Ева
Шрифт:
– То есть?
– Приди в себя! Ты сам мне это только что сказал!
– Я ничего не говорил! – ответил Фёдор и непонимающе посмотрел на капитана.
Михей застыл. Он вновь
– Уходим отсюда!
– А плоды?
– Какие собирать? Те, что мы ели, мерцали?
– Да вроде нет.
– Вот я их и собирал, а потом… Слушай, давай обсудим это в лагере!? – сказал Михей и быстро зашагал в сторону зоны обзора.
– Хорошо, а ты чувствуешь, как здесь тепло? – спросил Фёдор.
– Да. Если в лагере и дальше будет холодать, у нас только два пути: либо перебираться вглубь леса, либо продолжить его вырубать, чтобы согреться.
– И что бы ты предпочёл?
– Перебраться сюда. Кто бы тут не обитал. Вырубать чужой лес – куда хуже, чем гостить в нём.
***
Приближаясь к лагерю и постепенно утепляясь заново, Михей с Фёдором обсуждали увиденное и услышанное:
– Ну определенно здесь кто-то есть! Петрович видит внучку, я брата, ты сейчас тоже с кем-то беседовал! – утверждал Фёдор.
–
– Может и так, но я себя сумасшедшим не считаю, да и Петрович, хоть и старый уже, не выглядит умалишённым. Как всё это объяснить!?
– Не знаю, но, с учётом всего, что стряслось, Петровичу и Саше может здорово достаться! Нужно их вызволить со станции, перенести лагерь вглубь леса, а там и с провизией вопрос решим.
Лесорубы находились в нескольких километрах от зоны обзора, когда вдалеке, чуть западнее, со стороны станции, они увидели странную мужскую фигуру, мелькающую между деревьев. Михей сразу её заметил и подал сигнал Фёдору. Мужчина шёл очень неуверенно, как будто был пьян, часто останавливался, опираясь на деревья. Фёдор с Михеем переглянулись, и, поняв друг друга без слов, рассредоточились и укрылись в зарослях. Силуэт приближался, но шёл слегка в сторону.
Фёдор сквозь кустарник смотрел то на мужчину, то на капитана, ожидая сигнала к действию. И тут капитан переменился в лице. Он выскочил из укрытия и кинулся навстречу незнакомцу. Фёдор секунду недоумевал, после чего бросился вдогонку. Уже на полпути он понял – капитан узнал идущего человека. Узнал его и сам Фёдор. Это был Саша.
Избитый, в одном нательном белье, замёрзший, он еле передвигал босые ноги. Увидев товарищей, он попытался улыбнуться. И еле слышно проговорил:
Конец ознакомительного фрагмента.