерживает.
Где его отец?
Отца нет, отца никогда не было.
Здесь только что был мужчина.
Это не был отец.
Это был мужчина.
Не удерживайте Вашего ребенка.
Голос женщины. Я хочу, чтобы он вышел.
Голос А.
Вы удерживайте вашего ребенка.
Вы не можете больше держать его внутри.
Голос женщины. Я не хочу больше держать его внутри.
Голос. Тогда тужьтесь.
Голос женщины. Я боюсь что ему не хочется выходить.
Голос. Это Вы его удерживаете.
Голос женщины. Я чувствую что он боится.
Голос. Это боитесь Вы.
Второй
Сцена 9
(По мотивам одной из сцен пьесы Эдварда Бонда «Jackets or the secret hand»)
Помещение в больнице. В этом помещении: тело накрытое белой простыней. Две женщины и мужчина, у входа.
Элизабет Маркер. Это подруга, это моя соседка, она меня сопровождает.
Полицейский. Она не сможет войти вместе с Вами.
Элизабет Маркер. Она не сможет войти вместе со мной?
Полицейский. Нет не сможет.
Соседка. Ничего я подожду здесь.
Полицейский. Разрешено входить только членам семьи.
Элизабет Маркер (показывая в направлении тела накрытого белой простыней). Но ведь я тоже не из семьи этого человека… поскольку это не мой сын, это не может быть мой сын.
Соседка. Иди, там все и выяснишь.
Полицейский. Я хочу чтобы Вы подтвердили нам что это не Ваш сын.
Элизабет Маркер. Так как это не мой сын.
Соседка. И все же сходи.
Элизабет Маркер. Не хочу я туда идти.
Соседка. Чего ты боишься?
Элизабет Маркер. Мне не хочется.
Полицейский. Вы поднимите простынь, посмотрите под простынь… и затем, так как это не ваш сын, подойдете ко мне и скажете, это не мой сын.
Элизабет Маркер. Не хочу я смотреть под эту простынь.
Полицейский. Вам нечего бояться.
Соседка. Ну иди, ты же знаешь что я здесь.
Элизабет Маркер. Да.
Соседка. Ну давай, это же так дурацкая формальность.
Элизабет Маркер. Да, ты права.
Полицейский. Прошу Вас.
Элизабет Маркер. Так глупо, даже если я знаю что это не может быть он, я боюсь.
Соседка. Но ты же сама понимаешь что это не может быть он.
Элизабет Маркер. Да.
Соседка. Ты сама говоришь твой сын ты прекрасно знаешь где он сейчас, да хорошо до него невозможно дозвониться но ты же прекрасно знаешь где он и что он сейчас делает.
Элизабет Маркер. Он пошел в поход.
Соседка. Он вместе с моим сыном и еще тремя балбесами взяли палатку и ушли в поход… вот бы они поржали увидев нас здесь.