Фальшивомонетчик
Шрифт:
Он выпустил колечком дым и с интересом наблюдал, как он поднимается к потолку.
— Но если бы эти вещи находились в руках друга Питера, то я был бы более спокоен, — продолжал сыщик.
— В таком случае, вы можете не горевать, — ответила Джейн.
— Вы избавили меня от больших хлопот, — сказал он и глубоко вздохнул. — Быть может, около семи часов мне придется снова говорить с вами и задавать вам всякие скучные вопросы. Но… могу я попросить у вас чашку чая?
Джейн вскочила и торопливо позвонила.
Бурк
— У меня слабость — помогать бедным: я часто дарю им ненужные мне вещи, и старую одежду. Если бы у вас была старая ненужная одежда, скажем смокинг и белье, то я нашел бы, куда их пристроить. Различные инструменты, вроде молотков тоже меня интересуют: я могу снабдить ими людей, которые учатся какому-нибудь ремеслу.
Пока он говорил, внимание его, казалось, было всецело поглощено чаем, в котором он ложечкой размешивал сахар.
— Представьте себе, миссис Клифтон, что у вас есть вещи, от которых вы желали бы избавиться… Ведь не можете же вы сжечь их так, чтобы это осталось незамеченным. Бросить их в реку было бы еще более рискованным. Вы видите, я хочу убедить вас последовать моему примеру и пожертвовать некоторые вещи в пользу бедных.
Джейн, наконец, пришла в себя и смогла ответить.
— Мне кажется, у вас эти вещи будут в наибольшей безопасности, — сказала она.
— Я рад, что вы так думаете, — заметил он. — Ведь когда Рупер придет с ордером на обыск, то он, вероятно, возьмет одежду для «своих» друзей…
Бурк поставил на стол чашку чая, в которой так старательно размешивал сахар.
— Вы когда-нибудь присутствовали при обыске, миссис Клифтон? — вдруг совершенно неожиданно спросил он, снова принимаясь за сигару, которую оставил на краю пепельницы.
Джейн удивленно посмотрела на него и покачала головой.
— Быть может, вам интересно было бы знать, как это происходит? — продолжал сыщик. — Давайте, сделаем репетицию.
— Неужели вы думаете, что они намереваются произвести обыск здесь, в этой квартире? — со страхом спросила Джейн.
Бурк кивнул.
— Сегодня? В какое же время?
— Мне думается, что около шести часов, — тихо проговорил Бурк. — Мне хотелось бы указать вам на то, что они будут искать. Конечно, совершенно неофициально.
Джейн вскочила на ноги.
— С какой же комнаты, вы думаете, они начнут обыск?
— С комнаты Питера, — не задумываясь, ответил Бурк. — Ведь у него есть рабочий кабинет, не так ли?
— Разве вы никогда не были в его рабочем кабинете? — удивленно спросила молодая женщина.
— Много раз, — улыбаясь, сказал сыщик. — Однако я теперь разыгрываю роль человека, который совершенно не знаком с расположением комнат. Не забудьте, что меня во время этого обыска зовут Рупером.
Рабочий кабинет Питера размещался наверху — его
Бурк остановился на пороге и бегло осмотрел ее.
— Вряд ли они станут обыскивать полки с книгами, — тихо проговорил он. — Что же касается письменного стола, то, по всей вероятности, он заперт, не так ли?
Он подошел к изящному столику «ампир» и выдвинул все четыре ящика. Они оказались незапертыми, и в них не было ничего, кроме письменных принадлежностей.
— В этой комнате, по-видимому, есть сейф? — заметил Бурк.
Он действительно вскоре нашел сейф, вделанный в стену, и, быстро справившись с секретным замком, открыл дверцу.
— Да, я знаю секрет этого замка, — сказал сыщик, заметив изумление молодой женщины. — Питер сам рассказал мне его.
Он тщательно осмотрел содержимое сейфа. В нем оказалось несколько туго набитых и запечатанных конвертов. Бурк вынул их один за другим, посмотрел на надписи, но не показал их Джейн. Затем снова запустил руку в сейф и воскликнул:
— Вот он!
Сыщик вытащил толстую тетрадь в красном сафьяновом переплете, на котором золотом были выгравированы цифры текущего года, и торжествующе посмотрел на молодую женщину.
— Скажу вам совершенно откровенно, что я — Рупер — искал именно эту тетрадь.
— Что же это за тетрадь? — удивленно спросила Джейн.
— Это дневник Питера.
Бурк не открывал тетрадь, а положил ее на стол и закрыл своей пухлой рукой.
— Вы хотите ознакомиться с содержанием? — спросил он.
— Я не знала, что Питер ведет дневник… Он никогда не говорил мне об этом…
И Джейн подумала о том, как мало она в сущности знает своего мужа.
Бурк раскрыл тетрадь и перевернул несколько чистых листов, прежде чем дошел до первой исписанной страницы. Это была четвертая страница дневника, и на ней написано было характерным почерком Питера:
«240 банкнот США 100. Все превосходные. Посланы в Балтимор».
— Что это значит? — спросила Джейн.
— Двести сорок банкнот Соединенных Штатов Америки по сто долларов, — ответил Бурк. — Они, согласно этой записи, были посланы одному из агентов.
У Джейн закружилась голова, и ей показалось, что она лишится чувств.
— Неужели это правда? — дрожащим голосом спросила она.
Сыщик с озабоченным видом нагнулся к ней.
— Не забудьте, что я — Рупер, — сказал он. — Через некоторое время я снова превращусь в Бурка.
Он перевернул еще несколько листов и снова остановился.
Здесь, как объяснил ей Бурк, шла речь о тысячефранковых швейцарских банкнотах. Запись была помечена третьим мая, и Бурк припомнил, что действительно в конце этого месяца появилось много поддельных швейцарских денег.