Фантастика 1985

Пронин Виктор Алексеевич

Он повернулся во вращающемся кресле к пульту управления и нажал клавишу внутреннего обзора. На экране возник сборочный цех. Глубоко в подземелье на конвейере рабочие собирали из унифицированных узлов “пчел”: крепили блок питания, две пары крыльев, магнитную спиральку записи. Готовое изделие - крохотная блестящая коробочка с крыльями, похожая на пчелу, - взлетало и удалялось по воздуху в особую ловушку. На экране промелькнуло изображение полигона с кольцами трасс испытуемых “пчел”. В акустической камере лаборанты в белых халатах проверяли способность “пчел” вести запись на различных скоростях полета. В звукоизолирующих

обоймах кассеты с “пчелами” поднимались лифтами в командный центр. В заданное время очередной рой вспархивал и кружился у головы статуи и, получив командный импульс, устремлялся в город.

Каждая серия летала по намеченной улице, аллее парка, фиксируя речи прохожих, их реплики, возгласы, диалоги; отдельные “пчелы” внедрялись в комнаты, в кабинеты, в салоны дворцов, в квартиры, в залы ресторанов, вокзалов, фиксируя голоса. Обработка электронно-вычислительными машинами массива информации сотен тысяч “пчел” позволяла властям прогнозировать настроения жителей огромного города и принимать превентивные меры.

На экране показался приемный туннель. Вернувшаяся со “взятком” очередная серия “пчел”, пройдя шлюзовую камеру, планируя, медленно плыла в токе сжатого воздуха мимо звукоснимающих устройств. Затем они проходили “магнитный Душ” и по вертикальной шахте снова возвращались в командный центр.

– Странно, - задумчиво проговорил шеф, глядя на погасший экран, и повернулся к капитану.
– Если мы отправим сводку и укажем в ней, что индекс общественного спокойствия равен единице, то есть отклонения общественного мнения от нормы равны нулю, - и это в нашем-то городе!
– то это возмутит сенат. Они направят к нам комиссию для проверки, заодно и части национальной гвардии.
– Шеф взволнован заходил по кабинету.

– Шеф!
– Капитан вытянулся.
– Мы выпустили серию игрушек “колибри”. Если “пчелы” проходят меридиональныe трассы и возвращаются по пеленгу, то “колибри”, как вы знаeте, были предназначены для свободного полета в любом направлении и возвращаются самостоятельно. Они собирали весьма ценную случайную информацию. Эти летающие магнитoфоны имеют элементы самоорганизации.

– Ну так в чем повинны “колибри”?
– буркнул шеф, останавливаясь напротив подчиненного.
– Я не хуже вас знавд общие места кибернетики. Вы полагаете, что “пчелы” и “колибри” сбивают друг друга с истинного пути? Мы можем навлечь на себя гнев начальства, если усомнимся в ценности “колибри”. Они были присланы безо всяких оговорок!

– Вы меня не поняли, шеф!
– воскликнул капитан.
– Я не хочу расследований сенатской комиссии, но “колибри” мешают “пчелкам”…

– Доложите о ваших сомнениях, - шепотом произнес шеф, озираясь по сторонам.

– Я полагаю, - тихо начал капитан, - кто-то сбивает наших пташек с истинного пути. Некоторые из них допускают в полете странные отклонения, избыточную самостоятельность, Возможно вмешательство в их электронные схемы извне. Чтобы исключить подозрения, надо было бы препарировать сотни, а то и тысячи “колибри” и обработать результаты на электронно-вычислительных машинах. Но это дорого!

– Ничего! Мы все оплатим! Введите жесткий режим “магнитного душа”, повысьте напряженность полей для “колибри” и оставьте контрольную серию и обычные процедуры для нее, Придется разделить “колибри” и “пчел”. Не мешает нам посоветоваться

с руководителем проекта “колибри”, не посвящая его разумеется, в существо наших затруднений, а просто noд предлогом выяснения потенциальных возможностей этих чертою вых пташек.

Когда дверь за капитаном закрылась, шеф нажал клавиш на селекторе, вызывая службу безопасности Интегратора.

– Слушаю, шеф, - раздался настороженный голос.

Начальник Интегратора помедлил, почесал затылок и, накoнец, бросил в микрофон:

– Ставлю перед вами две задачи, полковник. Свяжитесь городским управлением полиции и с их помощью установит контроль напряженности магнитных и электрических полей всей трассе возвращения. Согласуйте все детали с командным пунктом Интегратора. Перепроверьте самым скрупулезным oбразом личные дела наших сотрудников, особенно капитана сона.

– Слушаюсь, шеф!

– Возлагаю большие надежды на результаты ваших усилий, - не без угрозы в голосе закончил он.

Освободившись от забот, шеф повернулся к окну. Металлические шторы взлетали вверх, открывая великолепную панораму. Огромный город окружал вознесшуюся в небо статую, между зданиями, как в ущелье, текла река автомобилей, и, словно лягушечья икра, прижатая к берегу волнами и ветром, едва заметно двигались толпы людей. Шеф чувствовал себя властителем душ безымянных, копошившихся внизу и не подозревавших ни о чем прохожих. Каждый человек был для него не существом со своей судьбой, своими надеждами и страхами, со своей волей и разумом, а только источником опасной информации, пищей для прожорливых электронных чудовищ, день и ночь в залитых ослепительным светом подземных залах перемалывающих суждения людей, их мысли и поступки.

Понаблюдав за эволюциями роя “колибри” и “пчел”, шеф собрался было закрывать шторы, как вдруг ему показалось, что одна “колибри” спикировала на “пчелу” и таранила ее.

Та не сумела уклониться, но, оправившись, снова полетела.

Шеф уперся лбом в гибко поддавшееся стекло, потом кинулся за биноклем и долго стоял у окна, пока у него не начали слезиться глаза. Но его летучие подопечные вели себя вполне послушно. Совершали облет статуи и затем сериями уходили в город. Шеф пожал плечами и отошел от окна:

– Вот чертовщина!
– В голосе его явно не было уверенности.

Франсуа изучающе оглядел сосредоточенные нахмуренные лица членов Комитета действия и, пренебрегая признаками несогласия и нетерпения, спокойно сказал:

– Наша затея с магнитными ловушками, несмотря на ее остроумие, обречена. Вы снимаете запись с возвращающихся “пчел”, и это удается вам только потому, что они всегда возвращаются по одной трассе. А если трасс возвращения будет несколько и они будут периодически менять свое направление? Если установят контроль напряженности полей?

– Тогда что-нибудь придумаем!
– упрямо возразила новенькая девушка.

– У Кэтрин несокрушимая логика!
– шутливо воскликнул Ларсен. Приунывшие было члены Комитета оживились.

А Франсуа смотрел в глаза девушки, восхищаясь затаенной в них застенчивостью и волей. Легкие пепельные волосы, словно облачком, парили над чистым лбом. Франсуа сказал:

– Надо менять свою тактику своевременно, не дожидаясь подсказки противника, опережая его. Если мы не можем управлять событиями, то должны направлять их.