Эзумрит

Некрасова Анна

Точно сквозь туман Тамея видела пленника, лежавшего поперек седла, с лицом скрытым под капюшоном. И второго пленника, гельхорца в белоснежных одеждах, сидевшего в седле со связанными руками. Бельдгорд, освобождая путь другим всадникам, проскакал вперед и не заметил Тамею. Показался всадник на гнедой лошади. Тамея не поверила своим глазам: в седле сидела Рохайда! Волосы опрятно зачесаны, лицо спокойное. За Рохайдой виднелась худенькая фигурка Пата.

Тамея оцепенела, не в силах пошевелиться, не в силах вымолвить слово. Не хватало воздуха,

глазам было горячо, во рту пересохло. Бельдгорд соскочил с коня, забросил поводья назад и, оглядевшись по сторонам, заметил Тамею. Она хотела крикнуть, но из горла вырвался лишь хриплый стон. Бельдгорд, оттесняя воинов, расталкивая лошадей, бросился к ней. Тамея, бледная как полотно, смотрела на него расширенными кроваво-красными глазами.

– Что с тобой?! – испуганно воскликнул Бельдгорд.

– Ты живой! – еле слышно прошептала Тамея, губы ее не слушались. – Я думала… я же чуть не умерла…

– Разве Трека тебе не сказала?

– Она сказала, что ты погиб… – вымолвила Тамея и опять едва не рухнула.

Бельдгорд подхватил ее, окинул беглым взглядом луг и с яростью крикнул:

– Трека!

Тмиросская девушка с вызывающей улыбкой подошла к ним.

– Ты почему не сказала Тамее, что я жив? – едва сдерживая гнев, прорычал Бельдгорд.

– А откуда я знала, что она Тамея? – ухмыльнулась Трека. – Все называли ее Эзумрит.

– Как ты могла, Трека?! – Бельдгорд был в бешенстве. – Мы же с детства были друзьями. Я же просил тебя, я доверял тебе!

– Друзьями? – взвилась Трека. – С детства я привыкала считать себя твоей невестой! А тут вдруг объявляется какая-то Тамея, и я должна уступить ей свое место?!

– Трека, между нами никогда не было любви!

– Да при чем здесь любовь? – закричала Трека. – Место правительницы Тмироса мое! Мне обещал его твой отец!

– Убирайся! – резко сказал Бельдгорд и повернулся к Треке спиной.

Тамея смотрела на него, и ее глаза наполнялись прозрачными слезами.

– Тамея, прости! – Бельдгорд обнял ее и крепко прижал к себе. – Я просил Треку, чтобы она шепнула тебе тихонько. Не думал, что она так поступит. Понимаешь, Эждриджа действительно предупредили о том, что я в городе. Чтобы поймать предателя, все должны были быть уверены в моей гибели. К сожалению, только Трека могла пробраться сквозь гельхорские заслоны. Прости, Тамея!

Уткнувшись ему в плечо, она разрыдалась. Розовые потоки заструились по бледным щекам, возвращая глазам Тамеи их прежний солнечно-оранжевый цвет. Отстраняясь на мгновение, она трогала руками его лицо, руки, боясь обнаружить, что это какая-то ошибка или наваждение.

– Я же говорил, что вернусь! Я же говорил! – взволнованно повторял Бельдгорд.

И как она могла поверить в его гибель?! Поверить сразу, безоговорочно. Почему сердце не подсказало ей, что любимый жив?

К ним подбежал взволнованный Оргорон:

– Бельдгорд, что все это значит? Объяснись немедленно!

Давер и Сетин стащили

с коня пленника в плаще. Давер откинул капюшон, и все увидели бледное, потухшее лицо Спрингрина. Колен и еще один воин сняли с лошади гельхорца. Ризон помог спуститься Рохайде.

– Здесь находится человек, который поможет нам многое прояснить! – громко сказал Бельдгорд.

Он подошел к гельхорцу. Те же белесые глаза, серая кожа.

– Это Эждридж, правитель Гельхора, – сказал Бельдгорд. – Оргорон, я обещал ему жизнь и свободу в обмен на откровенное признание.

В шатре в круг расселись Оргорон, советники, Бельдгорд, Тамея, Рохайда, Пат, военачальники и другие воины, должностей которых Тамея не знала. В центре посадили Эждриджа и Спрингрина. Гельхорец сидел свободно, колдуна, как прежде Рохайду, связали и до поры заткнули ему рот кляпом.

– Эждридж, слушаем тебя! – сказал Бельдгорд, когда все утихли.

Гельхорец поднял глаза и заговорил. Его голос оказался тонким и невыразительным, как и его лицо.

– В начале этого лета у меня в Гельхоре появился Спрингрин. Колдун пообещал помощь в завоевании Тмироса и Наллехи. У него был план: Спрингрин сеет в городе заразу, а когда вымирает половина населения, я вхожу с войском. В Тмиросе у нас все прошло, как и было задумано.

– Почему не вышло с Наллехой? – спросил Бельдгорд.

– Я ждал сигнала Спрингрина. – Эждридж смерил колдуна недобрым взглядом. – Но вместо этого однажды увидел на вашем берегу армию Наллехи, судя по всему, нетронутую никакой заразой. В тот же день Спрингрин появился у меня. Сказал, что вызвать эпидемию болезни не получилось, и предложил помощь иного рода.

– Какого именно? – спросил Оргорон.

– Он сообщил, что армия Наллехи, разрабатывая план сражения, рассчитывает в основном на природный щит из кустов. Колдун обещал уничтожить щит в последний момент и ударить в тыл войска Оргорона.

Советники и Оргорон коротко переглянулись. Бельдгорд на мгновение опустил голову.

– Отчего же ты, Спрингрин, не выполнил свое обещание? – жестко спросил он.

Тамея, все еще не веря в происходящее, смотрела, как старик горбился, завалившись на один бок.

– Выньте кляп у него изо рта! – приказал Оргорон.

– Это может быть опасно, – возразил Малон.

– Чтобы произнести заклинание, ему понадобится время. Я успею это предупредить, – уверенно сказала Рохайда.

Сетин подошел к пленнику и выполнил приказание Оргорона.

– Так почему же ты не сдержал обещание, данное Эждриджу? – повторил вопрос Оргорон.

Серые глаза колдуна метали молнии.

– Гельхорец лжет, чтобы выгородить своего настоящего пособника! Ее! – Спрингрин кивком указал на Рохайду.

– Если я пособница Эждриджа, как ты говоришь, – вмешалась колдунья, – то как же, по-твоему, я допустила, чтобы Гельхор оказался в столь плачевном положении?

– Откуда мне знать? – усмехнулся Спрингрин.