Фантом

Вьюн

— Откуда... — вытаращился я на старуху.

Мне казалось, что это дурацкое прозвище умерло вместе со мной.

— Я старая, кости мои стары. Я была там, наблюдала и записывала, Архидемон впервые спустился на землю нашего мира. Это должно было стать довольно кровавым событием, но затем явился ты. В свете лампады ты УЖЕ один раз изменил мир.

— Так ты знала, кто я такой, — внимательно посмотрев на Ягу.

— Догадывалась, — улыбнулась она. — Но ты сейчас подтвердил.

Злиться на старую каргу у меня уже не оставалось сил. Она умело подвела меня к этому моменту. Все же этот древний экспонат,

неизвестно сколько уже коптит этот мир своим присутствием. На фоне ее — я, наверное, выгляжу как мальчишка.

— Если ты теперь знаешь обо мне, то скажи, я должно быть выгляжу глупо? Борюсь с ветряными мельницами, пытаюсь спасать людей, хотя никто меня не просил...

Яга поднялась со стула, подойдя ближе, она положила руку мне на плечо.

— Не расстраивайся, люди продолжат умирать и без твоего вмешательства. Спасти всех невозможно. Сейчас тебе плохо, но ты со временем поймешь, что в моих словах есть мудрость. Как выйдешь отсюда, тебе полегчает, я добавила в чай успокоительного, — оскалилась она. — И главное, не верь всякой ерунде насчет фатума. Ты уже изменил один раз будущее, справишься и во второй раз...

Благодарно кивнув, я поднялся со стула. Похоже пришло время в очередной раз обмануть суку судьбу.

Проводив Хоруса взглядом, старуха грустно произнесла:

— Как же он на меня похож в былые дни, — сгорбившись под грузом прожитых лет, она тихо проворчала: — Натворит же дел шельмец, прям как я в его годы...

Часть вторая. Глава 24

Глава двадцать четвертая. Поиск союзников.

Перемещаясь по крышам, я буквально ощущал, как начался обратный отсчет. Время утекало сквозь пальцы, уже этим вечером все решится. Смогу ли я спасти сотни тысяч людей, возможно, даже миллионы? Или же я погибну в катакомбах под городом пытаясь. На удивление я не испытывал страха.

У меня уже не оставалось времени на метания и сомнения. Я точно знаю, что должен сегодня совершить. Нужно убить первого заразившегося, избавить город от заразы. А для этого мне потребуются союзники. Орден святой Гидры пока слишком слаб, а потому придется искать помощи со стороны.

Именно поэтому первым делом я направился в лечебницу святой Агнессы, где расположился граф. Раз он так отчаянно желает найти первого заразившегося, то я преподнесу ему сегодня подарок, ему останется лишь спуститься за ним в катакомбы...

Честно говоря, я все еще подумываю над тем, чтобы спуститься туда одному, мне будет так проще, но в чем-то старуха права. В данном случае я не имею права на ошибку! Ошибка будет СЛИШКОМ дорого стоить.

Если же мне повезет, и я не умру сегодня, то у меня образуется еще одно «небольшое» дельце, а именно найти тех мразей, что все это устроили, и поговорить с ними по душам. Только от этих мыслей мои кулаки сами собой сжимались. Это будет сделать еще сложней, но вода камень точит.

— Они еще заплатят... — даю себе обещание.

Приблизившись к самой лечебнице, я заметил, что обстановка вокруг разительно изменилась, оцепление из военных исчезло. Больницу больше не охраняли, словно

она перестала иметь значение. Подобные перемены мне совсем не понравились.

Приглядевшись, я заметил, что само здание скрыто от чужих взглядов с помощью магии, но благодаря силе стука я сумел увидеть сквозь защиту. Похоже недавно здесь провели обряд сокрытия, я слышал о чем-то подобном.

На самом деле обряды довольно могущественная вещь. Сочетая силы разных путей, можно добиться довольно любопытных результатов. Еще в армии я видел, как их использовали потомственные маги, чтобы отвести глаза от какой-то области или зачаровать блиндаж от попадания снарядов.

Для проведения подобных обрядов требуется адепт нужного пути, магические артефакты с нужной тайной, а также магические материалы, которые можно заполучить лишь в Обители.

Поговаривали, что дворяне для некоторых ритуалов использовали пленных турок. Сам я с таким не сталкивался, но память Архидемона услужливо подсказывала парочку способов с помощью жертвы человека призвать демона. Демонология, насколько мне известно, считается запретной наукой, поскольку маги данного пути черпают свои силы не из Обители.

— Что же здесь произошло? — задумчиво произношу, осматривая здание в поисках ответов.

По всему выходило, что здание запечатали, словно оно представляет опасность. Имеет ли вообще смысл соваться внутрь?

— Если графа заразили, и он сейчас бродит по запечатанной больнице, то у меня все еще сохранилось противоядие против червей, — задумчиво произношу.

Прикинув все плюсы и минусы, я все же решил заглянуть. Нужно разобраться, что здесь произошло.

Спрыгнув с крыши вниз, я неторопливо направился в сторону лечебницы. Чем ближе я подходил, тем больше мне хотелось развернуться назад. Лишь благодаря мистическим истинам, я смог противостоять данному желанию. Стук. Мои глаза на мгновение запульсировали, после чего я перестал ощущать на себе давление от чужой магии.

Забравшись через окно в один из кабинетов, я услышал в коридоре шаги. Здесь кто-то остался или... Осторожно выглянув в коридор, я увидел бродящих по лечебнице червивых. Чего-то подобного я и ожидал, ведь не зря же это место запечатали и покинули. Достав свой демонический меч, не став даже пытаться спрятаться, я вышел в коридор. Нужно зачистить лечебницу от зараженных.

Первому червивому, я снес голову мечом, после чего призвав силу лампады, я буквально выжег всех зараженных, что бродили по коридору. Расправившись с толпой, одиночные зараженные уже не представляли для меня особой угрозы.

Зачистив четвертый этаж, я замер над одним из трупов. Сила зимы потрескивала в моих костях, сохраняя память и морозя мою плоть, что была полна силы лампады. Эти пути, будто тянулись друг к другу, не в силах даже коснуться. Они мне напоминали два полюса магнита.

Потянувшись к стуже в костях, кладу руку на голову покойнику:

— Покажи мне память этих костей... — тихо произношу.

Чтобы разобраться, что здесь произошло, я использовал силу зимы, решив посмотреть, какую память хранят в себе кости зараженных. Пропустив большую часть жизни убитого мной, который при жизни был чистильщиком обуви, я просмотрел лишь последние часы.