Эзумрит
Шрифт:
Середина лета выдалась сухой и жаркой. Тамея почти все свободное время проводила на реке в обществе водяной дивы. Рока все больше отдалялась от нее, коротая вечера с Торином. Дома Тамея то и дело ловила на себе настороженный и виноватый взгляд Хиды, и это ее тяготило. Сидя с Руей на берегу, она размышляла о том, как теперь жить. Пару раз ей даже приходила в голову мысль, а не выйти ли в самом деле замуж за Пата. Если не Дал, то не все ли равно кто? А может, попытаться найти настоящих родителей? Только где их искать? В Тохте, в Сохоте? Но если бы в соседних деревнях
Каждый день отчасти из любопытства, а больше от скуки Тамея наблюдала за Тмиросом и видела, что в городе происходит что-то необычное. После того как седобородый колдун и красноглазый правитель города побывали в Хутти, дым из-за стен валить перестал. Какие-то люди в серых одеждах несколько раз отпирали городские ворота и спускались к реке. Они были намного меньше ростом, чем рыбаки из Тмироса, которых Тамея привыкла видеть. И походка у них была другой. Руя подтверждала, что это чужаки. Узнав о странных пришельцах, хозяйничающих за городскими стенами, старейшина и Соха колебались, стоит ли снова посылать гонцов к Оргорону.
Однажды Тамея, по обыкновению, сидела на берегу и слушала, как водяная дива бубнит про очередного ухажера. Солнце так припекало, что девушка, вопреки заведенному правилу, решила сперва искупаться, а уж потом наловить рыбы. Вдруг голова у нее закружилась, и перед глазами поплыли разноцветные круги. «Неужели перегрелась?» – подумала Тамея. Собрав остатки сил, она попыталась встать, но тело словно налилось свинцом, и Тамея рухнула на камни. Последнее, что она увидела, перед тем как потерять сознание, было лицо с длинной белой бородой. «Хорошо, что я не успела раздеться», – мелькнуло у нее в голове.
Она пришла в себя внезапно, будто вынырнула из омута. На тонкой паутине, цеплявшейся за почерневшие доски, в ожидании добычи притаился большой белый морак. Тамея не сразу сообразила, что лежит на узкой лавке, а над ней – потолок ветхой хибары. Она рывком села. На другой лавке сидел старик с седой бородой и, сдвинув брови, сосредоточенно смотрел в чашку. Колдун из Тмироса! Тамея вскочила на ноги, сердце от страха гулко забилось в груди.
– Тише, тише. – Не поднимая глаз, старик миролюбиво помахал ей рукой. – Посиди пока!
Тамея опустилась на лавку и огляделась.
Дом, в котором она оказалась, был ей незнаком. Его и домом-то назвать было нельзя: одна тесная комнатка с единственным подслеповатым окошком, печкой, кроватью и лавками вокруг стола. Тамея вздрогнула, когда на кровати под рваным коричневым одеялом кто-то зашевелился.
– Ну что ж, – вздохнул старик и отодвинул чашку. – Попробуем в другой раз.
Тамея снова вскочила на ноги, лихорадочно соображая, что ей делать. Старик находится к двери гораздо ближе, чем она. Удастся ли ей справиться с ним, если он преградит ей путь?
– Мне придется извиниться перед тобой, – сказал старик. – Но я был вынужден похитить тебя. Как тебя зовут?
Тамея, не ответив, гордо вскинула голову и направилась к выходу.
– Подожди, девочка! – воскликнул колдун. –
Он едва заметно махнул рукой, и Тамея, не дойдя до двери, налетела на невидимую преграду.
– Я оказалась здесь не по своей воле и не собираюсь тут оставаться! – сказала она и попробовала толкнуть прозрачную стену.
Но ее руки увязли в чем-то липком. Тамея попыталась вытащить их, но чем больше она дергалась, тем крепче прилипала к какой-то массе, похожей на густое тесто. Старик снова махнул рукой, и Тамея упала на пол, но не ушиблась: колдовское «тесто» смягчило удар.
– Девочка! – В голосе старика послышался металл. – Я же сказал, что мне нужна помощь, а потому ты останешься здесь!
– Как бы не так! – бросила Тамея и снова попыталась высвободиться.
– Понимаю, что ты напугана, – смягчился колдун, – но не надо меня бояться. Я не причиню тебе вреда. Я и мой господин попали в беду. Мы просто нуждаемся в твоей помощи!
В голосе старика не было угрозы, а без плаща, в простой черной рубахе, выпущенной поверх черных штанов, он стал похож на обычного пахаря. И Тамея, чуточку успокоенная его дружелюбным тоном и безобидным видом, подумала, что разумнее будет уступить.
– Отпусти меня! – тем не менее потребовала она.
– Обещай только, что не попытаешься снова убежать. – Колдун улыбнулся.
Тамея промолчала: этого еще не хватало!
Старик чуть слышно щелкнул пальцами, и путы растаяли, словно их и не было.
– Подойди, – попросил колдун, приблизившись к кровати.
Тамея выполнила просьбу, всем своим видом давая понять, что делает старику одолжение.
Колдун приподнял одеяло:
– Это мой господин и правитель Тмироса Бельдгорд. Он серьезно ранен.
Девушка посмотрела на могучее, беспомощно распластавшееся тело: голова запрокинута, веки сомкнуты, из судорожно вздымающейся груди вырываются протяжные хрипы. Повязка на животе насквозь пропиталась кровью. Это был тот самый красноглазый, который угрожал Тамее мечом.
– Он обязательно поправится, но я не могу находиться при нем неотлучно. Ты будешь ухаживать за моим правителем, готовить еду и прибирать жилище, – сказал старик.
– С какой это стати? – хмыкнула Тамея.
Ей было страшно перечить колдуну, но не могла же она безропотно сносить принуждение к тому, чего она делать не хотела! С другой стороны, Тамея понимала, что сопротивляться бесполезно. Нужно просто дождаться удобного момента и сбежать.
Старик, не обратив внимания на ее слова, отошел к печи и вернулся с чашкой, наполненной темно-серой пылью. Он передал чашку Тамее, а сам осторожно начал разматывать тряпки на животе раненого. Глазам девушки предстала страшная картина: длинная рана с почерневшими краями, из которой беспрестанно сочилась кровь. Красноглазый застонал, и Тамея невольно почувствовала к нему жалость.
– Я буду его держать, – сказал колдун, – а ты посыпай рану порошком. – Старик сделал движение, как будто солил кушанье. – Как бы он ни вырывался и что бы ни кричал, сыпь порошок на рану густо! Поняла?