Фаргал. Трон императора
Шрифт:
— Ударим? — спросил жадно смотревший на движущихся врагов Дарзар, тысячник Алых.
— Далеко. — Царь покачал головой. — Шотар! Передай тысячникам Черных: пусть спускаются вниз и занимают оборону на нашем берегу ручья. А лучники пусть прикроют их с флангов!
Солдаты противника, развернувшись в три линии, выдерживая строй, спускались вниз. Медленно.
Через некоторое время Фаргал увидел, как его собственная пехота, Черные, сходят в долину и занимают указанную царем позицию. Прошло еще минут десять. Враг сближаться не спешил. Похоже, ожидал, чтобы Черные сами выступили им навстречу.
— Они
— Я ударю? — еще раз предложил нетерпеливый Дарзар. — Алые размажут их, как сопли! У этого ручья твердое песчаное дно, а в траве — никаких сюрпризов! Мои ребята проверили!
— Достаточно одной травы! — сказал Фаргал. — Погоди, у тебя будет возможность развлечься!
Две линии стояли в четверти мили друг от друга. Выжидали.
— Их — тысячи две! — оценил Люг. — Против четырех наших!
— Мескес? — не оборачиваясь спросил царь.
— Ничего, государь! — отозвался маг. — От самой крепости несет так, что держись! Но солдаты — только солдаты. И то, что ты видишь, вполне реально. Так что, если захочешь атаковать, мы…
— Поберегите силу для более важных дел! — сказал Фаргал.
— Ну наконец! — воскликнул сокт.
Из ворот крепости вылетели стремительные ремийские всадники и понеслись вниз по склону холма на ряды Черных.
— Ударят справа! — определил Люг. — Кто хочет пари?
— Ясней ясного! — проворчал Шотар.
Пестрая лавина, ощетинившаяся пиками, выплеснулась в долину и с разбега врезалась в правый фланг Черных. Часть всадников взяла еще правее, но там начинался склон и атаковать было трудно. Да и лучники не бездельничали.
Но основной удар пришелся точно в центр правого фланга.
До стоявших на вершине донеслись вопли, лязг, грохот, истошное ржание коней: музыка битвы.
Черные выдержали. Всадники откатились назад. И пешие солдаты пришли в движение.
— Андасан! — воскликнул Фаргал, увидев поднятые стяги с Черной Рукой, Сжимающей Меч.
Пехота бегом перебралась через ручей и, перестроившись, ударила в правый фланг и центр Черных. И одновременно кавалерия снова обрушилась на правый фланг.
— Перебросить… — начал было Фаргал.
Но командиры Черных уже сами разобрались, и царь увидел, как в задних рядах его воинов возникло движение.
Около пятисот солдат пехотного резерва спешили на правый фланг.
Некоторое время ни одна из сторон не имела явного успеха. Военачальники Фаргала, да и сам царь то и дело хватались за рукояти мечей. Каждый из них охотно обнажил бы клинок, чтоб лично поучаствовать в сече. Тысяча Алых, расположившаяся за гребнем холма, испытывала нечто похожее. Их боевые кони прядали ушами, слыша знакомые звуки.
Только царские маги спокойно взирали на происходящее внизу. Царские маги да Бехер, все мысли которого вот уже два года были сосредоточены на безопасности императора. Чудовищно трудная задача, учитывая характер Владыки Карнагрии.
Между тем положение внизу начало меняться.
Центр и левый фланг стояли крепко. Черные доказали, что ничем не уступают новым солдатам своего бывшего военачальника. А вот правый фланг, который атаковали неистовые всадники Реми, пошатнулся.
Фаргал с беспокойством
— Они крепко бьются! — одобрительно произнес вождь соктов. — Не хуже твоих!
Фаргал невольно оглянулся назад. Его резерв, ровные ряды Алых. Дай он знак — и закованная в броню тысяча устремится вниз, сметая любое сопротивление.
— Они атакуют, как варвары! — пренебрежительно ответил сокту Дарзар. — Безумцы!
Фаргал промолчал. Он, не отрываясь, глядел, как рушится его правый фланг. В некоторых местах ремийцы прорезали его почти насквозь. Еще немного — и оборона будет разорвана, лучшие из солдат — окружены и сбиты в бесформенное стадо, а те, кто, поддавшись страху, обратится в бегство, найдут еще более быструю смерть. Ничто так не мило всадникам, как погонять удирающую пехоту убийственными взмахами мечей.
Но пока Черные еще держались. Их командиры умело перебрасывали солдат, укрепляя ослабевшие участки. Не зря Фаргал после бунта Андасана поставил над Черными не самых лихих и любимых солдатами рубак, а самых умных и жестоких.
Все же долго правому флангу не простоять.
Ворота крепости были по-прежнему распахнуты. Кто знает, что выплеснут они, когда царь бросит в бой лучшую часть своей армии?
Да, Черные отступали, но это было еще не бегство. И успех недешево обошелся ремийцам.
Люг взглянул на царя и без труда угадал его колебания.
Он улыбнулся и сжал коленями бока своего жеребца.
Конь вождя взвился на дыбы и рванулся вперед.
— Я подниму их, мой царь! — крикнул сокт.
Всадники охраны шарахнулись в стороны. Фаргал не успел и слова сказать, как между ним и соктом уже было приличное расстояние.
Царь посмотрел вслед скачущему вниз Люгу и выругался.
— Шотар! — рявкнул он. — За ним!
Капитан, будто ожидая подобного, сорвался с места и стрелой полетел вслед за соктом. Оба всадника, быстро превратившись в игрушечные фигурки, пересекли зеленый склон и достигли тылов пешего войска Фаргала. Царский штандарт — Коронованный Лев Карнагрии на золотом фоне, прикрепленный к задней луке седла Шотара, — солнечной искрой сверкнул в рядах Черных. И еще ярче горели алые латы капитана между черных доспехов пехоты. Люг был не столь заметен, но там, где появился сокт, отступление прекратилось.
Фаргал видел, как подтягиваются, восстанавливаются ряды пехотинцев. И увидел, как, взвившись на дыбы, конь Шотара рухнул, увлекая за собой всадника. Но через минуту алый плюмаж снова возник между черных шлемов — капитан продолжал сражаться.
Когда под Шотаром убили коня, Люг понял: лучше и ему спешиться. Одинокий всадник слишком уязвим для вражеских лучников.
— Фар-гал! — заревел сокт.
И голос его, на миг перекрыв грохот битвы, вселил мужество в сердца воинов.
Люг соскочил на землю, едва не сбив с ног одного из Черных, и тут же вогнал меч в ногу налетевшего ремийца.