Фантомы
Шрифт:
Члены Политбюро, увлеченные, как и Гельдер, листали страницы отчетов, в то время как сменялись слайды.
— Товарищи, напомню, шведы утверждают, что в их распоряжении имеется восемьсот тысяч резервных войск, которые могут быть мобилизованы в течение тридцати шести часов. Постоянная же численность войск составляет менее десяти процентов от вышеназванной, и среди наших первоочередных целей будут взаимодействие с основными силами, чтобы не допустить их мобилизации; и вторые — те, кто отвечает за организацию, вооружение и амуницию; они будут изолированы. По стране разбросаны сотни складов с оружием, местоположение которых показано на правом экране. Восемьдесят один процент их будет безопасен для нас сразу же или в течение первых двенадцати часов после
В темноте раздался чей-то голос:
— Каким образом вам удалось получить столь подробный план шведской оборонительной системы?
— Товарищи, — ответил Майоров. — Теперь я могу открыть то, что до настоящего момента было известно лишь очень немногим: с некоторых пор у нас в шведском правительстве на высоком посту есть свой агент. Кличка его Тюлень, и он смог нас обеспечить практически полными планами обороны этой страны. И на этих планах, которые вы видите на экранах перед собой, указано расположение каждой береговой точки укрепления, каждого резервного склада с оружием, каждой радиостанции чрезвычайного вещания, каждого самолета, танка, каждой реактивной установки и каждого хранилища горючего по всей стране. Еще ни один захватчик в истории современных военных действий не был так хорошо информирован.
В комнате стояла полная тишина.
— Как я сказал ранее, — продолжал Майоров, — к часу ноль в Швеции уже будет находиться около восьмидесяти двух сотен ударных войск СПЕЦНАЗа, которые будут десантированы ночью, а также внедрены такими путями, как коммерческие авиарейсы и паромы Хельсинки-Стокгольм. Через двадцать четыре часа после часа ноль мы ожидаем, что в этой стране будет сто восемнадцать тысяч войск. Основным же средством доставки будет наш новый флот «ВИГов», летающих по принципу «полет-у-земли». Рад сообщить вам, что в нашем распоряжении уже двадцать два этих великолепных транспортных перевозчика, способных каждый перенести пять сотен войск с наших баз на западе Балтики над морем менее, чем за полчаса полетного времени вдоль воздушных коридоров, неуязвимых для авиации, ракет класса «вода-воздух» и береговых огневых точек. Они приземлятся на аэродромах и на автомагистралях, предварительно захваченных нашими передовыми командами, поддержанными десантом, высаженным из транспортных субмарин.
— А что будет предпринято в случае потерь? — спросил еще кто-то.
— Поскольку мы предполагаем действовать в условиях полной неожиданности, то ожидается невысокий уровень потерь. Однако, даже если допустить худший случай, и потери составят двадцать процентов личного состава каждого подразделения, то и тогда в течение двадцати четырех часов после часа ноль мы ожидаем захвата восьмидесяти четырех процентов намеченных первоначально целей. Ну а за это время десантные войска на обычных самолетах уже приземлятся на захваченных шведских аэродромах.
В течение следующего часа Майоров излагал выкладки по передвижениям войск, снабжению, связи и прочим тыловым проблемам. Затем по его сигналу подняли шторы, и комнату вновь залил солнечный свет.
— Товарищи, — сказал Майоров, — вы были очень терпеливы, и у меня остался только один аспект нашего плана вкратце, на котором я и хотел бы закончить доклад. Наша усиленная учебная, ориентированная на Швецию, программа в университетах и тренировочных центрах КГБ дала нам твердый костяк из двенадцати сотен бегло говорящих по-шведски мужчин и женщин, которых также интенсивно готовили к работе в шведской административной системе как на национальном, так и муниципальном уровнях. Через те двадцать четыре часа, в течение которых укрепятся наши военные позиции там, советские администраторы уже будут наблюдать за работой наиболее важных правительственных служб и национализированных отраслей промышленности. Советские редакторы будут определять содержание программ радио и телевидения так же, как национальных и местных газет и журналов. При таком контроле наш план легко осуществим, поскольку шведы и сами хорошие администраторы. И редакторское вмешательство
Мы предполагаем уменьшить количество международных рейсов в Швецию и из Швеции в течение семи дней после захвата контроля, хотя многим шведам, особенно связанным с внешней торговлей, будет разрешено путешествовать так же, как и раньше. Мы верим, что разумная свобода путешествий большого количества шведских граждан уменьшит страхи перед властью, и мы намерены поощрять иностранные инвестиции в эту страну. Впрочем, не стоит сейчас вдаваться в детали. Завтра мы устраиваем полномасштабную презентацию для КГБ нашей организации шведской жизни после вторжения. Я полагаю, вы будете очарованы открывающимися перспективами. И если нет вопросов...?
— Виктор Сергеевич, — произнес голос, и по движению всех голов и тел, Гельдер понял, что это председательствующий, — мы выслушали ваше мнение об оценке потерь в случае самого плохого расклада; но о таком случае не может быть и речи. Наша позиция по вопросу проведения данной операции была достаточно ясной уже в самом начале ее планирования, еще когда нами руководил наш дорогой Юрий Андропов, а именно: если операция не может проводиться в условиях абсолютной неожиданности и невозможности мобилизации по приказу шведского правительства, то ее не стоит проводить совсем. Мы тщательно рассмотрели политические последствия данного дела, они глобальны, даже в случае самого благополучного успеха. Ну а если же шведы объявят тревогу хотя бы за несколько минут до начала данной операции, и если они отдадут широкомасштабный мобилизационный приказ, то мы немедленно столкнемся с перспективой отчаянного и кровавого сопротивления, и с губительным для нас мнением мирового сообщества. Я не желаю заводить Советское государство в такое унизительное положение, и я говорю вам еще раз, в присутствии всех товарищей, что окончательный приказ на вторжение исходит только от меня, и только в том случае, когда я буду полностью уверен, что мы выступаем в условиях абсолютной тайны и неожиданности. Это достаточно понятно?
— Это совершенно понятно, товарищ председательствующий, — сказал Майоров значительно скромнее. — Ну а теперь, прежде чем прервать наше совещание, я хотел бы представить вам советского морского офицера, который только что вернулся из чрезвычайно важного подводного задания в водах Швеции, о чем вы, несомненно, уже читали в сегодняшних разведывательных отчетах. Товарищи, позвольте вам представить капитана второго ранга Яна Гельдера.
Гельдер встал, застыв по стойке смирно. К его изумлению, все присутствовавшие на совещании тоже встали и зааплодировали ему. Отхлопай, они продолжали стоять, и заговорил председательствующий.
— Капитан, — сказал он важно, — от лица моих коллег по партии я хотел бы выразить вам глубокую признательность всего советского народа за ваши героические действия. Я знаю, что вы, как и мы, опечалены потерей вашего товарища, офицера, капитан-лейтенанта Соколовой, но я заверяю вас, что в более подходящее время она получит общественное признание наших людей.
— Спасибо, товарищ председатель, — смог выговорить Гельдер.
Мужчины гуськом вслед за председателем стали покидать комнату, а Майоров пригласил Гельдера подождать в приемной.
— Теперь, Гельдер, возвращайтесь в Малибу тем же автомобилем и самолетом, которые доставили вас сюда. Отдыхайте. Я вернусь через пару дней, и мы обсудим ваше дальнейшее участие в этом предприятии. И могу вам обещать, что вы еще только на заре славы. И еще настоятельно рекомендую вам ни с кем не обсуждать ни вашу шведскую миссию, ни сегодняшнее совещание.
Он пожал руку Гельдеру, а затем вернулся в конференц-зал.
По дороге в аэропорт Гельдер внимательно рассматривал кожаную обивку и прекрасное внутреннее оборудование «ЗиЛа». Он любил автомобили, хотя у самого машины никогда не было. До Лиепаи он спал беспокойно.