Фарландер
Шрифт:
Только тогда люди осознали, что спасены и что худшее позади. Нет, они не стали кричать, как герои в уличных постановках. Наоборот. По мере того как расстояние между «Фальконом» и стервятниками возрастало, на палубах воцарялась гробовая тишина.
— Надеюсь, ты не думаешь, что оказал мне услугу и я снова у тебя в долгу, — бросил через плечо Тренч.
Старик рошун не ответил.
Нико огляделся. Со всех сторон доносились крики раненых, некоторым из которых было не суждено дожить до рассвета.
«Я слишком молод для всего этого», — с отрезвляющей ясностью понял он.
Глава 7
СОВЕЩАНИЕ
Нам
Фрадес, занимавший должность министра судостроения, искоса взглянул на сына, сидевшего тут же, за овальным столом зала заседаний. Напудренные добела лица большинства присутствующих указывали на их принадлежность к высшему сословию, мичинам, хотя встречались и достойные внимания исключения. В последнее время Фрадес не мог говорить много громко — как утверждали некоторые, из-за рака горла, — а потому, наклонившись к сыну, молодое, свежее и загорелое лицо которого поразительно контрастировало с сухим, сморщенным и бледным даже без грима — в последнее время эта тенденция крепла среди нового поколения — лицом отца. Внимательно и почтительно выслушав последнего, молодой человек откашлялся и поднялся из-за стола.
— Мы понимаем ситуацию, первый министр, и вы должны знать, что мы, как никто другой, готовы посвятить себя решению этой задачи. Все ресурсы, какие только возможно было отвлечь от других проектов, брошены на ускорение решения главной проблемы — завершения строительства кораблей. Мы даже отдали на сие благородное дело — в частности, на организацию импорта сырья — часть семейного капитала. Мне больно об этом говорить, но должен признаться, что в данный момент сделать больше мы не в состоянии. Чтобы спустить на воду заложенные на верфях Аль-Хоса торговые корабли, потребуется еще месяц. Пока будем рассчитывать на частных перевозчиков, которые и закрывают слабые места. А народу, боюсь, придется потуже затянуть пояса.
У кого-то в зале заурчал желудок, и некоторые из присутствующих повернулись на звук.
Первый министр Чонас не принадлежал, однако, к числу тех, кого легко сбить с толку или убедить сдаться без борьбы.
— Что ответили на наши запросы в Пинчо? — спросил он, имея в виду верховный орган власти Миноса.
— Там тоже стараются вовсю, но планы сильно нарушили весенние штормы. Ждать новых кораблей можно не раньше начала осени.
— Хорошо хотя бы то, — заметил министр Мемес, — что к зиме нам удастся довести до приемлемого уровня продовольственные резервы. — В большом зале заседаний голос богатого торговца прозвучал напряженно. Мемес прекрасно понимал, как относятся к нему, человеку огромного богатства и политического влияния, выходцу из низших слоев — еще один знак наступающих перемен, — остальные участники совещания.
— Нам такое говорить легко, — возразил первый министр Чонас. — Никто из присутствующих здесь особых лишений, похоже, не испытывает. — Впрочем, сам Чонас примером сытости и здоровья служить не мог. Предвидя возможные возмущения и протесты, он поднял руку и, призвав собрание к молчанию, бесстрастно продолжил: — Нет, они правы, что занимаются в первую очередь своими флотами. И уж лучше затянуть потуже пояса, — Чонас оглядел комнату из-под нахмуренных кустистых бровей, — чем лишиться нашего естественного
— Генерал Крид, что у вас? Есть предложение?
В пустом животе у Бана опять заурчало. Он отвел взгляд от заставленного вкусностями стола у главного входа в зал, подтянулся и посмотрел на генерала. Они сидели вместе в конце стола — лицом к другим участникам совещания, за спиной которых сияли золотом огромные окна южной галереи. Генерал не только не ответил на обращенный непосредственно к нему вопрос, но даже и не пошевелился.
Скосив глаза на старого воина, Бан увидел, что генерал Крид, Хранитель Хоса, смотрит через окно на залив Бурь. С того места, где они сидели, была видна только голубая вода залива. Невидимыми оставались и скалы, на которых стояло здание Конгресса, и тем более трущобы Шоалса, растянувшиеся у подножия скал и регулярно подтопляемые во время сильных приливов. Сегодня открывавшаяся из окна картина радовала глаз: воздух был особенно чист и прозрачен, и объекты казались ближе, чем на самом деле. Воды залива рассекала эскадра военных трехмачтовиков под хосским флагом. Корабли находились вне зоны досягаемости тяжелых орудий противника, закрепившихся на дальнем берегу. Красно-бурые холмы выглядели в лучах солнца бледными, с серыми пятнышками фортификационных укреплений. Наиболее плотно эти пятнышки группировались вокруг грязной кляксы, бывшей патианским городом Номарлом, в бухте которого до сих пор лежали останки маннианского флота, сожженного три года назад в результате дерзкого рейда хосов. Тот рейд был их последней наступательной операцией, увенчавшейся значительным успехом.
Генерал Крид смотрел на далекую крепость так, словно уже был готов улететь туда вслед за мыслями.
Опять ушел в свои мечты, вздохнул про себя Бан и осторожно наступил генералу на ногу.
— Да, первый министр, — спокойно, словно все это время внимательно следил за ходом дискуссии, сказал генерал и, отодвинув стул, поднялся. Отполированные латы вспыхнули, отражая солнечные лучи. Опершись ладонями на гладкий тиковый стол, он обвел министров тяжелым взглядом и нахмурился, как будто остался недоволен увиденным. — Предлагаю вернуться к вопросу о береговых укреплениях. И делайте что хотите, господа, но я намерен решить этот вопрос сегодня, здесь, до конца дня.
— Генерал, мы уже обсуждали это много раз. Все понимают, что гарнизоны восточных фортов недоукомплектованы. Но что, по-вашему, мы можем с этим поделать?
— Во-первых, первый министр, гарнизоны не недоукомплектованы, как любят выражаться на этом совете. Они просто не укомплектованы. Я считаю, что служащих там достаточно для их обслуживания, но совершенно недостаточно для сколь-либо серьезного сопротивления. У них там мало пороху и мало пушек, потому что все брошено на оборону Бар-Хоса и южной береговой линии. При внезапном нападении с востока ответить будет нечем.
— Да, но только при условии, что такое нападение вообще возможно. До сих пор наш третий флот надежно прикрывал восточное направление. Будем молиться за то, чтобы такое положение сохранилось и далее.
Крид лишь махнул рукой:
— Третий флот патрулирует огромную территорию. До сих пор нам везло, не более того. Теперь, когда восстание в Лагосе подавлено, маннианцы получили в свое распоряжение базу для нападения на нас. Мы больше не можем полагаться на флот. Нужно обязательно укрепить береговые форты. Первый министр Чонас — философ в той же степени, что и политик, — отнесся к требованию старого вояки и, между прочим, своего давнего друга и оппонента с обычным добродушием.