Фаза Монстра
Шрифт:
Ирвинг еще раз оглядел притихшую кают-компанию и продолжил:
– Другие узлы – это два узла, создающие магнитное поле с весьма инвариантной напряженностью и меняющие диамагнитную восприимчивость всего астероида, четыре узла, работающие как энергоконденсаторы по емкости, превышающие энергонакопители «Одиссея» в два с половиной раза. Три узла, выполняющие функции приема и обработки внешней информации, причем информация поступает в них в виде электромагнитного излучения очень широкого диапазона – от радиоволн до гамма-излучения. Эти же три узла осуществляют контакт с внешним миром путем направленного излучения. Один узел осуществляет ориентацию астероида в пространстве, еще один узел отвечает за температуру внешней оболочки,
Ирвинг вздохнул, секунду помолчал и продолжил свой доклад:
– На этом я, пожалуй, закончу описание исследованного нами... небесного тела. Если у вас возникнут какие-то конкретные и более узкие вопросы, я постараюсь ответить на каждый из них. А сейчас я перейду к описанию возможностей захваченного нами астероида.
Первое – свое движение в пространстве он осуществляет с помощью магнитного поля других небесных тел. Находясь в планетной системе, он использует магнитные поля планет и самой центральной звезды, использует достаточно просто – создает собственное магнитное поле, взаимодействующее с внешним магнитным полем. Он может также выступать и как диамагнетик, и как парамагнетик, то есть обеспечивать как втягивание в область сильного внешнего магнитного поля, так и выталкивание из него. При этом такой астероид может развивать очень высокие скорости и маневрировать на значительных, до сорока «же» ускорениях!
Второе – такой астероид при необходимости может делить свою массу на несколько меньшие массы, в зависимости от необходимости. При этом эти малые массы могут функционировать как в открытом космосе, так и в практически любой газовой среде.
Третье – такой астероид может утилизировать в качестве запаса энергии любое излучение, и этот запас для такой массы весьма велик.
Этот астероид может осуществлять контакт с внешним миром в очень широком диапазоне... – Ирвинг усмехнулся и пояснил: – Если бы он захотел, он, наверное, смог бы общаться с нами в звуковом диапазоне, возможно, даже используя нашу фонетику, поскольку имеет узел дешифровки окружающего динамического давления.
Четвертое – наличие у этой звезды целого пояса таких астероидов доказывает, что эти... существа способны объединяться и, возможно, действовать сообща... стаями. Впрочем, это мы можем заключить и из того, что на «Одиссей» они напали парой. Почему их не было больше?.. – Ирвинг задумчиво хмыкнул. – Этот вопрос пока остается открытым, но мне кажется, здесь дело в том, что, находясь вблизи достаточно мощной звезды, эти астероиды, как бы это сказать... не слишком хорошо видят и слышат! Мощное звездное излучение мешает им распознать объект для атаки. Нас увидели только два астероида и сразу напали!
И, наконец, последнее и самое главное – вполне возможно, что эти астероиды могут перемещаться от звезды к звезде. Они ориентируются в пространстве, вполне способны разогнаться и выйти на гиперболическую или параболическую орбиту. Конечно, время такого путешествия очень велико, но для такого рода существ это, я думаю, не играет особой роли.
Еще раз оглядев присутствующих, Мэтью Ирвинг закончил:
– Присущая этим... «астероидам» врожденная суперагрессивность вместе с другими вышеперечисленными свойствами делает из них чрезвычайно опасных хищников. Опасных не только для биологической жизни, опасных для планетных систем вообще! Уважаемый профессор Карпински сделал вывод, что существовавшая у этой звезды планетная система была уничтожена именно этими астероидами... Вот, пожалуй, и все, что мне хотелось бы вам сообщить. Если есть вопросы – прошу.
И тут же вверх поднялась рука руководителя службы электронного обеспечения Виктора Борцова. Приподнявшись со своего места, он громко спросил:
–
Ирвинг пожал плечами:
– Я, право, не готов ответить на этот вопрос. Системы репродукции у исследованного астероида мы не обнаружили, разве что разделившись, его части вырастают до взрослых особей... А чтобы определить, насколько эти два вида... э-э-э... камней похожи, надо вернуться к газовому гиганту, попробовать захватить один из этих... – тут он неожиданно улыбнулся, – ...»выкидышей» и сравнить.
В кают-компании послышались ответные смешки, но Ирвинг неожиданно стал серьезным и задумчиво проговорил:
– Хотя... Если эти астероиды имеют свое происхождение скважины на газовом гиганте?.. Вся картина... меняется!..
И не дожидаясь других вопросов, он отошел от стола, сел в свободное кресло и глубоко задумался.
А место у стола занял командир линкора. Помолчав несколько секунд, словно давая залу немного успокоиться, он заговорил, обращаясь прежде всего к экипажу корабля и офицерам Звездного десанта:
– Теперь, господа офицеры, вам ясно, насколько серьезное открытие сделала научная группа «Одиссея», особенно с учетом того, что эти астероиды могут стать нашим противником! Теперь мы имеем не только видеозаписи этих странных существ, у нас имеется подробнейшее их описание, образцы их тканей, но самое главное, мы имеем опыт боевого контакта с этими... монстрами! Мне хотелось бы, чтобы капитан Бабичев открыл нам наконец свой секрет – каким образом ему удалось остановить астероид, который не смогло остановить парное поле Шлозгера?!
В дальнем углу кают-компании поднялся капитан Бабичев и, широко ухмыльнувшись, заявил:
– Да нет никакого секрета, господин навигатор, эту штуку любой десантник из моей манипулы может сделать!..
– То есть?!! – переспросил Вихров.
– Можно я объясню, – поднялся со своего места генерал-майор Воротов.
– Конечно, – повернулся к нему командир линкора.
– Дело в том, что развитие альтернативного зрения входит в план переподготовки Звездного десанта... – начал Воротов. – Может быть, это название не совсем научно, но при проведении подготовительных тестов мы выяснили, что некоторые из наших ребят видят... гораздо больше, чем раньше. Ну, например, рядовой Набс из манипулы Бабичева в полной темноте видел даже едва нагретые предметы, а ефрейтор-два Барбет также в темноте отличал кусок льда от нагретого камня. Мы назвали это качество альтернативным зрением и попробовали его развивать. Оказалось, что оно присуще нам всем. Сейчас капитан Бабичев, например, видит в диапазоне от коротких радиоволн до высоких частот рентгеновского излучения. Кроме этого, многие из десантников хорошо различают различного рода полевые образования. Капитан Бабичев во время операции по захвату астероида понял, что наблюдает взаимодействие двух магнитных полей, и сделал вывод, что это и есть сила, движущая этот камень. Они втроем просто нейтрализовали... вернее, задавили малое поле и... обездвижили астероид. Правда, наши ученые потом нам попеняли – один из узлов, создающих магнитное поле в этой штуковине, был полностью выжжен.
– Прекрасно! – кивнул Вихров. – Я думаю, переподготовку надо будет провести и членам экипажа линкора.
Когда разговор в кают-компании закончился и офицеры начали покидать ее, Вихров заметил, что Ирвинг все так же сидит в кресле, глубоко задумавшись, и не собирается уходить. Игорь мысленно окликнул астробиолога:
«Господин Ирвинг, что еще пришло в вашу голову? Над чем вы так напряженно думаете?!»
Ирвинг поднял голову, огляделся и, словно только сейчас сообразив, кто вступил с ним в мыслеобмен, взглянул на Вихрова. Задумчивая улыбка появилась на его губах, и он ответил: