Эвакуация
Шрифт:
Глава 7.
Рано утром Войцех проснулся бодрым, полным решимости и надежды. Ему предстояло стать спасителем для нескольких десятков больших и малых животных, оставшихся в питомнике, для чего в его распоряжении было два грузовика и несколько легковых автомобилей, хозяевам которых он сказал, что они не понадобятся, и они укатили на север вслед за основной массой эвакуирующегося населения. Грузовики же были полностью автоматическими, поэтому план Войцеха не задерживал в опасной местности никого из людей, кроме него самого. Он ездил на работу на электровелосипеде, и на этот раз пристегнул к нему небольшой грузовой прицеп, в который можно было положить несколько клеток. Самые большие
Дорога вильнула и погрузилась в тень стометровых дерев. Войцех ехал сквозь лес, быстро приближаясь к биостанции. До неё оставалось всего несколько десятков, когда он услышал выстрелы. "Ба-бах!
– звук отдавался эхом и звоном в ушах - ба-бах". "На станцию напали!
– мелькнула мысль - Орионцы!" Войцех прибавил ход и въехал на территорию станции. Но она была пустой. Биолог обошёл контору, учебные оранжереи, мастерскую, лаборатории и жилые домики для практикантов. Оборудование и ценные вещи были вывезены, людей нигде не было, орионцев тоже. Покосившись на автоматизированные грузовики, терпеливо ждущие во дворе, он прошёл к зоологическому питомнику. То, что он увидел, повергло его в шок.
В ближайших клетках неподвижно лежали пушистыми шариками мёртвые шиншиллы и морские свинки. Чуть дальше валялась на боку большая капибара. Птицы, похожие на недоделанные чучела, попадали со своих насестов в клетках и замерли среди корма, субстрата и отходов собственной жизнедеятельности, лишь один королёк упал головой в поилку и остался в таком положении. Войцех медленно прошёл дальше, между грызунами и птицами, к вольеру с ягуаром. Тот уставился на него ничего не видящими мутными глазами, по которым ползали мухи. Войцех протянул сквозь сетку руку, отогнал мух и закрыл хищнику глаза. Внезапно в нос ударил запах пороха. Биолог прошёл к клеткам ежей, запах усилился. Ежей не было. В клетках с повреждёнными решетчатыми дверцами и изрешеченными задними стенками лежало кровавой месиво с торчащими во все стороны иглами, а вода в поилках разила миндальным запахом. "Цианид" - вспомнилось Войцеху - ежи устойчивы к цианистым ядам. Он ещё раз окинул взглядом питомник. Под клетками что-то шевельнулось.
– Имбирь!
– позвал биолог - Кис-кис!
– Мр-мяу - жалобно отозвался старый кот и выбежал, прижимая уши и испуганно озираясь.
– Испугался выстрелов?
– ласково спросил Войцех - Я тоже испугался. И вонь тут, конечно, не для твоего носика. Я уж думал, что и ты... Ладно, иди сюда, поехали. Здесь больше нечего делать.
На всякий случай биолог обошёл питомник ещё раз, дабы убедиться, что спасать некого, и решил, что делать дальше.
...Таня и Станислав Левандовские прожили свой последний день дома. Они уже собрали все свои вещи и вышли на улицу, что в последний раз посмотреть на место, где прожили всю жизнь. Здесь они познакомились со своими первыми друзьями, по этой улице ходили в школу и из школы, здесь рвали спелые манго и бананы, здесь выгуливали собаку наблюдали за звёздами по ночам. Теперь всему этому пришёл конец. Через несколько минут выйдет их мама, и они все вместе поедут на север, навстречу снегам и холоду, незнакомым людям и чужим местам, и скорее всего уже никогда не увидят ни родного дома, ни друзей, ни этих садов, ни экваториального леса. В первый раз в жизни дети испытали настоящую грусть. В первый раз им не хотелось ни смеяться, ни плакать.
–
– окликнул детей знакомый голос.
– Дядя Войцех!
– Станислав и Татьяна были рады видеть смотрителя зоопитомника с маминой работы - что вы здесь делаете?
– Заехал попрощаться.
– Мы думали, вы с нами поедете, и снова будете работать с мамой - удивилась Таня.
– Нет, я на войну.
– А вас не убьют орионцы?
– снова спросила девочка.
– Орионцы точно не убьют - улыбнулся биолог.
– А как ваши животные?
– девочка увидела, что в перевязи на груди мужчины сидит кот - Всех спасли?
– А почему спрашиваете?
– Войцех ответил вопросом на вопрос.
– Как почему? Мы же всё время играли с ними, мы любили их, как своих собственных.
– Так, по-вашему, стоит переживать из-за животных в такую минуту, когда идёт война и могут погибнуть люди?
– Конечно, стоит! Что вы такое говорите? Вы же сами хотели их спасти - девочка не понимала, к чему клонит её собеседник.
– Ну тогда ловите - он бросил детям чёрную сумку, из которой выпала лапка в серебристом пуху - я пытался спасти их, и даже смог бы, но ваша мама посчитала, что несколько десятков зверей и птиц задержат эвакуацию, а потому их всех нужно убить.
– Мама?
– не понял мальчик, осторожно приоткрыв сумку и изменившись в лице.
– Да, дала им цианид. А ежей, которых отравить цианидом не так просто, приказала пострелять из ружья. Я возвращаю ей результаты её трудов, надеюсь, она будет довольна. А вы, если будете задерживать её в дороге, не принимайте воду из её рук.
Обомлевшие дети смотрели на трупы грызунов почти безумными глазами. Довольный Войцех улыбнулся коту.
– Её дети проклянут её за то, что она сделала - и прижался щекой к мягкой шерсти - а мы поедем далеко-далеко на север, и никогда уже не вернёмся в этот проклятый экваториальный лес.
Эпилог
Блестящий снег весело хрустел под ногами, свежий ветер приятно обдувал лицо, разреженный горный воздух наполнял лёгкие. Свет солнца, слишком яркий для жителя равнин, неприятно слепил глаза, по спине пробегал холодок. Замёрзший кот жалобно мяукал под курткой, время от времени высовывая нос наружу. Ему было тесно и неудобно между телом и одеждой человека, но мороз загонял тут же загонял его обратно.
Войцех обернулся назад. Зелёная долина с её городами и экологическими поселениями, полями, садами и экваториальным лесом осталась далеко позади. Внизу медленно плыли облака. избрал горную дорогу, так как на ней вероятность встречи с ополченцами была меньше всего. Теперь он уже не был Войцехом Ковальчиков с архипелага Виктории. Он перерос это. Нанороботы переработали его мозг, и он окончательно стал Ка Бирром из туманности Ориона, завоевателем Галактики. Ценности никеянского общество, все межличностные отношения Войцеха, все его интересы и устремления - всё это было теперь где-то глубоко в памяти, и уже никак не относилось к настоящему. Только кот по кличке Имбирь, за несколько дней из старого ворчуна превратившийся в пугливого котёнка, был ему по-прежнему дорог. Отношение к войне тоже поменялось. Она уже не казалась ужасной. Теперь это было просто наиболее эффективное средство решения проблемы, а жертвы воспринимались как виновники собственных бед. Ему казалось что он, Ка Бирр, нёс людям освобождение от неизбежной гибели вместе со всей Галактикой, нёс прогресс, жизнь и процветание, а они сопротивлялись ему. С удивлением вспоминал Ка Бирр о чувствах Войцеха к животным и шок, в который повергла его их смерть. Разве люди тысячи лет не убивали животных только ради забавы? Какое вообще значение может иметь жизнь неразумного существа. Теперь он был далёк от сострадания к попугаям и кроликам. Только кот... последняя зацепка. Отработав своё, нанороботы покинули организм человек и вышли с мочой, потом и калом, а он пересёк перевал Георгиевского и вышел с другой стороны гряды, где его встретил отряд ополченцев. Анализ на нанороботы показал отрицатльный результат, что позволило гражданину Ковальчику получить право ехать с остальными беженцами на север. Через час сверзвуковой поезд на магнитной подушке уже нёс его навстречу новой жизни...