Эвотон: трансформация
Шрифт:
– Хорошего мнения обо мне?
– Каждый второй мечтает прикончить.
– Потому что ты им так приказал, Вархунд? – смело вступил в разговор Андрей.
– Разве мы знакомы?.. Впрочем, ты, наверное, бывший глава вашего Мирового совета, не так ли?
– Где Айюми? – напористо спросил патриец.
– Её заботливо передали на ответственное хранение. Проверяешь меня на наличие концентрации эвотонов? – он обратился к одесситу, который задействовал своего Помощника. – Я не вчера родился, господа: носить в себе землянку не
– Раскрой, не издевайся над нами, – вырвалось у кого-то.
Вархунд оскалился и проговорил:
– Я вернулся из города, чтобы лично выполнить распоряжение главы Совета, так как не доверяю никому на этой планете. Вы объявлены террористами, угрожающими мировому порядку и суверенитету каждого государства. Мне, конечно, наплевать на ваш суверенитет и государства… У меня хватает своих причин желать вашей смерти. Так что, – он достал плазму, – или расстрел, или эвотонирование. Каковы пожелания?
Сзади показались полицейские антигравы.
– Неужели ты рассчитываешь с аплодисментами покорить Землю?
– Информация – сильнейшее оружие. Если знать алгоритм воздействия, то даже самого уважаемого учёного можно выставить полным придурком. И все поверят. Благодарите Джеймса Филлса. Без его программы сближения было бы трудно столкнуть лбами два поколения.
Антигравы ненадолго зависли в воздухе. Но как только идентификация присутствующих завершилась, аппараты быстро снизились.
– При активной поддержке обновлённого Совета абсидеумы будут восприниматься спасителями человечества от покорившего детей зла, которое объявило войну всему святому, – здесь Вархунд ехидно рассмеялся. – Да и потом, ваша цивилизация настолько алчна, что клюёт на всё, что шелестит и звенит. А знаешь ли ты, сколько мы готовы отдать золота за один-единственный эвотон? От нашего предложения нельзя отказаться.
– Тезы не дадут вам столько.
Абсидеум наигранно расхохотался. Я вспомнил, что Айюми всегда недоумевала относительно неестественной эмоциональности их лидеров. Она даже выдвинула предположение, что вся власть в абсидеумском обществе строится на гибриодах. Понятно, что одного примера Алмия было недостаточно, чтобы возвести эту теорию в ранг аксиомы.
– Всё равно найдётся тот, кто заплатит дороже, – с вызовом прокричал инженер.
– Благодаря твоей японке, – Вархунд обратился непосредственно к Велу, – мы избавим человечество от этого ужасного разлагающего порока!
– Ладно, предположим, ты подкупил старичков, таких, как мы. Но каким образом ты планируешь совершить вторжение в мир, где повсюду живёт Поколение двадцать пятого уровня? Неужели искушение развитием настолько велико, что готов пожертвовать частью своего общества, навсегда оторвав их от поля?
– Они же всё равно дети! Вы – звери и подонки! Пространство каждого из вас найдёт! – кто-то
– Пространству вовсе не нужно искать свои неотъемлемые части. И потом, абсидеумы не понимают моральных ценностей… Но самое главное, что детей будет убивать не абсидеумская мразь, а заключённые под их видом! Я прав, подонок?
Вархунд покосился на сорвавшихся с места полицейских, бегущих в нашу сторону:
– Вы же сами нам помогли! Отчего же ты не расскажешь им правду об исчезновении Поколения? – инопланетянин адресовал свой вопрос украинцу, который тревожно переглянулся с Велом.
Время пришло. Налетевшие полицейские, около двадцати человек, встали за спиной Вархунда. Половина из них нацелилась на землян, а вторая – на пришельца, который уже поднял ладонь в ответ на такое же действие со стороны Велфария.
– Всем поднять руки! – прокричал их командир. – Эй! Вы, двое! Быстро прекратили эвотонирование, иначе стреляем на поражение.
Вархунд без какой-либо суеты ответил:
– Просканируй меня повторно. А позже я приму твои извинения.
– Советую опустить ладонь, господин Вархунд, – более сдержанно проговорил главный полицейский. – Без получения разрешения от Совета ваше пребывание на планете незаконно.
– И вы меня застрелите? – одессит медленно, но уверенно сделал несколько шагов.
Среди силовиков произошло замешательство. Безусловно, уже вся Земля только и говорила о его отстранении и объявлении в розыск. Но эти полицейские попали в такое неловкое положение, которое свойственно всем, кто допускает участие в определённой ситуации, но не является готовым к ней по причине легкомысленного отношения. Никто из них, наверное, даже не допускал возможности такой встречи.
– Господин председатель! Извините, не заметили вас.
– Какой же он председатель?! Протри глаза! – грубо произнёс абсидеум и внимательно посмотрел на бейдж командующего полицейского. – Господин Су Ливей – ваш председатель!
Правоохранители переглянулись. Может, часть из них ещё не подозревала о будущем. А вторая потихоньку догадывалась. Но в движениях прослеживался объединяющий всех выбор и готовность.
– Напоминаю Вам, что Украина не голосовала на том злосчастном заседании, результаты которого легко поддаются сомнению! Более того, наш представитель там погиб!
– Власть Мирового совета распространяется и на ваше государство с его гражданами! Извольте соблюдать Закон, господин Добренко! – язвительно проговорил Вархунд.
Полицейские дружно навели плазму на абсидеума, что заставило инопланетянина опустить ладонь. Его глаза, однако, по-прежнему сверкали загадочным и что-то скрывающим взглядом.
– Произошедшее в Лондоне тебе знакомо, не так ли? – хитро спросил одессит. – Отвечай, если не хочешь получить дырку в башке без Восстановителей! Тот взрыв… Не твоих ли рук дело?