Файтин!
Шрифт:
— Понятно, — говорит Чон Хан.
— Где это девчонка? — недовольно спрашивает Чжу Вон о Юн Ми, меня тему разговора.
— Хён, ну ты же сам разрешил ей еще одну серию.
— Да уж давно можно было закончить. Или она там стреляет один раз в минуту?
— Она упорная, — говори Чон Хан, имея в виду Юн Ми.
— Скорее вредная, — слегка кривится в ответ Чжу Вон, — я же ей сказал, что буду еще стрелять из лука. А снаряжение все у нее.
— Мне кажется, что она хочет тебе что-то доказать, — улыбается Чон Хан, — или это мне только кажется, хён?
— Тссс… —
— Почему никакого толку, хён? — улыбаясь, возражает Чон Хан, — если девушка что-то хочет доказать парню, значит, он ей не безразличен…
— А! — пренебрежительно машет рукою на это Чжу Вон, — зачем мне это? Тем более, что это она просто назло. Пока сюда ехали, я ее немного повоспитывал, так она на это обиделась. Неудивительно, что теперь вредничает.
— За что же ты ее воспитывал? — интересуется Чон Хан.
— Хочу, чтобы она вела себя как девушка. Что-то уж больно сильно вжилась она в роль парня…
— Да ну? — удивляется Чон Хан.
В этот момент в дверях кафе появляется Юн Ми с сумками в руках. С ледяным выражением на лице она подходит к столику, за которым сидят парни.
— Ну, что, попала в десятку? — с интересом смотря на нее спрашивает Чжу Вон.
Юна несколько секунд колеблется, говорить или не говорить, потом коротко отвечает: Нет!
Чжу Вон начинает откровенно ржать. У Юн Ми на лице выражение — «английская королева терпит общество политика-идиота».
Время действия: вечер
Место действия: дом мамы Юн Ми. Семья ужинает перед телевизором.
Сижу, ем. В себя прихожу. День был бездарно «слит» благодаря придурку Чжу Вону. Сегодня ему приспичило переться на стрельбище, а меня он взял в качестве носильщика, таскать за ним его сумку. Потом еще сумку Чон Хана на меня повесили… Мда, это совсем не Европа… Накидали — тащи давай, прямо как в дорамах, когда глав героиню грузят до тех пор, пока она не упадет, благодаря за это весь мир… «Что значит быть кореянкой»? Это значит быть ломовой лошадью, которая должна сдохнуть…
Устал, сегодня, как собака… Звуковую карту не купил, кошачий туалет — тоже… День прошел «мимо»… Котенок какой-то странный… Ходит везде за мной. Как приду домой, так он за мною, как нитка за иголкой… Собакой, что ли был в прошлой жизни? Или тоже, душа попала не в то тело? Дурдом, еще этого только не хватало…
«… посетила комиссию пехотной, военно-воздушной и военно-морской академий в Керендэ. Выступая перед учащимися академии президент Пак пообещала дать решительный ответ на угрозы и провокации Северной Кореи, и призвала Пхеньян изменить свою позицию. Также она объявила, что приложит усилия для того, чтобы укрепить доверие к власти и заложить фундамент для мирного сосуществования и будущего
По телеку продолжают военную тему. Президент сегодня посетила военную академию и выступила там «по поводу». Ну, нормальный ход… К кому еще, в случае войны, бежать президенту как не к военным?
«…после завершения выступления, Пак Гын Хё наградила знаками лейтенанта выпускников этого года, включая три женщины-офицера…»
Смотрю на экране телевизора, как президент Пак награждает девушек в военной форме. Ну…
— Я бы тоже хотела бы быть офицером! — говорит сидящая рядом Сун Ок.
— Мне сегодня предлагали пойти работать в разведку, — не задумываясь что именно говорю, «ляпаю» я, меланхолично созерцая картинку на экране.
— Ты, в разведку? — резко поворачивается ко мне онни, — кто тебе это сказал?
— Чжу Вон, — все так же меланхолично отвечаю я, но уже краем мозга отмечая неожиданно бурную реакцию сестры Юн Ми.
— Точно! — после трех секунд паузы восклицает Сун Ок, — ты ведь знаешь несколько языков! Тебя возьмут военным переводчиком! Юн Ми, давай!
Подавшись вперед Сун Ок смотрит на меня загоревшимися глазами. И мама, «очень внимательно» повернулась ко мне.
— Что я там забыла? — бурчу я, недовольный, что я опять сказал лишнее, думая о своем.
— Что забыла?! — искренне не понимает онни, — это же армия! Это очень почетно, защищать страну! И зарплаты там хорошие! Тебе так вообще будут много платить. И учебу оплатят! А-ааа, у меня будет сестра-офицер! Юна, как здорово!
Завизжав, онни кинулась обниматься.
— Да не пойду я ни в фф. какую арр. мию! — сообщил ей я, выдираясь из объятий.
Какая к черту армия, когда у меня тут карьера мировой эстрадной звезды запланирована? Пойдешь в армию — жениться заставят!
— Ай!
— Ты чего? — спрашивает меня Сун Ок.
— Больно, — говорю я и лезу смотреть чего у меня там. Вижу на левой ноге, повыше колена, хороший такой синяк. Онни его задела, взявшись обниматься.
— Ничего себе! — восклицает Сун Ок, — откуда это у тебя?
— Стукнулась, наверное где-то… — рассматривая «приобретение» говорю я.
Чертов Джу Вон! Два раза хлопнул и такой синячище! Собака бешенная! Какая у Юн Ми нежная кожа…
— Осторожнее надо быть, — говорит онни и добавляет, — сейчас приклеим пластырь. Юн Ми, почему ты не хочешь пойти в армию? Это же здорово…
Задав вопрос, онни смотрит на меня с неким испугом.
— Потому, что я стану айдолом, — коротко объясняю я причину своего отказа.
— Пффф, — выдохнув, онни ссутуливает спину.
Мама, просто, молча, закрывает глаза.
Время действия: вечер
Место действия: дом мамы Юн Ми. На полу в комнате сестер сидит Юна и с предовольным видом осторожно нюхает черного цвета печатную плату, аккуратно держа ее кончиками пальцев за торцы.