Фактор превосходства

Орлов Алекс

– Тс-с, – прошипел Джим, прикладывая палец к губам. Ему почудились отдаленные голоса. Он посмотрел на Тони, тот кивнул. Где-то в другом крыле кто-то в самом деле как будто разговаривал.

Напарники не ошиблись. Прокравшись мимо множества темных стеклянных дверей, за очередным поворотом они увидели распахнутую двустворчатую дверь, из которой в коридор лился поток яркого света.

Джим перевел дух, выравнивая дыхание. Это было оно, то самое помещение, которое они искали. Трудно было поверить, что после стольких

сбоев, ошибок и предательства они вышли на цель.

В том, что в этой комнате находится то самое бесценное изделие, Джим не сомневался. Интуиция привела его правильно.

– …ончательная накладка фаз при повторном проходе… – услышал Джим, крадясь вдоль стены.

– Думаешь?

– Ну ты сам посмотри…

В коридоре включился компрессор охладительной установки, и дальнейшие слова стали неразборчивы.

– Хватит болтать, за работу! Что я скажу Полсону, если завтра он не увидит результата по отрицательным частотам? – строго произнес кто-то, должно быть, руководитель смены. Подчиненные что-то залепетали в оправдание и замолчали.

– И двери закройте! – потребовал босс. Один из сотрудников уже взялся за ручку, но неожиданно чей-то грязный ботинок придержал дверь.

– Назад, – сказал Джим, наставляя оружие на инженера-геллиса.

– Ну что там, Роунт?! – спросил босс, однако, увидев перепачканного грязью Джима, все понял.

Это был стопроцентный дифт с тонкими породистыми чертами, собранными когда-то из человеческих генетических наборов.

«Кто первый придумал взять за основу людей – канкурты или дифты?» – подумал Джим.

Густые брови, пронзительный взгляд серых глаз. Теперь в них отражалась только тоска.

– Я думал, у нас еще есть время… – сказал он, ссутулившись и ни к кому не обращаясь. – Я думал, есть месяц или хотя бы пара недель…

– В-вы кто? – спросил второй инженер, судя по ошеломленному виду, сам поражаясь своей смелости.

– Стань в угол и держи руки перед собой, я не хочу стрелять без причины, – предупредил его Тони. Он показался геллисам особенно страшным.

– Нам нужны образцы процессора, – сказал Джим, обращаясь к дифту, но тот даже не пошевелился. Джим вышиб из-под него стул и, когда дифт упал, приставил к его лбу ствол.

– У нас мало времени, приятель! Где образцы?

Дифт молчал, и Джим ударил его в ухо. Тот потерял сознание.

– Не убивайте его, образцы в этом шкафу! – закричал один из геллисов, которых Тони старательно гипнотизировал.

– Молодец, – сказал Джим и, выхватив нож, взломал хлипкий замок одним движением. Затем, уже осторожнее, открыл пылезащитный пластиковый кожух.

То, что он увидел, потрясло его, хотя Джим давно готовился к встрече с водородным процессором. Над толстой пластиной непроводящего металла, в дрожащей голубоватой дымке висели шесть полупрозрачных квадратиков.

– Это они? – спросил Джим.

– Да,

сэр, только они частоту не держат, – пожаловался один из инженеров.

– Совсем?

– Нет, сэр, иногда держат, но результат нестабилен.

– Их можно брать руками? В смысле – они не растают?

– Не растают, сэр, но лучше воспользоваться…

Джим не дослушал. Он сунул нож за пояс, взял один из квадратиков, зачем-то подул на него и приложил к тому месту ниже локтя, где у них с Тони размещались их собственные процессоры.

– Думаешь надо? – спросил оказавшийся рядом Тони.

– Не знаю. Я взял и сделал, а зачем – не могу объяснить.

– Тогда я тоже. Присмотри за этими.

79

От группы быстрого реагирования поступил доклад: отступившее озеро открыло пять пещер. Три из них уходили вглубь и все еще оставались затоплены, четвертая была заполнена илом почти до половины, а та, из которой ушла вся вода, оказалась перегорожена бетонной стеной. Никаких следов на ней обнаружено не было.

Доклад от робота-пилота дискорамы звучал короче, но тоже не содержал никаких новостей.

Полковник Эйкер сидел за столом в застегнутом на все пуговицы мундире и не находил повода волноваться, однако мысль о погибших в едком гидро канкуртских диверсантах не давала ему покоя. А что, если они оказались кем-то вроде гидроскопов и, отсидевшись на дне озера, вскрыли шлюз? Ведь именно их полковник видел в своих смоделированных файлах.

С другой стороны, нарушений целостности стены нет, в этом полковник убедился сам. А если эти канкурты-гидроскопы и спустили воду, больше у них ничего не выйдет: Эйкер уже известил о случившемся бюро, и с утра они намеревались прочесать все округу.

Правда, гидроскопы могли пересидеть в пещерах с оставшейся водой, но туда можно бросить гранаты – весьма действенный способ.

Ну а если он все же проиграл… Полковник вздохнул, выдвинул нижний ящик стола и, убрав карты, вставил заветный ключ в гнездо. Индикатор замигал синей лампочкой, все было готово к ликвидации предприятия. Канкуртам не должно достаться ни кирпичика.

Звякнул звонок интеркома.

– Да, слушаю! – отозвался Эйкер.

– Это Лейцер, сэр! – в который раз за ночь представился дежурный по бюро.

– Я узнал вас, лейтенант. Какие новости?

– Похоже, все проясняется, сэр! Полиция задержала некоего Бязи, местного громилу, у которого постоянные проблемы с законом. Вечером в нетрезвом виде в заведении «Веселый плотник» он грозился спустить из озера воду. Он утверждал, что знает, как это сделать, поскольку работал на сооружении шлюзов! Судя по всему, он же обворовал и скобяной магазинчик, забрав оттуда инструменты, пригодные для вскрытия шлюза.

– Нам нужно его немедленно допросить, Лейцер.